Частная практика (СИ)

— Воля ваша. Наконец-то вы хоть чем-то полезным займётесь вместо того, чтобы протирать штаны в кабинетах и кропать никому ненужные писульки.
Я повернулся и зашагал к выходу, давая понять, что наш диалог окончен. Судя по всему, Светлана Игоревна настолько опешила от моего ответа, что не нашлась что сказать.
— Молодец, Николаша! — похвалил меня Басов, когда мы вышли на улицу. — Таких, как эта Журова нужно ставить на место. Вот только зря ты её разозлил, потому как она теперь места себе не найдёт, пока не нароет какую-нибудь гадость. Мне иногда кажется, что эти твари только и идут в комиссию, чтобы за чужой счёт самоутвердиться и набить себе цену. Нет у них ничего от желания добиться справедливости или обеспечить корректную работу целительских заведений.
  
— А мне удивительно, что комиссия так быстро приехала. Даже рабочий день не успел начаться, а они уже тут как тут. Откуда они могли узнать о произошедшем вчера? Никак этот Капустин подёргал за нужные ниточки и спровоцировал события.
— Да ерунда! — вспылил Матвей Анатольевич. — Все эти истории о беспокойстве из-за смертельных случаев — полная чепуха. Если бы хотели, то и без нашего участия разобрались почему произошли смертельные случаи: один утонул, второй умер от переохлаждения до нашего прибытия, у третьего прихватило сердце и отказала печень из-за яда, и если дежурный целитель не смог помочь, что мы тогда сможем? Ну, а четвёртый умер от старости и хронических болезней. Мы уже ничем не смогли бы ему помочь — нужно было смолоду думать о здоровье. Одним словом, по-хорошему там и комар носа не подточит. Вот только эти люди приехали сюда не просто так, а с конкретной целью — завалить, так что всю душу наизнанку вывернут, но найдут к чему прикопаться.
— А что мы можем сделать? — запаниковала Даша, которая наблюдала за происходящим со стороны и присоединилась к нам уже после перепалки с комиссией. Что примечательно, девушку даже не поставили в известность о том, что она отстранена от работы до окончания разбирательства комиссии. Вот вам и отношение к людям.
— А уже ничего! Пока отдыхать и набираться сил. Что бы они там не нарыли, мы совершенно чисты, — высказался Матвей Анатолеьвич.
— Доброе утро, коллеги! — София прошмыгнула мимо и поспешила в общий зал. Она даже не посмотрела на меня и намеренно потупила взгляд, проходя мимо.
Ну, нет! С этим нужно что-то решать. Пусть я и отстранён от работы, это не значит, что мне нельзя передвигаться по станции. Раз уж теперь у меня появилась масса свободного времени, я просто обязан использовать его, чтобы решить свои собственные проблемы. Когда ещё у меня будет такой шанс?
— София, постой! — произнёс я, направившись вслед за девушкой. — Можно тебя на минутку?
  
Глава 19
 
Петиция
 
— Прости, Ник, мне пора на смену, — произнесла девушка. — Да и тебе стоит поспешить, иначе Басов уедет без тебя.
— Меня отстранили, — произнёс я фразу, которая наверняка должна была подействовать на девушку сильнее любых других слов.
— Что ты сказал? — София немедленно остановилась и посмотрела на меня широко раскрытыми от удивления глазами.
— Отстранили до выяснения обстоятельств гибели наших пациентов. Медицинской коллегии не понравилось, что за время нашего дежурства умерло уже четыре человека. Вот только им невдомёк что там были причины, не зависящие от нас.
— Не волнуйся, комиссия разберётся что к чему и всё образуется. У всех бывают сложные периоды в жизни, а я уверена, что ты хороший целитель.
— С чего это у тебя такая уверенность? — наигранно удивился я.
— Потому что целитель лечит не только тело, но и душу, а мне хорошо рядом с тобой и спокойно.
— Знаешь, я совсем не переживаю на счёт комиссии, но кое-что меня всё-таки вынуждает волноваться. Что с тобой происходит? Почему ты избегаешь меня?
— Потому что я трусиха, — призналась девушка после недолгого промедления. — Ник, я боюсь отношений. Хочу, но не уверена в себе, и ничего не могу с этим поделать. Знаешь, моя старшая сестра куда смелее в этом плане, но столько раз обжигалась, что я тысячу раз подумаю, прежде чем решусь на серьёзный шаг. Я ведь хочу влюбиться раз и на всю жизнь.
Если бы так можно было — знать наверняка выйдет что-то хорошее из отношений с любимым человеком или нет. С другой стороны, нерешительность Софии мне пока на руку. Сейчас и я не особо готов к отношениям. Вот как разберусь с Серым кардиналом, тогда можно перейти к решительным действиям. Только бы София за это время не передумала, а чем дольше девушка думает и сомневается, тем меньше шансов, что она не придумает себе какую-нибудь причину, почему мы не можем быть вместе. Знаем, проходили.
Я выбрал для себя тактику не давить на девушку, но всегда быть рядом, чтобы она привыкла. А там, если передумает, почувствует насколько было хорошо, когда в её жизни был такой человек и вполне может быть, что задумается. Гарантии на успех, разумеется, ни одна тактика не может дать, но этот вариант мне нравится больше всего. Не выйдет с Вельской — попробую с кем-нибудь ещё. В конечном счёте, в мире столько красавиц, сердца которых ещё никто не покорил!
— А если я предложу тебе просто общаться? Если в какой-то момент поймём, что нам лучше встречаться, так и поступим. Если нет — каждый будет строить свою жизнь по своему усмотрению. Я не буду требовать от тебя поспешных решений.
— София Львовна, я бы вам не рекомендовала тратить время на этого неудачника, — произнесла Журова, проходя мимо нас. — Очень скоро господин Павлов покинет стены станции скорой целительской помощи навсегда.
— Не спешите с выводами, Светлана Игоревна, — парировал я. — Ещё неизвестно кому из нас уготовано место на свалке истории.
Женщина закатила глаза и прошла мимо, бормоча себе под нос что-то о невоспитанной молодёжи. Какая ирония! Ещё в родном мире меня поражало как мои сверстницы пенсионного возраста ловко оперируют нормами воспитания, журя молодёжь. Будто они не были такими же! Они были воспитанными и культурными, только к старости почему-то у некоторых сварливых особ этот фальшивый налёт культурности почему-то исчез, и они позволяют себе обсуждать людей у них за спиной, делать замечания без повода и судить о людях по первому впечатлению. А я считаю, что для начала нужно самому быть образцом правильного воспитания, и только уже потом кого-то чему-то учить, иначе какой в этом смысл?
— Хорошо. Давай так и поступим. Кстати, Ник, подпиши петицию о сохранении санатория, — спохватилась девушка. — Мы хотим передать её губернатору в Яр-на-Светлице, а если он откажет в рассмотрении, подадим в императорскую канцелярию.
— А тебе не кажется, что сначала нужно обратиться в медицинскую коллегию? Думаю, это они рассматривают работу подобных учреждений в империи.
— Ты не понимаешь, — покачала головой Софи, а её непослушные волосы разметались по плечам. — Заведение собираются закрыть не целители, а управленцы. Градоначальник выдал разрешение на строительство коттеджного посёлка на месте санатория, а это значит, что нужно решать вопросы не с медицинской коллегией, а с губернатором.
— И сколько у нас времени?
— Три дня. Дольше мы не сможем оттягивать принятие решения, а стражи порядка будут вынуждены выселить всех силой. Нам нужно хотя бы пять процентов подписавших от постоянного населения Дубровска, чтобы петицию рассмотрели, а это две тысячи сто подписей. Сейчас у нас четыреста семнадцать.
— Туго идёт, — вздохнул я, глядя на листы в руках Софи. Теперь я понимал её отчаяние, ведь собрать за три дня более полутора тысяч подписей будет невероятно сложно. Но реально, и я даже знаю кто мне в этом поможет. Я достал из кармана телефон и набрал Мухина.
  
— Рома, есть просьба покататься по городу.
— Ник, я верно понял, что ты просишь нас валять дурака и кататься по городу без дела? Это лучшее предложение от тебя за последний десяток лет лет с тех пор, как ты передарил мне свой набор игрушечных фигурок солдат Императорского полка, — послышался словно издалека голос Лёни. Очевидно, Мухомор сидел за рулём и включил громкую связь, потому брат слышал каждое моё слово. — Разумеется, мы согласны!