Сумерки Эдинбурга

— Подходящий инструмент, не находите? — Райт начал наступать. — Если уж мне суждено выполнить роль смерти, то и выглядеть я должен соответственно, а?
— Вам незачем убивать меня, — сказал, пятясь, Иэн.
— А вот тут вы ошибаетесь, — возразил Райт. — Конечно, я предпочел бы задушить вас, да только бойкости вам не занимать, так что придется обезглавить.
— Вас повесят.
— Если меня поймают, так и так повесят, да только я уж постараюсь, чтобы этого не случилось.
  
Он сделал стремительный выпад. Иэн увернулся от удара, но лезвие все же задело его бок и рассекло рубашку.
— Ой! — ухмыльнулся Райт. — Но коли не выходит сразу — повтори… — Он поднял серп для нового удара. Тяжелое лезвие подрагивало, бить таким точно в цель было непросто.
Иэн схватил подвернувшийся горшок и метнул в противника. Райт успел присесть, но горшок все равно задел его плечо.
— Черт подери! — крикнул он. — Весьма нелюбезно с вашей стороны! А быстрой смерти вы, кажется, не заслуживаете.
Иэн метнул еще один горшок, разлетевшийся о стену за спиной у вовремя пригнувшегося Райта.
— Вы не можете не понимать, что лишь оттягиваете неизбежное, — сказал Райт. — Примите свою судьбу как мужчина.
— А как принимали ее ваши жертвы?
— Они были не мужчинами, а мальчишками — особенно тот блондинчик, совсем маленький. Теперь и его приятель у меня. — Райт повел головой в сторону темного угла, заваленного сеном. — Вот покончу с вами и займусь им.
Иэн встревоженно дернулся в сторону тюков, но разглядеть что-то за такой грудой было попросту невозможно.
— Дерек! — крикнул он. — Ты в порядке? — Ответа не последовало, из темного угла донесся только еле слышный стон.
— Глупый мальчишка, — сказал Райт. — Всерьез решил, что сможет меня поймать. А теперь станет моей лебединой песней перед отъездом на новые пастбища.
Иэн прикинул расстояние, отделявшее его от прикрытого сеном угла, а потом сжал пальцы вокруг подаренного Дереком камня, выхватил его из кармана и метнул в одно из крошечных окошек под потолком. Стекло звякнуло, и, когда Райт молниеносно обернулся на звук, Иэн бросился вперед. Двумя гигантскими прыжками он подскочил к ближайшему тюку и заскочил за него. Райт кинулся вперед, но Иэн упал на четвереньки под сломанную тачку и, сорвав сломанное колесо с оси, встал во весь рост, выставив его перед собой как щит.
Райт заревел и размашисто ударил серпом, но Иэну удалось поймать лезвие колесом и вырвать его, завязшее в дереве, из рук противника одним решительным рывком. В то же мгновение, как серп звякнул об пол, оба мужчины кинулись к нему. Райт добежал первым, однако Иэн тут же обхватил шею противника в полунельсоне. Фокусник отчаянно задергался, пытаясь укусить Иэна, а тот, выгадав момент, отбросил его в сторону, схватил серп и замер, воздев его над плечом лезвием к противнику.
— А теперь успокойтесь, и тогда никто не пострадает.
— Слишком поздно, — откликнулся Райт, отходя к груде сена. Подняв свой редингот, он запустил руку в нагрудный карман, а потом с эффектной ловкостью настоящего фокусника выхватил оттуда коробок спичек, чудесно вспыхнувший прямо у него на ладони, и стал разбрасывать вокруг себя горящие спички. Солома немедленно принялась, наполняя подвал удушливым дымом. — Вот вам дилемма, — сказал Райт, — если не пропустите меня, погибнем оба.
Иэн понимал, что спустя несколько мгновений здесь будет огненный ад. Отринув подступившие было страх и панику, он попытался трезво оценить ситуацию.
— Вариантов два — выпускаете меня отсюда или погибаем вместе. Ну? — спросил Райт и надрывно закашлял.
Иэн в отчаянии окинул подвал взглядом — и увидел ту самую распахнутую дверь, через которую вошел.
— Ошибаешься, есть и третий.
Когда серп неожиданно ударил по коленям фокусника, тот рухнул на пол как подкошенный. Иэн же подскочил к груде сена, за которой оказался скорчившийся на земле полуживой Дерек. Он схватил мальчика на руки и кинулся к ступеням, но рухнул на пол, когда в лодыжку неожиданно впилась цепкая рука. Дерек со стоном упал на землю.
— Беги, Дерек! Уходи отсюда! — закричал Иэн в подступающем дыму. Мальчик вскочил на ноги и стал на четвереньках взбираться по лестнице, а Иэн отчаянно пытался сбросить руку убийцы со своей ноги.
— Не… так… быстро, — прошипел Райт сквозь стиснутые зубы. — Со мной сдохнешь.
Однако Иэн смог освободиться и кинулся к лестнице прочь от Райта, лихорадочно ощупывающего пол в поисках серпа. Дым густел, затягивая все беспросветной серой пеленой. Отчаянно закашлявшись, Иэн припал к каменному полу и дополз-таки до лестницы. Он взбежал по ступеням, захлопнул за собою створку и, продев замок в петлю, опустился на землю рядом с ошарашенным чумазым Дереком.
Райт яростно ревел по ту сторону дверей, тщетно толкая тяжелые грохочущие створки. Потом в его воплях появился ужас. Иэн упал на мостовую и скорчился, истекая потом и пытаясь уйти, спрятаться от этих звуков — слышать исполненный животного ужаса вой было выше его сил.
— Прошу вас… умоляю… помогите! Бога ради, помогите мне!
Иэн не мог не вспомнить такие же тщетные мольбы родителей той страшной ночью. Истощенному и одурманенному болью Иэну казалось, что он вновь наяву слышит их истошные крики: «Иэн, милый, помоги! Спаси меня!» И тогда Иэн поднялся, дрожащими пальцами выдернул дужку замка из петель и, распахнув дверь, шагнул в поглотившее его огненно-дымное жерло.
  
ГЛАВА СЕМЬДЕСЯТ ЧЕТВЕРТАЯ
 
Когда сержант Дикерсон наконец-то перебрался через белую блеющую реку, инспектора Гамильтона и того, кого он преследовал, и след простыл. Лихорадочно озираясь, сержант увидел мальчишку, в котором признал Дерека Макнайра. Лицо мальчика было в копоти, одежда порвана, а сам он едва стоял на ногах:
— За мной! Скорее!
— Куда они побежали? — пытал Дикерсон.
— Сюда! — Дерек развернулся и припустил по улице, высоко вскидывая худые ноги.
— Эй, парни! Сюда! — закричал сержант двум констеблям, только-только преодолевшим стадо. Они сломя голову бросились вслед, даже не придерживая отчаянно болтающиеся на поясах дубинки. Дерек спешно вел свою маленькую полицейскую процессию по сумеречным пыльным улицам к кварталу развалин, обступивших мост Георга Четвертого.
На улицах Маленькой Ирландии вслед за ними увязалось несколько оборванных ребятишек в сопровождении неистово лающих всклокоченных псов. Странная процессия завернула за угол, как живое воплощение легенды о гаммельнском крысолове.
— Сколько… еще? — спросил, задыхаясь, Дикерсон.
— Там, внизу! — закричал Дерек, тыкая пальцем в узкий проулок. — Скиннерс-клоуз!
Он бросился вперед, слыша топот двух спешащих вслед дюжих полисменов.
— Сюда! Быстрее! — истошно закричал мальчишка, и Дикерсон припустил из последних сил.
Дым валил из распахнутых створок подвального помещения.
Зажав рот с носом, Дикерсон подскочил к входу и разглядел в дыму две скорчившиеся у основания лестницы фигуры.
— Пожарных зови! — рявкнул он на Дерека. Мальчик ошарашенно моргнул и помчался прочь. — Эй! — крикнул сержант констеблям. — Помогите мне их вытащить!
Полицейские стали спускаться вслед за ним по лестнице, то и дело заходясь в приступах неистового кашля. Один из распростертых на полу людей оказался, как и боялся Дикерсон, инспектором Гамильтоном. Вторым был тот самый фокусник, за которым они погнались на Грассмаркет.
— Да не стойте же вы! — рявкнул он на констеблей. — Помогайте!
Когда обоих мужчин вынесли на свежий воздух, вдали уже раздавалось дребезжанье пожарного колокола.
— Мертвые? — спросил один из констеблей, глядя на недвижимых мужчин с черными от копоти лицами.
— Надеюсь, что нет, — ответил ему Дикерсон, остро осознавая всю призрачность своей надежды.
  
ГЛАВА СЕМЬДЕСЯТ ПЯТАЯ
 
Иэн очнулся от острого запаха спирта и антисептика. Первым открытием стало полное отсутствие в теле боли. Первой мыслью — что это рай, хотя бы он в него и не верил. Глаза он открывал с несмелой надеждой увидеть брата, но перед ним появилось встревоженное лицо тети Лиллиан. В следующий момент она неодобрительно нахмурилась и покачала головой: