В оковах судьбы V (СИ)

— Значит, Бинс в Хогвартсе…
— Один из тех, кто не страдает современной болезнью социума — политкорректностью, — усмехнулся Честер, — Думаю, ты заметил, что старик не просто читает лекции, а описывает тактику и стратегию гоблинов и то, как она менялась из века в век.
Кивнув, я стал ждать продолжения пояснений.
Этот мир вновь показал мне свою очередную грань, что прежде была скрыта. Другие расы. Их тут не так много, как в Республике, но… Для них Земля является общей материнской планетой. И не для одного-двух народов. В этом мире подобное явление коснулось почти трех десятков рас. К счастью, большая их часть давно стала историей, превратившись в сухие строки на страницах учебников, да редкие руины, где ещё можно найти кости и материальные составляющие артефактов, уже лишившихся магической начинки.
  
Несмотря на мою демократичность к иным видам, изучение библиотеки Хогвартса, особенно, её исторического раздела, заставили меня пересмотреть очень многое в собственных суждениях. Уж очень кровавыми были военные конфликты, некогда сотрясавшие планеты. Из-за буйства магии исчезали континенты, целые регионы превращались в высохшие мертвые пустоши, лишенные даже намека на жизнь… И это без учета иных последствий.
Местная цивилизация, как выяснилось, начинает свой путь едва ли не из пещер, уже не первый раз. Человечество не единожды проходило многочисленные этапы развития и становления технической и магической науки, заново карабкаясь к жизни по руинам того, что некогда было построено сгинувшими предками людей. Именно редкие осколки тех эпох и вызывают споры ученых простецов, ибо полностью противоречат стройным теориям о развитии цивилизации.
Между тем, Честер, собравшись с мыслями, продолжил своё повествование:
— Гоблины, как и остальные подземные народы, людей не жалуют. Если дворфы ещё более-менее вменяемые, хоть и со своими заскоками, то остальные нас воспринимают исключительно в качестве шевелящегося и говорящего продукта питания. Удавить их окончательно… Та ещё проблема. Пытались. Неоднократно. Только ублюдки уходили ещё глубже под землю, откуда выкурить их было крайне сложно. А потом возвращались в виде озверевшей дикой орды, устраивая резню на поверхности.
— В итоге, маги предпочли прижать нелюдей, но не доводить до очередного ухода в их совсем уж глубокие подземелья? — поинтересовался я, — Чтобы потом не получить очередную войну на уничтожение?
— Примерно так, — кивнул Джим, — Сейчас ситуация несколько поменялась. Как выяснилось, маггловские ОМП, вроде боевых газов, тех же гоблинов убивают довольно неплохо. Правда, достать столь серьёзный «аргумент» — тоже проблема. Церковники, например, постарались на славу, чтобы не допустить получения магами подобных козырей.
— По итогу, образовалось нечто вроде паритета, — пришел я к логичному выводу, — Люди не могут гарантированно и относительно безболезненно для себя решить вопрос с другими расами, а у тех нет сил, чтобы справиться с людьми. Так?
— Что-то вроде того, — усмехнулся наёмник, — Ты забываешь о церковниках. Их сила опасна не только для нас. Мы, маги, подвержены её влиянию в наименьшей степени… Если сравнивать с теми же гоблинами, вейлами или оборотнями. Разве что с нежитью инквизиторам и паладинам не справиться. Тут надо быть либо действительно сильным боевиком, либо некромантом.
— А что мешает тем же гоблинам попросту прекратить контакты с людьми и уйти в свои катакомбы? Я не поверю в том, что они не создали магических способов обеспечения себя едой… Те же артефакты, создающие ультрафиолет для растений, алхимические удобрения…
Поняв к чему я, Честер пожал плечами:
— Без понятия. Точно известно только то, что совсем глубоко ни один подземный народ не уходит. Несколько исследовательских групп, что когда-то изучали вымершие города гоблинов, нашли спуски в сеть тоннелей, которую создали далеко не нынешние расы. И даже не те, кого удалось уничтожить нашим предкам Что странно, в конструкциях тех тоннелей сохранялась магическая активность, имела место циркуляция воздуха… Вполне возможно, что на большой глубине имеется ещё одна раса. Может даже и не одна. По всей видимости, именно её наличие и не даёт известным нам народам окончательно уйти под землю…
— Но это лишь теории, — добавила Аманда, до сего момента молча слушавшая наш разговор, — Как дела обстоят в действительности — большой вопрос. Министерства, чьи Отделы Тайн занимались этим вопросом, предпочли засекретить информацию.
— Занятно…
— Кажется, они начали игру, — перебил нас Филч.
* * *
— Что-то удалось узнать? — поинтересовался Фадж, когда в ложе вошел Крауч.
— Поттер покинул стадион, — покачал головой Бартемиус, — Артефакты наблюдения не смогли записать их разговор. Но… Драки не было. Эванс и его сопровождающие остались в ложе, а Поттер так и вовсе выглядел довольным.
— Ещё с этой стороны проблемы, — вздохнул Корнелиус.
После гибели старших Тонксов, одной из которых являлась Нарцисса, в стране наступила тишина. Уличные бои, равно как и штурмы особняков, разгромы то и дело всплывающих подпольных лагерей, где готовили боевиков, сошли на нет. Однако, опытный политик и аппаратчик, коим являлся Фадж, чувствовал, что это лишь затишье. Маг предполагал, что стороны давнего конфликта, понеся потери, предпочли затаиться. И даже смерть, как считал министр, не являлась для них чем-то окончательным. Уж для одного — точно.
Том Марволо Риддл, как удалось установить невыразимцам, известный массам как Лорд Волдеморт, повторно погиб в особняке Тонксов. Уже этот факт заставлял задуматься о степени реальности окончательной смерти и его бывшего учителя, коим являлся Альбус Дамблдор. Сомнительно, что тёмный маг, взрощенный победителем Грин-де-Вальда мог дойти до некоторых знаний самостоятельно. Да и победа бывшего директора Хогвартса над его же другом вызывала множество вопросов. Едва ли посредственным маг нейтрального направления мог не просто убить, а скрутить мастера тёмной магии. Дипломированного. Это потом, уже в пятидесятых, Альбус вплотную занялся не просто трансфигурацией, но и Хаосом, хотя и не обзавелся постоянной связью с ним. Зато Дамблдор делал упор на Свет и Огонь, с помощью которых умудрился каким-то образом усилить остальные изученные им направления. А их хватало. Всё же, просто так никого не будут называть архимагом.
Дамблдор являлся представителем этой небольшой когорты одаренных. Не на словах, не формально, а реально. Уровень его силы и без источника Хогвартса вызывал уважение. Как и глубина познаний в боевой трансфигурации, алхимии, магии крови, работе со стихиями и Светом. Да и диплом мастера менталистики тоже получить более чем сложно. Одного авторитета и неких заслуг в этом деле точно недостаточно. Высшие учебные заведения всегда дорожили своей репутацией и потому ни один соискатель вожделенных документов и регалий, кем бы он ни являлся, не мог получить их «по договоренности».
Подобная личность не могла умереть от старости. Да ещё и в том возрасте, когда большинство магов даже морщинами не успевают обзавестись. Собственно, если бы не эпидемия драконьей оспы, то сейчас в стране проживало на несколько сотен тысяч чистокровных и потомственных больше. И возраст основной части этих магов и ведьм мог варьироваться от семидесяти до двухсот лет. Мог бы… Увы. Болезнь не спрашивала, когда приходила в дома людей. Ей было плевать кого забирать. Ни сторонники Альбуса, ни семьи Пожирателей Смерти, ни костяк чиновником Министерства не избежали кошмара тех лет.
О жутких месяцах, когда магическая болезнь свирепствовала в особняках и на улицах, напоминают многочисленные могильники, где были захоронены тела умерших. Их даже не кремировали согласно традиции — только заливали специальными алхимическими составами и засыпали солью, дабы избежать появления нежити.
  
В подобных условиях, когда один одаренный, пусть даже и гениальный, не успев дорасти до титула архимага, смог вернуться из небытия, верить в окончательную смерть Дамблдора не получалось. Корнелиус, раз за разом анализируя недавние события, пришел к выводу, что Альбус предпочел сменить личность и начать действовать с нуля. Потому страну, если не в ближайшие месяцы, то в течении нескольких лет, ожидает появление новой группировки, преследующей всё те же цели… которые декларировал вожак Ордена Феникса.