"Фантастика 2024-145". Компиляция. Книги 1-24 (СИ)

— Трепещите, бандерлоги! — Орал он, бежал и стрелял — Мы идем по ваши души!
А за ним через баррикады перепрыгивали люди и тоже бежали и стреляли. Кто-то стрелял с баррикад, прикрывая товарищей.
Рогулы отстреливались отчаянно. Как оказалось, спецназовцев всего было около десяти, и умирать им не хотелось. На самом деле, спецназовец — это не столько экипировка и оружие. Это даже не совсем подготовка. Это в первую очередь определенные жизненные принципы, и готовность умереть за них в любой момент. А вот ничего из последнего у урканского спецназа не было. Были просто хорошо вооруженные и средне тренированные — каратели? Садисты? Мародеры? Да кто угодно — но не спецназовцы. Толпа неслась к центральному корпусу, оттуда шел ураганный огонь. Стали попадаться трупы урканских военных.
Сашка почти добежал до входа в центральное здание, как почувствовал, что его прошили три иглы — и упал на землю. Над ним спустился мрак.
  
Глава 17
 
Он очнулся в медкапсуле. Крышка съехала, и над ним снова склонилось знакомое девичье лицо. Соля — вспомнил он, секретарша Витеня Трувова, главы корпорации «Юркон».
— Мы в Юрконе? — почему-то это первое пришло ему на ум.
— Нет, это на базе.
— Какой базе?
Вопрос удивил Солю:
— Ну, той самой… которую вы захватили…
— У нас получилось?
— Да. Давай помогу встать.
— А где все?
— Готовятся к похоронам. Бои только вчера закончились — и тут же спохватилась. — Ой, Аш, я и забыла… Ты же три дня без сознания пролежал.
…
А все эти три дня на Тавре творилась история.
Базу они тогда взяли. С огромными потерями, но взяли. С точки зрения военной науки она была просто образец непрофессионализма. Но не зря Сашка заметил тогда подъехавших журналистов — их съемки в прямом эфире просто всколыхнули всю Тавру. И народ начал брать урканские гарнизоны во всех городах Тавры. Везде были бои, и тяжелее, чем тот, когда тяжело ранили Сашку. День на планете шла настоящая война, но перевес сил был очевиден, и на следующий день было уже ясно — сторонники независимости победили.
А следующий день стал Днем Гнева. Рогулов уничтожали по всей планете, вымещая им всю ту боль и унижения, которые накопились за четверть века. Досталось и гулграм — у них в Таврополисе одного, того самого бурдюка, что зазывал его в банк «Прайвит», толпа разорвала на куски.
…
Сашка встал и натянул свой комбинезон.
— Аш, — Соля стояла и смотрела на него, не решаясь сказать, а из глаз лились слёзы.
И в этот момент Сашка своим чутьем понял — он потерял что-то очень ценное и дорогое.
— Мита — он с трудом прохрипел её имя. Соля, плача, кивнула.
Ноги подкосились у него, он так и сел у медкапсулы. И тихо завыл.
— Аш, — все плача, с трудом подбирая слова, говорила Соля. — Сегодня похороны всех погибших. И её похоронят сегодня… Аш, ты должен с ней попрощаться.
Сашка сидел и просто тихо плакал.
— Я пойду, — прошептал он. — Я обязательно пойду.
…
Похороны всех погибших были сегодня на площади рядом с местным парламентом. Уже разведены были погребальные костры, пришел народ: родственники, друзья, просто незнакомые люди, попрощаться с погибшими героями. Много их погибло за эти дни.
Сашка стоял рядом с телом Миты, лежавшим в маленькой лодочке. В них гардаррцы сжигали тела своих мертвых. Сашка гладил её волосы, шептал ласковые слова. А потом подошло время, вышел жрец.
— Братья и сестры! — начал он — сегодня мы прощаемся со многими нашими товарищами, которые пали в борьбе за нашу свободу. Все они были разными людьми, но их объединило одно. Они в своей жизни совершили настоящий поступок, — свою жизнь они отдали за нас, погибли, дав возможность жить нам. Светлого им Ирия!
— Светлого Ирия! — понеслось по толпе.
Все отошли от тел, и площадь, которую уже покрывал ночной мрак, осветилась сотнями огней — горящие лодочки везли в последний путь на небеса своих пассажиров.
— Аш! — кто-то окликнул его. Сашка оглянулся. Миран.
— Здравствуй. Ты как? Где остальные? — Сашка был рад встретить хоть кого-то знакомых — тошно было одному.
 
— Кукша в медбоксе. Ему еще пару дней лежать. Руку ему оторвало.
— А Надей?
Миран молча указал рукой на эскадру горящих «лодочек».
— Как?
— На следующий день после тебя. Мы уже другую базу брали, там уже почти все было зачищено. Попал прямо под тяжелую плазму. Глупая смерть…
Сашка даже не знал, куда ему сейчас идти, и Миран его прекрасно понял.
— Аш, сходи в храм. Поверь, полегчает.
…
Вопрос религии никогда особо не интересовал Сашку. Как и большинство жителей России, он искренне считал себя православным, но в церкви бывал лишь изредка, по крупным праздникам. Здесь, в Содружестве, как оказалось, религия занимает не последнее место в жизни людей. Казалось бы, такой уровень развития техники и коммуникаций, а вот тебе…
Миран привел его к небольшому зданию, сделанному из дерева. Сашка подумал, что это первый деревянный дом, который он вообще здесь увидел.
Внутри было светло, по всему дому горели свечи. А в уголке стоял стол и два стула, на одном из которых сидел тот самый жрец, который проводил похоронный обряд.
Сашка стоял и ждал чего-то
— Присаживайся, — сказал жрец, доставая на стол три бутылки «мейда» и брикет хлеба. — В ногах правды нет.
Сашки присел за стол, а жрец тем временем, достав два бокала, разлил по ним «мейд».
— Тяжелый сегодня день. — начал первым жрец. — Я хоронил многих, кого знал не один год, а кого-то и десятилетия. Все были моими прихожанами. Кому-то я помогал, а кто-то помогал мне. Ты тоже прощался сегодня с кем-то тебе очень дорогим — это был не вопрос, а утверждение.
— Извините… я просто не гаррдарец, даже не знаю как себя вести… Моя девушка погибла… Попрощался с ней… — у Сашки текли слезы. — Просто не знал куда идти, вот сюда пришел.
— Брось. Храм для того и стоит, чтобы каждый пришедший в него получил поддержку. Веди себя просто. Только не лицемерь. Создатель не любит лжи. — продолжил священник — Выпьем! — они опустошили бокалы, и жрец разлил еще по одной.
— Ты хоть говоришь, что не гаррдарец, но сделал для Тавры поболее многих, видит Создатель. А с девушкой ты именно попрощался, как прощаются перед долгой разлукой, после которой все равно будет встреча. Вы встретитесь с ней, там — священник показал рукой вверх, — в Светлом Ирии. Только помни её, и тогда, когда душа твоя в положенный срок отправится вслед за ней, вы найдете друг друга.
— А в кого вы верите? — Сашка почему-то задал этот вопрос. Хоть странно он звучал от сидящего в храме, но жрец ни капельки не удивился:
— В Создателя.
— А кто он, Создатель?
— Просто тот, кто создал всё мироздание, и нас, по образу своему и подобию.
— А как же негуманоиды?
— И они дети его. Или ты думаешь, что образом были наши бренные тела? Так получается, что человек, остававшийся раньше без руки или ноги, переставал быть его дитём? — жрец усмехнулся. — Все мы, и люди, и гуманоиды, и негуманоиды имеем самое главное, что даже смерть не способна у нас отнять — наши души. Ими мы подобны Создателю.
Они еще долго говорили, допив весь «мейд» и съев хлеб. Сашка ушел из храма поздно ночью.
…
В казарме был только Миран.
— Аш, Ворна убили. Жену его, дочь младшую. Компании больше нет. Вар, кладовщик наш, ушел в ополчение. Склад свой открыл, сказал, берите что хотите. Контракты наши, судя по всему, прекратили действие. Я тоже сейчас ухожу. Вот тебе ключ доступа. — он скинул Сашке код для склада.
— А ты тоже в ополчение?
— Да. Вначале в медбокс, Кукшу дождусь, а потом мы вместе в ополчение… Да, тут тебя искали. Из «Юркона» девица приезжала, просила передать, чтобы заехал. Витень Тривов с тобой поговорить хочет. — и Миран ушел.
Завтра, все завтра, думал Сашка укладываясь спать. В этот момент он вообще никого не хотел видеть.