Обманутая жена дракона или заброшенная усадьба попаданки (СИ)
Хочу сказать “обознались”, но видение возвращается.
Дверь в ректорат приоткрыта. Приёмная пустая, а за дверью слышится странный шум. Вроде, не ругаются, и мне бы порадоваться, но сердце тревожно сжимается и бьётся так, словно хочет вылететь из груди.
Густой ковровый ворс скрадывает звук моих шагов. Пальцы касаются прохладного металла круглой дверной ручки, и до моих ушей доносится радостное воркование Лиззи.
Тяну на себя створку, готовая от души пожурить непутёвую кузину, и застываю камнем, глядя как мой муж, мой Эйвар, ректор академии и штормовой дракон жадно целует хрупкую блондинку с тонкой талией, что льнёт к его груди и цепляется розовыми ноготками за напряжённые, бугрящиеся плечи.
Глава 3
Страх перед грозным мужчиной, чьё выражение лица мрачнее самой чёрной тучи, сменяется горькой обидой. Не знаю, почему я помню все эти детали до малейших подробностей, ведь эта женщина - не я!
Однако сердце бешено колотится, в ушах стоит оглушительный шум. Хорошо, что я лежу, а то чувствую, будто земля уходит из-под ног!
"Как они могли?" - предательская мысль пульсирует в моей голове, причиняя почти физическую боль. Внутри меня что-то ломается, разбивается на мелкие осколки. Предательство двух самых близких мне людей бьёт сильнее, чем я могу представить!
Подождите!
Мотаю головой, чувствуя себя так, будто схожу с ума.
Каких близких?
Я вообще первый раз вижу этого грубияна!
- Виктория, - ректор обманчиво тихо произносит моё имя, но в нём отчётливо слышна угроза, - когда я спрашиваю, ты тут же отвечаешь и не заставляешь меня ждать.
Стискиваю зубы, отодвигая душевную боль на задний план. Я обязательно выясню, что со мной происходит, но только не сейчас. Надо отделаться от этого пугающего нахала и в одиночестве уже как следует пораскинуть мозгами.
Мысленно считаю до трёх, вскидываю подбородок вверх, смело встречаясь взглядом с удивительными, похожими на два бездонных омута, глазами, и спокойно отвечаю:
- Вы обознались, лорд… - ай, забыла, как его там. Но это сейчас неважно. - В общем, я не ваша жена. Поищите её в другой палате.
Секунда, две… Ничего не происходит.
Мир вокруг будто исчезает.
Остаёмся только мы двоём.
От стального взгляда по коже бегут испуганные мурашки. В странной блузке становится невыносимо жарко, ещё и спина начинает чесаться. Пытаюсь отодвинуться к высокому подголовнику, вдавливаясь лопатками в подушку, но лорд делает шаг вперёд и молча хватает меня за запястье.
- Пустите! - я пытаюсь брыкаться и извиваюсь, стараясь избавиться от цепкой хватки. Сдавливает словно охотничий капкан, впиваясь подушечками пальцев в нежную, белую кожу, там где просвечивают тонкие голубые венки.
С нечеловеческой силой, будто я легчайшая пушинка, он подтягивает меня к себе и дёргает вверх, вынуждая встать перед ним на колени. Хорошо хоть, не на полу, а на кровати.
- Раз отказываешься говорить, значит, будешь слушать меня внимательно, - холодно цедит сквозь сжатые зубы.
В голове бьётся паническая мысль: “Псих! Точно! Ненормальный!”
А с такими лучше не связываться. Потерплю, сделаю вид, будто подчиняюсь, а потом найду главврача и потребую вызвать полицию!
- Сейчас вернётся Байрон, и ты извинишься перед ним за то, что вылетело из твоего рта, - с каждым словом пальцы давят сильнее, и на глазах выступают непрошеные слёзы. Мужчина склоняется надо мной, опасно приближаясь, и я уже чувствую на коже жар его дыхания. Что-то глубоко сокрытое, истинно женское, отзывается на эту близость, растекаясь горячим ручейком по венам.
- Не понимаю, о чём вы, - держусь из последних сил, на морально-волевых. Ещё секунда и я разревусь от боли и обиды, рвущих душу в клочья.
Вспышка и перед глазами мелькает калейдоскоп из хаотично сменяющих друг друга картин.
Мотаю головой, не в силах поверить в предательство тех, кого я так любила!
Мой Эйвар, я его боготворила и хотела стать для него лучшей женой на свете! Спутница штормового дракона должна быть тихой, услужливой и незаметной.
“Удобной”, - со странной ухмылкой поправляла меня кузина, когда я делилась с ней счастливыми моментами нашей недолгой семейной идиллии.
И Элизабет. Лиззи. Та, что смешливо закатывала глаза и фыркала, когда я взахлёб рассказывала о том, что Оракул выбрал меня в пару одному из влиятельнейших драконов королевства.
Сильному, мужественному, красивому!
О нём мечтали все незамужние девушки, а я стала его…
Единственной?
Какая ирония.
Мне бы скрыться, исчезнуть, раствориться в воздухе и забыть о том, что видела.
Но с губ слетает тихий всхлип, и чуткий драконий слух улавливает неожиданного свидетеля. Эйвар решительно снимает руки Лиззи со своих плеч и разворачивается лицом ко мне.
- Что ты здесь забыла?
Медленно отступаю. Дракон страшен в гневе, а я его разозлила. Он неумолимо движется ко мне, и краем глаза замечаю, как Лиззи цокает языком в излюбленной манере, сложив руки на груди.
Это просто невыносимо!
Разворачиваюсь и бегу прочь под яростный окрик:
- Остановись или пожалеешь!
И, как всегда, он оказывается прав.
Вместо того чтобы слушаться и повиноваться, я лишь ускоряю бег, подгоняемая ярким видением ядовитого поцелуя перед глазами. За спиной приближаются тяжёлые шаги, и я уже почти у лестницы, как чувствую сильнейший толчок в спину, и лечу вниз.
Тело пронзает острая боль. Скатываюсь по длинной лестнице, кажущейся бесконечной. Бьюсь головой, царапаю руки, ломаю ногти, пытаясь уцепиться хоть за что-то, что сможет прекратить эту муку.
Последнее, что я вижу - лица целителя и мужа, едва заметные сквозь красную пелену. Все чувства и ощущения медленно угасают, одно за другим, растворяясь в глухой, чёрной вечности.
Слышу обрывок фразы Байрона Бэлтона - декана факультета целителей:
- Леди, ну как можно быть такой неловкой?
И делаю то, на что никогда бы не осмелилась:
- Эйвар… столкнул… меня…
Тело прошивает молнией. За одно мгновение все разрозненные кусочки складываются в мозаику, и я понимаю, что случилось.
Каким-то образом, я попала в тело той самой Виктории и видела её последние воспоминания.
Может быть, это потому, что мы обе упали с лестницы? Возможно ли такое, что два человека в параллельных мирах, сделавшие одну и ту же вещь в один момент, способны поменяться телами?
И что мне делать с Эйваром?
Времени на раздумья нет. Мне нужна передышка, а то вон сдавленная рука уже из красной превращается в синюю.
Делаю невозможное для той меня, что осталась в земном мире. Опускаю глаза, мысленно ругая гада на все лады, и тихим голосом отвечаю:
- Простите, мой лорд, я…
Осекаюсь.
Неловкая пауза.
Надо тщательно подбирать слова, чтобы он не заподозрил чего-то странного.
Фух, рискнём.
- Я… я ошиблась. Как мне загладить свою вину?
Глава 4
Морщинка на переносице тирана слегка разглаживается. Пальцы, держащие моё несчастное запястье, ослабляют хватку, но когда я уже праздную маленькую победу, они снова сжимаются сильнее прежнего!
- Ай! - жалобно кричу и тут же шиплю, вбирая воздух сквозь сжатые зубы. - Больно!
- Заслужила, - жёстко отвечает лорд-ректор. Верхняя губа дёргается в презрении, и он отшвыривает мою конечность так, словно это ядовитая змея.
“Вот скотина! - мысленно распекаю на все лады, морща нос и прижимая руку к груди. Пальцами другой растираю кожу, пытаясь восстановить нарушенный кровоток. - Да как Виктория могла влюбиться в этого бессердечного, чёрствого…”
- Загладить вину, говоришь, - бесцветным голосом произносит муж и подходит к окну, сложив руки за спиной. Смотрит куда-то вдаль, будто позволяя мне рассматривать его подтянутую, мускулистую фигуру.
Глаза против воли скользят по фактурной ткани камзола, которая даже на мой неискушённый взгляд выглядит неприлично дорогой. Изящная золотая вышивка, поблёскивая на свету, складывается в затейливый узор, напоминающий какой-то то ли герб, то ли символ.