Прежняя жена
– Ну, мне пора возвращаться, – пробормотал Роланд. – Вечеринка почти закончилась.
– Да. Мне тоже пора.
Ситуация становилась забавной. Мы оба знали, что следует вернуться на вечеринку, но чувствовалась какая-то незавершенность. Кажется, мы тянули время, переминаясь. Затем он двинулся влево, а я вправо, перекрыв друг другу выход из ванной.
Я засмеялась, он тоже усмехнулся, затем жестом указал мне путь:
– После вас.
Я улыбнулась и вышла. Когда мы снова оказались на улице, зажглись фейерверки; гости с напитками в восторге глядели на разноцветные огни и завороженно улыбались, их глаза сверкали. Яркие вспышки озаряли ночное небо, и я видела, что Роланд стоит на траве, держа одну руку в кармане, и смотрит вверх.
С его сильными плечами и мощным телосложением он был похож на бога, спустившегося на землю. И в то же время в нем чувствовалось какое-то одиночество. Хотелось еще поговорить с ним, например спросить, почему его день тоже был тяжелым. Хотелось послушать его – он не казался особо разговорчивым, так что, уверена, людям редко удается услышать его голос.
Но у меня были другие дела этим вечером, и не стоило тратить время на разговоры на лужайке с каким-то якобы известным гольфистом.
Прежде чем я успела уйти, он спросил:
– Вас зовут Самира?
Я повернулась к нему: на его губах играла мягкая улыбка, а взгляд карих глаз был теплым, но при этом проницательным. Он смотрел так, словно хотел узнать обо мне все, и я не сомневалась, что в моем взгляде читалось то же самое.
– Да, Самира, – ответила я громко, чтобы перекричать вновь послышавшуюся музыку. – И нет, Роланд Грэм. Только из-за того, что вы известный гольфист и позволили мне испачкать ваш платок, я не дам вам телефон. – Я широко улыбнулась и побежала прочь, все еще чувствуя на себе его взгляд.
Между нами пробежала искра, и, если инстинкты меня не обманывают, он найдет меня до конца этой ночи.
6
Инстинкты не обманули. Роланд нашел меня, но это произошло не на вечеринке. Он связался с Эбби, которая, вопреки правилам, дала ему мой телефон. Откуда я знаю? Потому что он сказал мне это за выпивкой в баре.
На следующий день после вечеринки Роланд написал мне сообщение с вопросом: «Угадай кто?» – хотя, честно говоря, я понятия не имела, от кого оно. Я часто давала свой номер парням для необременительных знакомств. Но, все время думая о том, как божественно выглядела фигура Роланда Грэма, когда он смотрел на фейерверки, я была не в настроении для случайных связей, поэтому большую часть следующего дня игнорировала сообщение.
Но потом Роланд позвонил около полуночи, сказал, что это он, и я почувствовала себя полной дурой. Если бы он не позвонил, я бы вообще не узнала, кто отправитель, и упустила бы возможность увидеть Роланда снова. Потому что все, чего я действительно хотела, – увидеть его снова, хотя это был человек намного выше моего уровня. Женщины, вероятно, постоянно флиртовали с ним. Я ничем от них не отличалась – и все же он позвонил. Сделал первый шаг.
– Многие люди, которым нравится работать на богатых и знаменитых, думают, что они оказывают нам услугу, когда мы просим о чем-то, – объяснил Роланд, помешивая бурбон в своем стакане.
Он сидел рядом со мной у бара, и его колено находилось поразительно близко к моему, и мы смотрели друг другу прямо в глаза. Наклонившись к нему, я улыбалась, потому что не могла поверить, что он действительно нашел меня, и, признаюсь, была польщена.
– По правде говоря, я бы все равно отыскал способ получить твой номер.
– Неужели? – ухмыльнулась я. – А ты самоуверенный.
В ту первую ночь я узнала о Роланде многое: например, что его любимый цвет – красный, а любимый шоколадный батончик – «Сникерс». Я также узнала, что он был женат, но его жена умерла, что отчасти объясняло печаль, которую я увидела в его глазах в нашу первую встречу. Значит, вдовец – нелегко, наверное, приходится.
Еще он оказался довольно близок с матерью, но та часто путешествовала, и поэтому он не проводил с ней столько времени, сколько хотел бы. Отец ушел из семьи, когда Роланду было семь (это нас сблизило, учитывая, что я тоже росла без отца), а любимым фильмом нового знакомого оказалось «Лицо со шрамом». Но какой парень не сказал бы, что «Лицо со шрамом» – его любимый фильм?
Но даже с учетом всего этого так много еще предстояло узнать о Роланде. Однако той ночью я позволила вопросам остаться без ответа и неожиданно обнаружила, что пьяна и иду под руку с Роландом к нему в номер.
Мы выпили еще немного и занялись сексом, и это было невероятно. Наверное, мне должно быть немного стыдно за то, что я позволила овладеть собой на первом свидании, но Роланд точно знал, как разговаривать, как прикасаться, используя ровно столько контроля и давления, сколько было нужно, чтобы свести меня с ума. Кроме того, у меня давно не было мужчины, и я вместе с Роландом растворилась в ночи, стремясь забыть обо всех своих заботах. Я не чувствовала никакого стыда, потому что мы по-человечески сблизились, а такой близости я уже давно не ощущала ни с кем, тем более с мужчиной.
После первого свидания наши отношения обрели определенный ритм. Роланд часто звонил. Всю неделю присылал мне цветы – всегда разные букеты. Шелия каждый раз, когда видела букет на столешнице, хотела узнать, кто этот таинственный поклонник, но я отмалчивалась, потому что не знала, как долго продлится наша связь.
Мы с Роландом ужинали вместе и гуляли по пляжу. Однажды попытались сходить в кино, но, как только он припарковал машину, появились папарацци и все испортили. Извиняясь, он увез меня в свой новый кондоминиум и предложил посмотреть любой фильм за попкорном и «Маргаритой».
Вся эта история с папарацци была для меня в новинку. Я не думала, что Роланд настолько знаменит – не до такой степени, чтобы люди с фотоаппаратами вторгались в его жизнь прямо посреди свиданий. После случая с кино я загуглила его имя, и первым, что выскочило, оказалась статья в «Википедии» с фотографией, сделанной, когда он был на вершине карьеры. Там также упоминалась его жена, Мелани Грэм, и сколько лет они прожили в браке до ее смерти.
Далее нашлись свежие материалы о новой молодой пассии Роланда Грэма, то есть обо мне, при виде которых я лишь закатила глаза. Даже не стала нажимать на ссылки. Я знала, как работают СМИ. Наверняка меня называли какой-то случайной неудачницей, совершенно Роланду не подходящей, и, честно говоря, не было необходимости читать эти заметки, чтобы понять, что отчасти так и есть, поэтому я закрыла браузер и занялась своими делами неудачницы.
Наверное, хорошо, что Роланд не чувствовал необходимости скрывать наши отношения. Если бы он никуда меня не водил, я бы стала сомневаться в серьезности его намерений, но он появлялся со мной в разных местах, мы часто бывали на публике. Явно дорожа нашими отношениями, Роланд делал много подарков, которые было приятно получать от такого человека, как он.
Меня беспокоили папарацци – вернее, то, что эта свора гончих с камерами могла просто сорвать наши свидания, – но, полагаю, я хотела, чтобы мир знал: мы вроде как становимся парой, поэтому я смирилась с фотографами.
Три недели у нас все шло отлично, но потом позвонил Келл и заставил меня задуматься, стоит ли продолжать отношения с таким мужчиной, как Роланд.
7
Я сидела и постукивала пальцами по деревянному столику, а все вокруг заполнял сильный запах кофейных зерен и свежей выпечки.
Обычно Келл прибывал на наши встречи первым, но сегодня мне удалось на десять минут опередить его. Я сделала маникюр и педикюр в «Бетсиз нэйлз», одном из самых крутых салонов Майами. Стоило это дорого, сама бы я не потянула, но Роланд предыдущим вечером неожиданно подарил мне купон на посещение этого салона с пожеланиями хорошо провести время.
Для справки, попасть в «Бетсиз» было трудно. Бетси Френч, одна из лучших маникюрш в Майами, была известна тем, что ухаживала за ногтями знаменитостей и разных влиятельных людей. Не знаю, как ему это удалось, но Роланд, видимо задействовав связи, записал меня в салон с утра, и я получила большое удовольствие от похода. К счастью, салон был всего в пяти минутах езды от кофейни, где мы с Келлом собирались встретиться, поэтому мне не пришлось ничего отменять и переназначать.