Обманутая жена дракона или заброшенная усадьба попаданки (СИ)

Несколько секунд медлит, пока его глаза, острые как лезвия, проходятся по людному залу, выискивая цель. Найдя её, он уверенно направляет к столу у прилавка, за которым сидят несколько мужчин.
Двое из них в одинаковой серой форме с чёрной окантовкой. По нашивкам на груди я догадываюсь, что это городская стража. Третий сидит к нам спиной, и отчаянно размахивает руками.
Гомон в зале стоит такой, что разобрать его слова я могу только лишь тогда, когда мы подходим ближе.
  
- Украли! - патетично восклицает бедолага, по голосу которого я быстро узнаю оценщика из разрушенного ломбарда. - Обнесли! Разорили! Вандалы!
Стражники синхронно кивают, не забывая прикладываться к большим кружкам, над которыми поднимаются тонкие струйки пара.
- Доброго дня, господа, - холодно здоровается лорд Эллеринг, и все тут же вскакивают со своих мест.
- Ваша Светлость!
Дождавшись, пока они раскланяются перед высоким гостем, к нам спешит молодая подавальщица.
- Милорд, чего изволите? - с придыханием вопрошает девушка, густо краснея от волнения.
- Поговорить наедине, - сухо отвечает лорд, теряя интерес к остальным. Всё его внимание занимает лишь оценщик.
- Так не положено, - мнутся законники, но ни у кого из них не хватает смелости возразить дракону.
- Мне спросить разрешения у вашего начальства? - ехидно изгибает бровь лорд и те покорно отступают.
- Не смеем беспокоить.
Признав поражение, стражники отдают честь, прикладывая руку к пустой голове, а затем шустро пересаживаются за освободившийся столик на другом конце зала.
- Вы что, знакомы? - интересуюсь я, стоя за спиной у Эйвара.
Как-то странно, что законники не смеют перечить дракону. Пускай он и влиятельный, но я искренне надеялась, что хоть здесь царят адекватные порядки.
- У меня, знаешь ли, репутация, - небрежно отвечает лорд через плечо, и жестом указывает оценщику сесть.
Сам же садится напротив и, сложив руки на столе, слегка подаётся вперёд.
“Репутация? Если только тирана и бабника,” - обиженно фыркаю про себя.
Мне-то, между прочим, никто не предложил сесть. Поэтому я не спеша обхожу Эйвара и занимаю соседний стул. Глаз цепляется за свежие коричневые потёки на столе, и я, подавив брезгливость, отодвигаю на середину кружку с ещё не остывшим чаем.
При виде меня мужичок преображается, словно встретился лицом к лицу с самим дьяволом. С лица схлынули все краски, левый глаз начал предательски подёргиваться, а кадык от волнения ходит ходуном, грозя вот-вот прорвать тонкую кожу шеи.
- Л-леди, я же просил вас не рубить с плеча!
Растерянно хлопаю глазами, пытаясь понять, что именно он имеет в виду? И почему когда я пряталась за спиной лорда, оценщик вёл себя смелее?
- Вы о чём? - спрашиваю, слегка прищурившись.
- Это всё из-за вашего кольца! - он подскакивает так, что едва не опрокидывает массивный стул. Обвиняюще тычет в меня узловатым пальцем, но одного испепеляющего взгляда Эйвара хватает, чтобы истерика сошла на нет.
- Говори, - приказывает дракон.
Немного заикаясь и повторяя по нескольку раз одно и то же, оценщик сообщает, что вечером оставил кольцо в сейфе, зачарованном от воровства. Мужик был не дурак и понимал, что сбыть его бесследно не удастся. Поэтому решил ждать, пока либо я выкуплю его обратно, либо за ним явится подлинный владелец. Расчёт был такой, что он предложит завышенную цену, удвоив таким образом навар.
- А утром, - вздыхает мужик и утирает запястьем покрасневший нос, - утром прихожу, а ломбард разрушен до основания! И сейф раскурочен так, словно его диковинный зверь разорвал когтями!
Диковинный зверь?
Эйвар мрачнеет на глазах. Глаза лорда опасно темнеют, челюсти сжимаются, и лишь венка на виске выдаёт нарастающую ярость.
- Это всё? - от голоса дракона идёт мороз по коже, и я в очередной раз напоминаю себе, что с ним лучше не ссориться.
“Он уедет, - мысленно повторяю, как мантру, - а усадьба останется. И я должна остаться, а не пойти куда глаза глядят.”
- Чистую правду говорю! - заверяет оценщик и пальцами показывает какой-то знак, будто крестится.
Эйвар морщится и машет рукой, мол, свободен, и бедолага тут же спешит к ожидающей его страже. Но едва мы поднимаемся из-за стола, как позади раздаётся робкий голос подавальщицы:
- Милорд, у меня есть что вам рассказать. Разумеется, не бесплатно.
  
Глава 55
 
Девчушка неловко перебит передник, не сводя с лорда Эллеринга пылающего взгляда. Губки капризно надуты, а непослушная прядка, выбившаяся из причёски, так и манит, умоляя, чтобы сильная мужская рука вернула её на место.
- Говори, - властно приказывает Эйвар, демонстративно игнорируя эти наивные девичьи уловки.
Предательское сердце бешено колотится, и я мысленно отвешиваю себе звонкую оплеуху.
“Даже и думать не смей,” - приказываю своему взбунтовавшемуся подсознанию.
Скорее бы разобраться со всем этим и вернуться к привычной работе в усадьбе!
- Следуйте за мной, - шепчет она, опасливо озираясь по сторонам. Девушка бесцеремонно игнорирует чьи-то настойчивые просьбы принять заказ и манит лорда пальчиком в подсобку.
Однако, заметив, что я неотступно следую за драконом, едва сдерживает недовольную гримасу.
- Милорд, это секретная информация, - намёк столь прозрачен, что его поймёт и круглый дурак.
Лорд снова удивляет. Уверенно кладёт широкую ладонь мне на талию, крепко прижимая к своему боку. Пальцы проходятся чуть выше и нежно поглаживают рёбра, вызывая рой восхитительных мурашек.
- У меня нет секретов от жены, - заявляет он, а у меня от изумления пропадает дар речи .
- Ой, правда ли? - шиплю на него, злясь за неуместные в чайной ласки.
Сейчас выведаем информацию, а как выйдем наружу, я потребую, чтобы он больше никогда ко мне не прикасался.
Да! Это правильно.
“А как поедете обратно?” - ни к месту оживляется внутренний голос с привычной ехидцей, и я мысленно огрызаюсь, признавая поражение:
“Пешком прогуляюсь.”
Девица заводит нас в тесную кладовку и зажигает тусклую, оплетённую почерневшей паутиной лампу. В нос ударяет целый букет запахов - чуть отсыревшая картошка, лежащая в раскрытом холщовом мешке. На полках банки с вареньями и компотом. Справа от двери подгнивает капуста, и я едва удерживаюсь, чтобы не зажать нос двумя пальцами, борясь с подступающей тошнотой.
Лорд сверлит её испытующим взглядом, а подавальщица не торопится делиться информацией. Вопрошающе поглядывает на Эйвара, и, не выдержав, шепчет с плохо скрываемой жадностью:
- Сперва награду за ценные сведения.
- С чего ты взяла, что они имеют ценность? - сухо интересуется дракон.
- А вдруг обманете? - срывается с её губ. Поняв, что ляпнула глупость, она тут же отшатывается, поясницей вжимаясь в ребро полки, будто загнанный зверёк. - Простите, милорд, то есть я имею в виду…
- Моё терпение не бесконечное, - цедит сквозь зубы лорд Эллеринг, возвышаясь над нами обоими мощной, неприступной горой.
- Да, конечно, милорд, - шмыгает носом неудавшаяся шантажистка и послушно принимается за рассказ.
А дело было так.
Живёт она с родителями в доме неподалёку от базара. Как раз с той стороны, где находится ломбард. И вчера ночью она сбежала из дома на встречу с “замечательным, стоящим парнем, который решительно настроен сыграть с ней свадебку”. И вот, помиловавшись с ним на ближайшем сеновале, она возвращалась домой мимо базара и увидела, как огромное чудище “с крыльями - во-о-от такими”, старательно разрушал избушку, в которой находился ломбард.
Испугавшись, что монстр её учует, она рванула с места так, что только пятки сверкали. Но рассказать об этом никому не смогла - иначе родители узнают о её ночных свиданиях.
  
По непроницаемому лицу Эйвара сложно понять, о чём он сейчас думает. Разве что сквозит откровенное презрение к девчушке, да крылья носа трепещут, ощущая неприятную вонь кладовки. У драконов ведь острое обоняние, каждый запах для них – целая симфония ароматов.