Двадцать два несчастья 2 (СИ)

— Татьяна, — сказал я, — давай разберемся с твоими проблемами раз и навсегда. Вот сейчас. Нам хватит буквально двух минут, так что давай все отложим и проанализируем. Мне нужно все твое внимание. Хорошо? Потом я уйду.
— Хорошо, — сказала Татьяна механическим голосом, не глядя на меня.
— Вопрос первый, — сказал я. — Зачем тебе худеть и менять себя?
— Сейчас, — заговорщицки сказала Татьяна, быстренько подбежала к дверям зала и закрыла плотно дверь.
  
Я удивленно поморщился:
— Что за шпионские игры?
— Это чтобы Степка не слышал, — доверительно шепнула она. — А то он такой любопытный, как пятиклассница.
— Но Степка ведь меньше, чем пятиклассница, — захохотал я.
— Вот то-то и оно, — фыркнула Татьяна.
— Так все же? — вернул я разговор в конструктивное русло.
— Ну, прежде всего, я типа хочу быть красивой, — мечтательно сказала Татьяна.
— А зачем? Ты и так вполне даже ничего. Если снять с тебя еще эти мега-ресницы… Почему ты, кстати, их до сих пор не сняла? Ты что, надеешься, как в той песне? Хлопать ими и взлетать?
— Ногти я уже сняла, видишь? — Она покрутила предо мной руками с обычным бежевым маникюром. — А ресницы… Понимаешь, мой мастер, который типа будет мне это делать, взял мой заказ, но сделает только через четыре дня, там же очередь у него…
— А, ну хорошо, — кивнул я. — Пусть так, с глазами шутить действительно не надо. Лучше пусть опытный мастер делает. Теперь давай вернемся к остальному. Так все-таки в чем у тебя затык? Ведь, в принципе, ты же можешь ходить и так — заворачиваться в какие-то хламиды или бесформенные халатики и ходить. Никто особо не будет твой жир видеть. Да и кому оно надо — разглядывать все это⁈ Волосы только из морковного оттенка перекрасишь в более какой-то нейтральный, спокойный, и достаточно. Вполне нормально будет, хоть и чуть ниже уровня среднестатистической женщины.
Татьяна вздохнула:
— Я же замуж хочу, я тебе уже об этом уже говорила…
— Прекрасно, — сказал я. — И ради этого ты хочешь измениться, правильно?
Она кивнула.
— Хорошо. Понял тебя. Ладно, давай тогда разберем этот вопрос подробнее.
— Да что тут его разбирать, — удивилась она. — Все типа и так понятно. Я желаю встретить того единственного прекрасного принца, и чтобы он… ну, это… к моим ногам бросил сердце и все остальное.
— Все остальное — это рука, нога, ключи от квартиры, машина и ПИН-код от банковского счета с миллионными вкладами. Правильно?
Татьяна захохотала, аж все три подбородка затряслись. «Знойная женщина, мечта поэта…» — пронеслось в голове.
— Почему бы и нет? — отсмеявшись, сказала она. — Пусть будет принц! А альфонса мне не надо, у меня уже один был типа такой.
Она метнула торопливый взгляд в сторону Степкиной комнаты. Я понял, что она имеет в виду его без вести пропавшего отца.
— Хорошо, — подытожил я. — Тогда все-таки объясни мне такое: вот ты хочешь выйти замуж. С этим все ясно. А вот какой должен быть твой жених, ну, или там муж, мужчина, в общем, человек, в которого ты будешь влюблена?
— В смысле, какой?
— Просто опиши мне его. Каким ты его видишь?
Татьяна чуть задумалась, а потом опять густо покраснела, бросила на меня смущенный взгляд и начала перечислять с придыханием:
— Это должен быть высокий блондин с голубыми глазами, а ресницы должны так слегка завиваться наверх, как у…
— Хорошо, — перебил ее я. — А еще? Ресницы — это хорошо, но не это ведь главное. Ты лучше все остальное назови — образование, пристрастия, привычки. Все, все, все про него говори.
— Ну, даже не знаю, — замялась Татьяна, но глаза ее загорелись. — Он должен быть… ну, типа любить спорт, типа подтянутый… Кубиков чтобы шесть было на прессе. А еще он должен иметь свое жилье, лучше трех… нет, четырехкомнатную квартиру, дом не хочу, и еще машину иметь, хорошую, джип, только не китайца, и на работу чтобы ходил, в смысле, ездил, и чтобы он зарабатывал деньги, чтобы возил нас со Степкой типа на курорт летом, на море куда-нибудь, может, даже и в Анапу аж…
— А если в Турцию? — спросил я.
— О, в Турцию — это вообще было бы здорово! Я там никогда не была, только мечтаю. Я вообще нигде по заграницам не была!
— То есть это должен быть обеспеченный человек, правильно? — подытожил я.
Она опять кивнула и, затаив дыхание, наблюдала за мной.
— Итак, твой избранник — красивый, высокий, спортивный мужчина. Обеспеченный, с машиной, с собственным жильем и с отсутствием вредных привычек. Так? Я все сказал, все правильно перечислил?
— Все, — кивнула Татьяна и смутилась.
— Отлично. А теперь уточни мне еще такой вопрос… А он же может быть врачом, адвокатом или обязательно должен иметь свой бизнес?
— Лучше типа инженером! — быстро перебила меня Татьяна. — Айтишник — это ваще круто! Им щас ипотеку дают с маленьким процентом!
— Прекрасно. Но я тебя не совсем об этом хотел спросить, — сдержал усмешку я от невеликих Танюхиных притязаний. — В общем, представь прямо сейчас, визуализируй вот этого своего мужчину, о котором ты мне рассказала. Представила его?
Татьяна прикрыла глаза и с мечтательной улыбкой кивнула:
— Угу.
— Тогда представь, что это просто какой-то чужой мужчина. И что он к тебе не имеет никакого отношения. Вроде как артист, которого ты видишь по телевизору. Представила?
Она снова кивнула.
— А теперь вообрази рядом с ним женщину, супругу или невесту, или пусть даже любовницу. Неважно. Какой у нее образ, да и весь спектр качеств, что ты перечислила? Какая у него может быть женщина? Расскажи, только подробно. А еще лучше опиши ее.
— Ну, она должна быть тоже худенькая, чтобы у нее бока не отвисали, красивая такая, ухоженная, с длинными густыми волосами, типа фитоняшка, а еще она должна иметь образование, интересоваться искусством, музыкой, быть хорошей хозяйкой… — начала перечислять Татьяна.
Я дождался, пока она перечислит все критерии, а это затянулось надолго, потом сказал:
— А теперь третий вопрос. Возьми вот эту идеальную женщину, что ты сейчас описала, ее образ и себя. И поставь вас с ней рядом…
— Да ладно! — распахнула глаза Татьяна.
— Не отвлекайся! Продолжаем. А теперь сравни ее и себя. И посмотри внимательно: чтобы тебе стать такой, как она, чего тебе не хватает? Давай, перечисляй.
— Ну, я толстая, она худенькая… — растерянно пробормотала соседка. Голос ее уже не был столь мечтательным.
— Так. На сколько килограммов разница у вас?
— Ну, двадцать… двадцать пять даже…
— Видишь, для того чтобы твои двадцать килограммов скинуть, что надо сделать?
— Не есть оливье и борщ с беконом и колбаской по вечерам и бегать утром в парке, — потерянно пробормотала Татьяна. — Или не бегать. Но ходить. В общем, двигаться.
— Замечательно! — одобрил я. — Теперь пошли дальше. Следующий твой критерий: она красивая. Красивая — это какая, как кто? Что значит, она красивая? Вот представь, какой-то образ звезды или актрисы, которую ты считаешь красивой…
— Как Вероника Файнберг-Кудряшова, — после минутного раздумья Татьяна назвала имя актрисы, о которой я вообще никогда не слышал и не представлял, кто это такая.
— Покажи мне лучше фото, — сказал я. — И объясни, в чем, по-твоему, ее красота?
Она быстренько пощелкала по телефону и показала мне фотографию в социальной сети. Объяснить не смогла.
— Посмотри, — помог ей с анализом я, — судя по фото, у нее красота естественная, минимум косметики. Максимум — хороший образ жизни, подтянутое тело. Правильно я понимаю?
— Правильно.
— А у тебя что? Морковные волосы и наращенные ресницы? Ну, хорошо, хоть ногти ты сняла. А еще жирные бока, обтянутые яркими лосинами. Это подходит под ее образ?
  
— Нет.
— Тогда что тебе надо сделать?
— Типа перебрать гардероб?
— Стоп, стоп! Да подожди ты с гардеробом! — возмутился я. — Гардеробом ты займешься только после того, как приведешь свое тело в порядок, и никак не наоборот.