Сказания о преподобном демоне. Том 2 (СИ)

Теперь эта рука будет её уязвимым местом, и её придется отдельно развивать. Возможно, когда-нибудь она догонит остальное тело. Как Янг Син обошла свою полудуховную физиологию, Фан Юань понять не смог.
Но тут их прервали. В комнату вошла делегация принимающей стороны. Её состав тоже был не слишком многочислен: Е Ян, Е Мо и Е Цзун. Е Цзыюнь, хоть и участвовала во всех событиях, к переговорам допущена не была. В какой-то мере роль подростка выполнял Е Ян, который теперь занимал тело Лу Пяо.
  
Узнать, как это объяснили и объяснили ли вообще семье погибшего Лу Пяо, Фан Юань не успел, да и волновало это его мало.
— Приветствую гостей и предлагаю сразу перейти к обсуждению раздела нового мира. Я буду представлять интересы семьи Вьюги на этих переговорах, — начал Е Цзун.
Фан Юань не ожидал такого. Хотя Е Цзун говорил гораздо более учтиво, чем обычно, его нынешнее положение плохо подходило для переговоров. Возможно, Фан Юань переоценил ум Е Мо, а возможно, и недооценил. А тот выставил сына собрать все шишки, которые он заслужил, а сам выступит с разумным предложением позже.
— Я также приветствую принимающую сторону. Я буду представлять интересы Священной семьи, — в тон ему ответил Фан Юань.
— Ты смеешься, как может четырнадцатилетний пацан говорить от имени семьи, когда здесь присутствует её глава? — не выдержал и вернулся к привычному спесивому тону бывший городской лорд.
— Кажется, вы забываетесь, уважаемый Е Цзун, перед вами молодой лидер клана и золотой заклинатель двух звезд. Кроме того, мы с вами сейчас абсолютно равны и являемся наследниками глав наших семей. Вот я и решил, что будет разумно ответить именно мне. Я надеюсь, что вас не лишили титула наследника семьи, а то неудобно получится, что я вот так вежливо к вам обращаюсь, — парировал Фан Юань.
Е Цзун перевел взгляд на Е Мо, но, не найдя поддержки, лишь стиснул зубы и промолчал. Его поведение выглядело всё страннее.
— Раз вы молчите, я сам оглашу наши условия. За спасение Светозара, спасение наследницы семьи Вьюги, спасение основателя Е Яна, затраты на всё выше перечисленное, а также в качестве компенсации за действия Е Цзыюнь, действия преступника, вернувшегося к жизни с помощью нечестивой техники духовного созвездия, которому семья Вьюги оказывала протекцию, множественные преступления вашей семьи мы требуем отказа от доли в открытом мире Бездны Тюрьмы, предоставления нам указанных в этом списке ресурсов и проведение новых выборов городского лорда, — Фан Юань передал подготовленный список.
— Я обращаюсь к уважаемому Е Яну, который в силу клятвы должен быть беспристрастен, с просьбой подтвердить соразмерность моих требований.
— Ты хочешь, чтобы твой отец стал городским лордом? Или ты сам претендуешь на эту должность? Ты сказал, что Не Ли использовал технику духовного созвездия, но что касается тебя? Разве кто-то поверит, что тебе четырнадцать лет? — вспылил Е Цзун.
— Безусловно, семья Вьюги может подать публичный официальный запрос к Священной семье о моей проверке. Но вы подумали, как вы будете выглядеть, когда не сможете ничего доказать? — улыбаясь произнес Фан Юань. Его душу не заметили даже сразу после переселения, теперь это сделать точно невозможно.
— Ты так уверен, что мы не сможем доказать факт переселения души? — стал давить Е Цзун, но был остановлен Е Мо:
— Достаточно, сын! Я уверен, что мы, к сожалению, не сможем доказать этот факт. К сожалению для нашего уважаемого брата по духовному развитию. Ведь в обратном случае уважаемый Шэнь Юэ, или как вас на самом деле зовут, мог бы не ограничиваться получением выгоды лишь от одной семьи. Я полагаю, сокровищница семьи Вьюги как минимум не уступает таковой у Священной семьи. А наша семья может быть по-настоящему щедрой.
— Отец, но как же так. Мне же даже удалось найти доказательства связи Шэнь Хонга с Темной Гильдией. Всё, что сказал Не Ли, было правдой, и теперь их семье не уйти от наказания! — распалялся бывший городской лорд.
— Вы меня всё больше удивляете. Ссылаться на слова бандита, да и на доказательства хотелось бы взглянуть. А знаете, окажись это правдой, разве это не стало бы отличной новостью? Ведь если мой уважаемый отец окажется у власти, ему бы не было смысла сотрудничать с темными, а знание о них у него были бы, и он смог бы выстроить стратегии противодействия им, — не было никакого смысла опровергать сказанное, важнее сконцентрироваться на возможном будущем. И для Фан Юаня было странным, что городской лорд, пусть и бывший, не понимает этого, учитывая ситуацию в городе.
Е Цзун вскочил с места, но что он собирался сделать, узнать не удалось. Е Мо нанес ему удар со спины, использовав какую-то технику усыпления или парализации.
Гостей, мягко сказать удивили, действия Е Мо. Но прежде чем кто-то успел что-нибудь сделать, начал говорить сам легендарный заклинатель. Но, не став ничего объяснять, он крикнул:
— Стража!
В комнату ворвались двое стальных и четверо золотых заклинателей, но агрессии они не проявили. Е Мо кивнул на упавшее без чувств тело сына и произнес:
— Вернуть в карантин, принять все меры предосторожности, с ним не разговаривать, еду и всё необходимое передавать через слуг, не обладающих духовной культивацией, — раздал приказы лидер семьи Вьюги, а стража, не задавая вопросов, подняла спящего лорда города и унесла прочь.
— Признаться, я удивлен твоими действиями даже больше, чем твоим последним предложением, поэтому, прежде чем мы перейдем к обсуждению, не мог бы ты объяснить, что только что произошло? — в своей бесстрастной манере, полностью лишенной каких-либо чувств, в том числе и уважения к легендарному заклинателю, произнес Фан Юань.
— Хорошо, что ты не пытаешься отпираться насчет твоей личности, это всё упрощает. Раз ты сознался, то, полагаю, присутствующие уже в курсе, кто ты? — напряженный до этого Е Мо выдохнул и налил себе вина из кувшина.
— Само собой, Шень Хонг, а называть его отцом больше не имеет смысла, не мог не заметить подмену его сына . Но какая ему, в сущности, разница, кто занимает это тело, если оно действует в интересах Священной семьи. А информацию от Е Яна ты уже наверняка получил, обойти клятву в таких мелочах, особенно когда он находится уже в человеческом теле, не является проблемой, — Фан Юань присел рядом и тоже налил себе вина, выказывая доверие собеседнику. Он прекрасно понимал, что травить его сейчас нет никакого смысла.
— К сожалению, я смог узнать не так уж много, не мог бы ты хотя бы представиться? — спокойно продолжал Е Мо.
— Называй меня Фан Юань, это имя я носил дольше всего.
— И сколько же?
— Лет шестьсот, но довольно обо мне. Ты хотел объяснить, что только что сделал, и рассказать о своем предложении.
— Да уж, не перестаю удивляться, насколько велик мир и как мало мы о нем знаем, кто бы мог подумать, что возможно прожить так долго. Но ты прав, сначала дело, — промочил горло старик.
— Я привел своего сына на эту встречу, чтобы устроить ему последнюю проверку, он её провалил, а его, пусть будет, безумие подтвердилось. Запереть же его пришлось, потому что его «безумие» может быть заразно.
— Е Мо, ты, кажется, забыл, что, чтобы уладить всё произошедшее, тебе недостаточно купить не только Шень Юэ, то есть Фан Юаня. Он, конечно, гений и герой города, но открыто объявить, кто он, ты не можешь. Значит, если он внезапно встанет на твою сторону, я скажу другим семьям, что ты подчинил его демонической техникой. Можешь попытаться купить и меня, но меньше чем на половину города я не соглашусь! — встрял в разговор Шень Хонг.
  
Он действительно давно знал, что тело его сына захвачено. Никакие проверки этого не выявили, но кто поверит, что так мог действовать тринадцатилетний мальчишка? А сам Шень Юэ был даже глупее Шень Фэя, так что расследование началось, как только он вышел из своей уединенной медитации.
Конечно, Шень Хонг не был образцовым отцом и уделял своим детям так мало внимания, что мог не признать их в лицо. Но в клане много людей, которые знали его сына гораздо лучше, их допросили. Жесты, мимика, даже словарный запас — всё было иным. Установили место и время, это было очевидно: духовная атака, потеря сознания, и на месте инфантильного сопляка прожженный интриган.