Целуй меня в Риме (СИ)

– Конечно, сразу, – убежденно отвечает за меня его мать. – Как можно не влюбиться в такого красавчика, как Робби!
Знала бы она, что мне этот красавчик поперек горла стоит! Но я молчу и опускаю глаза, как будто и впрямь смутилась. А сама под столом показываю Роберто кулак. Ну, босс, погоди! Это надо же меня в такую авантюру втянуть!
– Вообще-то мне пришлось за ней побегать, – отвечает родным Роберто, растягивая губы в фальшивой улыбке, затем внезапно обнимает меня за плечи и чмокает в висок. Как будто мы настоящие жених с невестой в гостях у его родителей. Мой кулак разжимается, и нервозность снимает как рукой. То ли это близость Роберто на меня так действует, то ли теплая атмосфера его родительского дома проникает в самое сердце. В конце концов, сегодня день рождения его матери, и мне не хочется ее огорчать.
– Я ухаживал за твоей матерью два года, прежде чем она сказала «да»! – Его отец с нежностью смотрит на жену. – И вот уже тридцать лет я самый счастливый человек во всем Риме.
– Только в Риме? – шутливо возмущается его Джульетта. – Раньше ты говорил, что во всей Италии нет никого счастливее тебя!
– Конечно, любовь моя! – пылко восклицает он и целует ее руку.
Мне даже становится немножко завидно. Интересно, а у меня будет муж, который будет так же сильно влюблен в меня через тридцать лет брака?
Я отворачиваюсь и ловлю на себе задумчивый взгляд босса. Наверное, очередную пакость задумал! А мне ему подыгрывай и обманывай этих прекрасных людей, которые приняли меня как родную!
– А у тебя, Марина, есть братья и сестры? – спрашивает меня средняя Лаура.
Я качаю головой:
– У родителей я одна.
Все родные Роберто смотрят на меня так, будто я достойна сожаления.
– Как это грустно! – восклицает младшая Бьянка.
– Вот повезло, – негромко, но так, чтобы все услышали, замечает старшая из девочек Франческа. Между ней и Роберто – лет десять разницы, и похоже, что именно на нее легли заботы о двух младших сестрах.
– Надеюсь, твоя мама здорова? У тебя не будет проблем с деторождением? – с убийственной прямотой спрашивает мать моего босса, вгоняя меня в краску.
– Мама! – раздраженно восклицает Роберто.
– А что такого? – ничуть не смущается та. – Я хочу много внуков!
Это все понарошку, напоминаю я себе и улыбаюсь Джульетте. Ведь я ненастоящая невеста Роберто, и ее вопрос не должен меня задевать.
– Я тоже хотела бы этого, – спокойно отвечаю ей. – Вы счастливая мать – сразу три дочки и сын. Четверо детей – это такое счастье!
– Как четверо? – восклицает Джульетта. – Я родила пятерых!
И пока я гадаю, что бы это значило и куда делся пятый ребенок, не связана ли с его отсутствием за семейным обедом какая-то трагическая история, Роберто предупреждающе сжимает мою руку под столом и спрашивает:
– А кстати, мама, где Клаудиа?
– Твоя сестра приедет к ужину вместе со своим мужем и сыном, – с гордостью сообщает Джульетта.
Выходит, есть еще одна сестра? Замужняя? У меня голова идет кругом, а родные Роберто тараторят так громко, что я мечтаю о том, чтобы скорее выйти из-за стола и уединиться. Я бросаю умоляющий взгляд на босса. К счастью, тот понимает мой сигнал и встает из-за стола.
– Спасибо за обед. Мы с Мариной хотели бы прогуляться, я обещал показать ей Рим.
Выйдя из дома, мы какое-то время идем молча и держимся за руки, изображая влюбленных. Роберто нервно оглядывается, будто опасаясь погони, затем резко утаскивает меня на одну из узких улочек.
– Значит, я твоя невеста, с которой твоя мама мечтала познакомиться? – сердито восклицаю я. – Откуда она вообще меня знает?
– Тише! – Роберто быстро тащит меня мимо овощной лавки, от которой отходит синьора с бумажным пакетом в руках, и кивает бородатому продавцу. – Тут везде знакомые.
Приходится прикусить язык и дальше петлять за ним по римским улицам, играя в шпионов, которые отрываются от погони. Над нашими головами хлопают на ветру простыни, как паруса, где-то в клетке на окне чирикает канарейка, мелькают вывески пиццерий и продуктовых лавок. Нам приходится обходить горы апельсинов, выложенные на прилавках, и сухоньких старушек в черном, которые сидят прямо на улице на стульях у своих домов и провожают нас любопытными взглядами.
 
Наконец пара кварталов остается позади, мой босс замедляет шаг и кивает на столики уличного кафе, расположенные вокруг старинного фонтана.
– Как насчет кофе? – предлагает он.
Я порядком устала и запыхалась от бега на каблуках, к тому же день сегодня жаркий. Поэтому охотно опускаюсь за столик, заказываю капучино и мороженое официанту. Как только он отходит от нас, требую объяснений от босса:
– Ну, рассказывай, Джанни Родари!
– Почему это я Джанни Родари? – растерянно моргает босс.
– Ну, не я же своей маме сочинила сказку про невесту!
Роберто оглядывается, проверяя, нет ли за соседними столиками знакомых, затем наклоняется ко мне и вполголоса говорит:
– Мама замучила меня вопросами о женитьбе, и я прислал ей нашу с тобой фотку с корпоратива, сказал, что мы встречаемся.
– Так значит, никакой невесты не было… – доходит до меня.
Роберто виновато кивает.
– Я думал, что мама от меня отстанет, но стало только хуже. Она постоянно интересовалась, как у нас с тобой дела. Я украдкой делал твои фотки на работе и посылал ей, а она передавала тебе приветы и звала нас в гости.
– И ты решил предъявить ей меня в роли невесты в командировке?
Роберто вздыхает и отводит глаза.
– Мама буквально ультиматум мне поставила – чтобы я приехал на ее день рождения с тобой.
– Значит, никакой командировки нет? – сердито уточняю я. Надо было раньше догадаться, что командировка не просто так выпала на выходные и совпала с днем рождения матери! Хотя я о нем узнала всего пару часов назад. – А почему ты меня раньше никак не предупредил? Не подготовил?
– Я пытался, – Роберто укоризненно смотрит на меня. – Еще в Москве в аэропорту.
Я вспоминаю, как сдала босса в вип-зал бизнес-класса, а сама сбежала гулять по дьюти-фри, и краснею. Кажется, он тогда что-то кричал мне вслед о том, что нам нужно поговорить. Но откуда же я знала, что дело таким серьезным окажется!
– Не очень-то ты и пытался! – возражаю я свое оправдание.
– А потом в аэропорту Риму уже не успел – подошли мои.
Возвращается официант с двумя чашками ароматного капучино и двумя стаканами воды к ним по итальянской традиции, а передо мной он еще ставит вазочку с мороженым. Нам приходится прервать разговор. Я тянусь за чашкой капучино и морщусь, увидев на густой сливочной пенке сердечко. Даже официант посчитал нас влюбленной парой!
– Воспринимай это как работу, Марина, – продолжает Роберто, когда официант отходит и мы снова остаемся наедине. – Эти три дня ты работаешь на меня как актриса и исполняешь роль моей невесты. Хорошо?
Я неторопливо беру белую чашку и делаю глоток, чувствуя, как босс нервничает все больше в ожидании моего ответа. Капучино божественный. Ради такого можно и Челентано в роли жениха потерпеть. Хотя какой он теперь Челентано? Это в Москве прозвище к нему приклеилось, потому что там он был единственным итальянцем. А здесь, в Риме, таких смуглых брюнетов, как он, полно, и прозвище утратило всякий смысл.
Роберто все еще ждет моего ответа и заметно нервничает.
– Так что ты решила, Марина? – не выдерживает он.
– Ладно, я согласна, – неохотно киваю я. – Вы просто выкручиваете мне руки, босс!
В конце концов, притвориться его невестой – даже забавнее, чем переводить на переговорах.
– Ты, – поправляет меня босс и хмурится: – В смысле – выкручиваю? Я тебя даже пальцем не трогал.
Я закатываю глаза. Конечно же, моя попытка перевести русскую поговорку на итальянский обернулась провалом. Как и многие другие до нее.
– Это значит, что ты не оставил мне выбора! – ворчу я.
Ладно, к чему эти выканья, раз уж нам придется притворяться женихом и невестой перед его родными.