Сумерки Эдинбурга
— Завидую вашему галльскому плотоугодию, — сказал Крауфорд, — но я уже слишком стар, чтобы меняться. Идите обедайте, приятного аппетита.
— Мерси, для меня было честью работать с вами, — сказал Жерар и протянул руку. Иэн с Крауфордом по очереди крепко пожали ее. Несмотря на то что их первая встреча получилась не слишком гладкой, Иэну было жалко отпускать француза — как, судя по всему, и Крауфорду.
— Я буду телеграфировать вам завтра, — сказал Жерар, надевая пальто и шляпу.
— Завтра воскресенье, — напомнил Крауфорд, — утром я буду в церкви.
— Э ву, месье? [50] — повернулся Жерар к Иэну.
— По воскресеньям я обычно навещаю тетю.
— Кстати говоря, когда эта ваша тетушка наконец-то удостоит меня ответом касательно своих фотографических услуг? — вмешался Крауфорд. — «Надежда торжествующе взмывает на распростертых крыльях» [51], знаете ли.
— Простите, сэр, — она с радостью принимает ваше предложение.
— Могли бы и раньше сказать, — проворчал начальник, — передавайте ей мою благодарность.
— Я также сообщу ей о вашем отменном знании Бёрнса, сэр. Она его большая поклонница.
— Хоть кто-то еще ценит достойного шотландского поэта.
— Я могу рассчитывать, что вы незамедлительно свяжетесь со мной в случае появления любых новых обстоятельств? — нетерпеливо вклинился Жерар.
— Непременно, — сказал Крауфорд. — До свидания, главный инспектор, и спасибо вам.
После того как Жерар вышел, Крауфорд отправил в рот еще одно печенье и протянул жестянку Иэну:
— Извините за вчерашнее… Это из-за жены. Болеет.
— Мне жаль это слышать, сэр, — сказал Иэн и взял печенье. — Надеюсь, ничего серьезного?
— Не хочу об этом. И спасибо, что делаете дело, не дожидаясь моих указаний.
— Не за что, сэр. Но мне уже пора на встречу.
— Возьмите еще одно печенье на дорожку.
— Спасибо, — сказал Иэн, запуская руку в жестянку, и вышел. Когда он подходил к лестнице, раздался знакомый голос:
— Привет, босс.
Иэн обернулся и увидел облокотившегося на перила Дерека Макнайра, еще более чумазого, чем обычно.
— Вовремя ты, — сказал Иэн, — куда запропастился-то?
— Мне, между прочим, еще на хлеб зарабатывать надо. Я оставил сообщение вашему брату.
— Мне нужно точно знать, что именно тебе сказала хозяйка, — сказал Иэн, спускаясь вниз по лестнице. Выйдя на улицу, он зашагал к проулку Стивенло-клоуз.
— Миссис Сазерленд, что ли? — спросил Дерек, стараясь не отставать.
— Да.
— Она очень добрая — супу мне налила и вообще.
— Умерла она.
Дерек замер на месте:
— Что случилось?
— Ее отравили.
— Но с ней же все в порядке было, когда я уходил… — потрясенно пробормотал Дерек. — Постойте… суп! Вы же не думаете, что… но зачем кому-то травить такую добрую женщину?..
— Я хочу, чтобы ты в точности повторил все, что она тебе сказала.
— Сказала, что нашла что-то.
— А что именно, не сказала?
— Нет.
Иэн вновь зашагал по улице, Дерек держался рядом.
— Ничего особенного в доме у нее не заметил?
— Например? — спросил Дерек, пнув попавшийся на мостовой камешек.
— Может, подозрительное что-нибудь — ну или кого-нибудь?
— И не вспомню. Я же сказал — когда уходил, с ней все в порядке было.
— А на улице никого не заметил?
— Да нет… Хотя постойте, слонялся там какой-то тип, будто ждал кого-то.
— Где ты его увидел?
— Да прямо перед домом, на тротуаре.
— Как он выглядел?
— Сам из себя красавец, волосы черные. Одет был как джентльмен. Глаза еще светлые такие, необычные.
— Рост?
— Да обычный вроде. Вы, к примеру, выше.
— Так будто бы ждал кого-то, говоришь?
— Ага.
— Тебя видел? — спросил Иэн, сворачивая на Каугейт.
— Прямо в глаза глянул — да еще так, будто дырку во мне провертеть взглядом хотел.
Иэн остановился:
— Вполне возможно, что тебе угрожала нешуточная опасность.
Дерек фыркнул:
— Да кому такой грязный бродяжка, как я, сдался?
— Он ни минуты не колебался бы, если б заподозрил, что ты что-то знаешь.
— Ну или это просто любовник дамочку свою ждал.
— Ты ж сказал, что он прямо на тебя уставился.
Дерек рассмеялся:
— Мистер, если бы я за каждый такой взгляд по полкроны получал, то давно б богаче царя Соломона был.
— Но явно не мудрее.
— А вы попробуйте так пожить, как я живу, — посмотрим, насколько вас хватит. Мудрость, знаете ли, разная бывает.
— Не сомневаюсь, — бросил Иэн, сворачивая на Гатри-стрит.
— А куда это вы собрались?
— С одной девушкой побеседовать.
Дерек присвистнул:
— Романтика!
— Ничего подобного.
— Ха! Все так говорят.
— Что ты вообще можешь знать о женщинах?
— Пока что меньше, чем хотелось бы, но как слегка подрасту, скучать им точно не дам, вот увидите.
— Послушай меня, — сказал Иэн, останавливаясь перед домом Харли, — тебе нужно быть осторожным. Постарайся больше не соваться в это дело.
— Вот те раз! Только-только начал помогать закону, вместо того чтобы все время его нарушать, и пожалте!
— Где твой друг Фредди? Вдвоем вам безопасней будет.
Дерек сосредоточенно уставился на свои ногти с траурной каймой и принялся ковырять ботинком бордюр:
— Мы с ним вроде как поцапались.
Иэн вытащил из кармана четыре соверена и протянул их Дереку. Мальчик вытаращился на монеты, изумленно распахнув рот.
— Это все, что у меня сейчас есть, — сказал Иэн, — но если пообещаешь, что больше не станешь соваться в это дело, я дам еще.
— А на следующее дело меня возьмете?
— Сейчас мне нужно, чтобы ты пообещал, что не станешь лезть в чужие дела и будешь осторожен.
— А не помогать-то вам выгоднее выходит, чем помогать.
— Я туда, — сказал Иэн, указывая на дом, — а ты можешь пойти помыться где-нибудь — деньги у тебя теперь есть.
— Да ну, — отмахнулся Дерек, — монахини и забесплатно меня помоют. Да только мне плевать.
— На мытье или на монахинь?
— На то и на другое вместе.
Иэн засмеялся:
— Ладно, иди уже, пока еще во что-нибудь не влип.
Он подождал, пока Дерек, радостно пританцовывая, не скрылся за углом, а потом постучал в дверь. Ему открыла величественная Бернадетта, которая выглядела теперь даже внушительней, чем раньше, — в темно-голубом платье с белыми манжетами и воротничком, а также белоснежным передником им под стать.
— Здравствуйте вам, инспектор! — ее сочный ирландский акцент обращал на себя внимание не меньшее, чем внушительная фигура. — Чем помочь вам могу? — спросила она, вытирая полотенцем вымазанные в муке руки. Многообещающий знак, подумалось Иэну. Он не забыл ее кремовые пирожные, а урчание в животе красноречиво напомнило, что время обеда уже давно прошло.
— Мисс Харли дома?
— Сейчас узнаю, сэр.
— Весьма обяжете, Бернадетта.
Она коротко кивнула:
— Обождите здесь.
— Спасибо.
Стены гостиной, в которой оказался Иэн, были увешаны буколическими английскими пейзажами и сценами охоты с мчащимися вдаль всадниками в окружении лающих псов. Юджин Харли между тем совсем не произвел на него впечатления лошадника — как, впрочем, и приверженца любого другого спорта, требующего физических усилий. Тем удивительнее было утверждение его племянницы о любви дядюшки к гольфу.
Он прислушался к тяжелым шагам Бернадетты, поднимающейся на второй этаж к спальне Кэтрин Харли. Сперва раздался стук в дверь, а затем приглушенные голоса. Иэн навострил уши, но разобрать ничего не смог. Ступеньки лестницы вновь заскрипели под ногами спускающейся Бернадетты, и вот уже служанка опять стояла напротив него.
— Мисс Харли слегка нездорова, — сказала она, пряча взгляд, — но коли хотите, карточку оставьте…
Ее речь прервал звук открывшейся наверху двери и приглушенный возглас.