Частная практика (СИ)

— Вы неординарная личность, Николай Александрович. Право слово, я иногда не перестаю вам удивляться.
— Надеюсь, я подаю вам хорошие поводы для удивления, — выразил я надежду.
— О, несомненно! — улыбнулся мужчина. — Знаете, я никогда прежде не встречал человека с таким нестандартным мышлением. Чем больше общаюсь с вами, тем больше мне начинает казаться, что вы человек из какого-то совершенно другого мира.
  
А вот это тревожный звоночек. Выходит, я слишком много болтаю лишнего и веду себя чересчур нестандартно для местных жителей, отчего сильно выбиваюсь из толпы, а моё поведение бросается в глаза. Мне самому так не казалось, но я ведь до сих пор не влился в жизненный уклад местных. Пусть я живу в этом мире больше полугода, но всё равно никак не могу привыкнуть к некоторым местным обычаям и нормам поведения.
Что тут сказать, если в родном мире уклад жизни менялся от одного региона к другому, то когда речь заходит о параллельных мирах или других реальностях, то тут и удивляться нечему. Хорошо, что здесь есть Российская империя, Москва и родная земля, а то попал бы в какую-нибудь Квадропупию, где поверхность планеты покрыта оплавленным камнем, а люди живут под землёй и сражаются за воду и скудные ресурсы, вот тогда бы действительно было туго.
— Знаете, в последнее время жизнь вынуждает меня тянуться к своим детективным наклонностям, — признался я. — Думал, что хоть здесь отдохну от недоброжелателей, но и к такому тихому местечку они протянули свои щупальца.
— И что же мне прикажете делать? Обращаться в полицию? Тогда пропажа медикаментов станет достоянием общественности, и репутация санатория пострадает.
— Нет, этого и добивается виновник происшествия. Создать прецедент, раздуть проблему и обнародовать происходящее в санатории в дурном свете. Давайте сначала поговорим с вашим помощником. Может, он сможет пролить свет на происходящее?
Никиту Мартынова, помощника Вельского по работе с медикаментами, пришлось ждать минут десять. Я уже начал сомневаться в расторопности этого парня, но его появление заставило развеять эти мысли. Высокий, энергичный, с живыми глазами и приветливым выражением лица, Никита производил впечатление примерного сотрудника. Вот только не стоило забывать, что медикаменты испарились из сейфа не сами по себе.
— Лев Иванович, вы же меня знаете! Я бы никогда так не поступил! — произнёс Мартынов, когда Вельский обвинил своего помощника в краже.
— Тогда как прикажешь понимать отсутствие медикаментов? Куда они запропастились?
— Не могу знать, — развёл руками Никита.
— Но куда-то ведь они подевались! Кто-то их ведь взял.
— Разумеется, — поддакивал Мартынов, а со стороны это выглядело, словно общение с ребёнком.
— Хотелось бы мне знать кто это сделал, — произнёс Вельский, откинувшись на спинку стула.
— Так это я сделал, — совершенно спокойно сказал Никита, словно в его поступке не было ничего зазорного или даже необычного.
— Прости, что ты сделал? — мгновенно выпрямился Лев Иванович и пристально посмотрел в глаза Никите.
— Взял медикаменты из сейфа и отдал их круглолицему мужчине невысокого роста с тоненькими усами.
Вельский ненадолго завис, услышав такое признание, но быстро взял себя в руки.
— И зачем ты это сделал? — поинтересовался Лев Иванович, с трудом сдерживая себя в руках.
— Я не знаю, — признался Никита, инстинктивно сжался и опустился на стул. — Мне как будто приказали, а я не мог ослушаться.
— Гипноз? — предположил я, прокручивая в голове разные варианты. Судя по реакции Вельского, я сморозил ерунду.
— Какой ещё гипноз? — удивился Мартынов.
— Духовник! — догадался я. Теперь всё стало на свои места. Здесь однозначно поработал духовник, поэтому в голове у парня происходит полная каша, и он сам не понимает что натворил. Судя по всему, в его сознании заложено множество скриптов на разные ситуации, и даже сейчас в какой-то степени заложенные духовником поведенческие скрипты срабатывают. Паршиво работают, потому как истина всё равно пробивается наружу, но Никиту постоянно трясёт и он разрывается между правдой и внушёнными установками. Видимо, у преступника просто не хватило времени, чтобы довести своё дело до конца.
— А вот это уже может быть, — согласился отец Софии. — Но все духовники на учёте в полиции, так что это мог совершить только безумец. Как бы ни хотелось замять это дело, придётся всё-таки обращаться в полицию и давать делу огласку. Сможешь описать внешность того человека?
— Постараюсь, — отозвался парень.
— А он говорил ещё что-то? Может, ты слышал о том, куда он собирается пустить эти лекарства или что-нибудь важное?
— Они следят за развитием ситуации и подкинут лекарства кому-то из персонала санатория. А затем рассчитывают заманить сюда комиссию медицинской коллегии и совершить убийство, которое пошатнёт репутацию сразу всех противников.
— Кто они? — удивился Вельский.
— Не знаю, — честно признался Никита. — Этого я не слышал. Они вообще думали, что я нахожусь в прострации и ничего не понимаю.
Кажется, я понимаю в чём дело. Скорее всего Мартынов раньше вышел из-под контроля духовника и частично сохранил самообладание, потому как он был целителем и имел хоть частичное сопротивление к пагубному влиянию на разум.
Но кого они собираются убить? Пациента, сотрудника санатория или кого-то постороннего? Председателя комиссии! Они ведь не просто так хотят заманить сюда членов медицинской коллегии. Значит, жертвой будет кто-то из них. И логичнее всего, что это будет сам председатель комиссии, тогда эффект будет максимальным.
Конечно, я не испытываю тёплых чувств к Журовой, но желать ей смерти — это уже слишком. И потом, убийство председателя комиссии поставит крест на карьере Мадьярова, выставит их службу в негативном свете и даст массу очков Потехину. Какой бы ни была Светлана Ивановна, но только этих причин уже достаточно, чтобы остановить убийцу.
Только теперь я понял всю глубину задумки Серого кардинала. После неудач с подставной гибелью и оборотнем он не сдался и не ушёл в тень, а продолжал гнуть свою линию и готовил новый удар, который должен был уничтожить его противников. Пока на глобальном плане шла борьба за сохранение санатория, Потехин подстроил гибель случайного человека на ярмарке и надоумил Карасёва подать в суд на нашу бригаду, чтобы нас отстранили от работы. Да, он не рассчитывал, что этот удар приведёт к тому, что я вмешаюсь в борьбу за санаторий, но его внимание было всецело поглощено другой, более важной целью.
Шаг за шагом Потехин пытался убрать всех неугодных, а знание законов и предписаний только играло ему на руку. Серый кардинал заранее знал, что из-за такого количества смертельных случаев меня отстранят и пришлют комиссию, а затем эта комиссия отправится в санаторий, где обнаружит пропажу медикаментов и вот тут-то будет разыгран финальный аккорд. Журова была тем самым агнцем, которого вели на заклание. Вели по ниточке, старательно подбрасывая события, ведущие к фатальному исходу.
— Лев Иванович, а уже известно когда комиссия посетит санаторий?
— В том-то и дело, что планировали сегодня после обеда, — ответил Вельский. — Думаешь, почему я пытаюсь навести порядок в медикаментах? Времени-то в обрез!
— Прошу меня простить, нужно срочно сделать один важный звонок, — произнёс я и пулей вылетел из кабинета, по пути набирая Короткова. Без имперских ищеек здесь никак не обойтись, и будет лучше, если сюда явится лично Мадьяров.
  
Глава 21
 
Покушение
 
К приезду комиссии всё было готово. Недостающие лекарства частично удалось купить у того самого травника, который держал лавку по улице Дружбы, а то, что не нашлось, заказали курьером из Яра-на-Светлице.
  
Мадьяров со своей свитой прибыл буквально за полчаса до появления комиссии. Сразу две машины, принадлежащие бойцам службы имперской безопасности въехали на территорию санатория. Оттуда выскочило восемь человек, включая и их начальника.