Измена. Не делай мне больно (СИ)
Она наклонилась и уперлась лбом в мой лоб. Так близко, что я чувствовала ее запах. От Насти веяло ароматом мыла, лекарств, и непробиваемой уверенности в себе.
Савранская озаряла пространство вокруг своим внутренним светом и эти лучи рентгеном прошлись и по мне тоже. Я заряжалась ее силой, бодростью, ее верой в то, что все будет так, как мне надо. И впервые за долгое время, я поверила, что не одна. Теперь нас уже трое. Я, Настя и мой сын.
Глава 20
Бог создал наш мир за шесть дней, а на седьмой решил отдохнуть.
Мне есть что сказать на эту тему.
Первое, в своем нынешнем состоянии я бы справилась куда быстрее.
И второе, выходные теперь слишком большая роскошь для меня.
Неделя прошла как в бреду. В понедельник, когда я легла в больницу, мне позвонила Римма.
- Вика, у Филиппа скоро презентация книги, но мы решили поменять концепцию и отойти от официоза. Скажи, ты могла бы приготовить для фуршета тридцать кексов и один небольшой торт. За деньги, разумеется.
Я опешила. Честно говоря, последние двадцать четыре часа я только и делала, что читала блоги о родах, младенцах, воспитании. И полностью забыла, что существует жизнь вне моей беременности.
- Зачем за деньги, - прошептала я, глядя на выбеленную дверь в коридор. Та была прикрыта, но в палате все равно слышались лишние «больничные» звуки. Я прижала телефон к уху, и заговорила прямо в динамик, чтобы Римма не поняла, где я сейчас. – Я все сделаю, ты только продукты оплатишь, хорошо?
- Ну, нет, - заартачилась подруга. Я хочу нанять тебя как кондитера, тем более, что это не одолжение, а полноценный заказ. Мне нужны какие-нибудь простые коржи, вон как те красные, помнишь? Без сложных начинок. И декор нам нравится такой… без мастики, без цветов. Знаешь, такой простой, однотонный.
- Такой, который я смогу легко сделать, да Римм?
Подруга шумно выдохнула. Несколько секунд мы молчали, пока она не произнесла:
- Тебе в любом случае будут нужны деньги. Я предлагаю тебе заработать на том, что ты умеешь. У тебя вся кухня в формочках и насадках для кексов, просто попробуй сделать что-то не для семейного ужина, а для нас с Филиппом.
- Римка, - прошептала я так тихо, что она меня даже не услышала.
- Тебе даже не придется называть сумму, я обзвонила кондитерские и оплачу среднюю стоимость по рынку. Пожалуйста, соглашайся. Это не одолжение с моей стороны, я клянусь. Ты правда очень нас выручишь.
Я всхлипывала, зажав ладонью рот. Не хотела, чтобы подруга услышала это и начала меня жалеть еще больше.
Слезы это не страшно. Тем более, что плакала я от радости. И когда я оправлюсь и встану на ноги, то обязательно расскажу моим девочкам, как много они для меня сделали.
- Присылай техническое задание, начальник, - не своим голосом пропищала я. – И число, когда вам все это надо.
Во вторник я упросила Настю отпустить меня домой хотя бы на ночь. Мои анализы, те, что уже пришли, оказались отличными, а легкая тошнота не является поводом для госпитализации.
Савранская хмурила брови, ругалась, но сама помогла мне собрать сумку.
В среду я заказала все нужные продукты и забрала из доставки специальные коробки для кексов. Плотные, из белого картона с прозрачными крышками. Подвязывать их решила алой лентой, в тон обложки книги Филиппа.
Весь четверг я провела на кухне. Темперировала, выпекала, остужала, собирала, паковала. Передо мной стояло три аккуратные коробки по двенадцать кексов в каждой и торт. Его я украсила глазированными ягодами, чтобы те не дали сок и не поплыли. А всю конструкцию поместила на высокую подставку.
Идеально.
Даже лучше чем идеально – божественно!
Когда я спускала ценный груз к такси, навстречу мне вышла соседка Диночка. Жена Сашиного коллеги.
- Ой, а что это у тебя, - она с любопытством заглянула в коробку.
- Ничего особенного, кексы для одного мероприятия. Филипп Яровой, может слышала о таком? У него сегодня премьера книги, вот… заказали.
Дина удивленно округлила глаза.
- Ничего себе. Я книг не читаю, все больше по фиксикам, ну ты понимаешь? Но я даже не знала, что ты печешь на заказ. Мне Вова ничего не рассказывал об этом.
Я молча пожала плечами. Такси внизу уже ждало, и водитель наверняка включил счетчик простоя, но интерес в лице Дины не давал мне уйти.
- Слушай, - наконец произнесла она, - а детские торты ты печешь?
- Конечно. На натуральных продуктах, без красителей и прочего. Но и без лицензии, я не профессиональный повар, так…
- Ой, - отмахнулась она, - если учесть, что мы выбирали между тортом покупным и «ничего», то думаю, что лучше обратиться к тебе. Я сама виновата, дотянула до последнего, а сейчас сезон и все кондитеры заняты, а мне на воскресенье нужен тортик.
- Для Кати, - понимающе кивнула. Конечно, у Дины была очаровательная дочь, которой вот-вот должно исполниться три. – Дина, ты напиши мне, что хочешь, и мы обсудим условия. А сейчас, меня ждут…
В четверг я переписывалась с соседкой по поводу именинного торта из двух ярусов. Это было очень самонадеянно, но я взялась за заказ. Украсить предложила живыми цветами, так точно не напортачу с мастикой или расписными пряниками. И пусть в декабре цветы сожрут весь мой гонорар, взамен я получу что-то более ценное – опыт. И рекомендации.
В пятницу я рисовала для Кати акварельную открытку, которую прикреплю к коробке с тортом. Такую же нежную, как и сама девочка.
В субботу снова покупала продукты, на этот раз лично, чтобы выбрать самое лучшее, самое свежее, самое-самое.
И в воскресенье, когда, согласно Библии, Бог смог позволить себе отдых, я наоборот, носилась по кухне, собирая и выравнивая высокий, пропитанный сиропом карамельный бисквит. Всклокоченная, уставшая и очень взволнованная. Вся в мыслях и страхах, что маленькой имениннице что-то не понравится. Что я сделаю ошибку и придется начинать все с начала. Что это все и есть моя ошибка, и я снова пошла не туда.
Именно этот момент выбрал Кораблев, чтобы вернуться…
Первая перемена, которую заметил Кораблев – в квартире изменился запах. Не хуже, просто другой. Когда Саша только открыл дверь, в нос ударили аромат выпечки. Что-то сладкое, пряное и цитрусовое. Теперь здесь пахло как в какой-то кондитерской. Не как дома.
Сегодня его никто не ждал, и эта разница неприятно саданула по нервам.
Осторожно, словно в гостях, Саша повесил куртку, скинул ботинки, мимоходом отмечая, что из прихожей пропали его вещи. Он старался идти тихо, еще не представляя, какой разговор их ждет. Прошел через коридор в кухню, где и застал Вику.
Она его не видела, так что зря старался.
Только когда Саша отодвинул стул, Вика обернулась и… ничего. Не удивилась, не испугалась и тем более не была рада этой встрече.
- А это ты, - она вытерла руки о передник. Тот нелепо топорщился на объемном свитере, делая из его жены матрешку.
- А ты ждала кого-то другого? – Черт. Что-то было не так. С его домом, и его женщиной. Саша заерзал на стуле, стараясь сесть удобнее.
- Да, то есть, нет. – Вика качнула головой, - слушай, хорошо, что ты пришел, я там вещи твои собрала, заберешь?
Он удивленно смотрела на Вику. Конечно, люди меняются, но не так быстро и не так разительно. Саша еще помнил, в каком состоянии была его супруга, когда он ушел: больная, нервозная, с дрожащими от стресса руками, она едва могла говорить. А сейчас…
- Саш, ты по делу? Просто ты немного отвлекаешь.
- А я могу прийти сюда только по делу?! - не туда идет их разговор, потому что теперь он оправдывается, и черт его знает, как вернуть инициативу обратно.
- Ты можешь делать что хочешь. Впрочем, ты и раньше делал…
Вика отвернулась и принялась дальше возиться с тортом. Слишком большим для обычного чаепития.
Несколько долгих минут Саша смотрел за тем, как она выравнивает крем на коржах. А потом, когда те наконец стали идеально гладкими, Вика взяла ложку и стала рисовать на торте волны, чем только все испортила. Зачем? Нормально же было.