Частная практика (СИ)

— Жанна, на какое число вас лучше записать? Завтра предлагаю точно не трогать поражённые участки и дать природной регенерации, усиленной энергией целительского дара, сделать своё дело. Послезавтра смогу вас принять только после девяти вечера, но через два дня я полностью в вашем распоряжении.
— Вы меня балуете, Николай Александрович, — улыбнулась женщина.
Кажется, после процедуры к ней возвращалась уверенность. Пусть результат ещё не был заметен, но причина таких изменений заключалось в доверии, а это приятно!
  
— Так на какое число вас записать?
— Я приду через два дня вечером. Пусть мне и хотелось бы поскорее добиться результата, но я не буду торопить события.
Жанна ушла, а я устало опустился на стул и выдохнул. После сегодняшнего дня я чувствовал себя совершенно разбитым. Рома заехал ко мне на работу, чтобы забрать нас с Риной и отвезти домой, и это было моим спасением. Если бы я решил ехать на трамвае или автобусе, наверняка задремал бы после первой же остановки.
Но даже дома мне не удалось нормально поспать. Утром ещё до будильника меня разбудил звонок Жанны. Женщина была в восторге от результата и без устали благодарила меня за помощь. Всё, на что меня хватило в шесть часов утра — пробормотать что-то одобрительное и отключиться.
Лёня снова планировал куда-то уехать с Ромой, так как сегодня кабинет был закрыт, Рина решила помочь матери по дому, чтобы хоть как-то оправдать траты на своё содержание, а мне предстояло выходить на смену в «скорой».
Стоило очутиться на работе, навалилось чувство, будто оказался совсем в другом мире или в другой жизни. Снова пришлось носиться по всему городу, стараясь успеть на срочные вызовы, торопиться и спасать людей, которые находятся на грани жизни и смерти.
К счастью, погода наладилась, а коммунальные службы взяли ситуацию под контроль, поэтому аварий и переломов стало заметно меньше. На этом фоне и вызовов у нас оказалось не так много, как в прошлый раз.
— Сейчас едем на вызов с кровотечением, — объяснил Басов, стоило нам забраться в машину. — Парень работал с циркулярной пилой и не соблюдал технику безопасности, поэтому лишился двух пальцев.
— Внёс свою лепту в написание техники безопасности, — отозвался Иваныч.
— Техника безопасности уже давно написана, так что здесь, скорее, очередной пример того, что бывает с теми, кто её не соблюдает, — возразил старший целитель.
Когда мы приехали на вызов, парень сидел, прислонившись спиной к стене, зажимал окровавленную руку и держался из последних сил, чтобы не потерять сознание.
— Что же вы даже жгут не наложили самый элементарный? — принялся отчитывать его коллег Басов.
— Да где ж его взять? — отозвался один из рабочих.
— Руки совать куда не стоит научились, а думать головой — нет! Рубаху на себе порвите и чистым лоскутом перетяните руку. Это на будущее, что бы знали, потому как жизнь вас всё равно ничему не учит. Ясно?
— Куда уж яснее! — отозвался всё тот же рабочий, отводя глаза.
Пока Матвей Анатольевич проводил разъяснительную беседу, я уже наложил жгут и влил немного энергии в парня, а заодно надавил на нервную систему, чтобы он отключился.
— Не выдержил таки, — заметил Басов.
— Нет, это я его уже готовлю к операции. Везти в больницу не с руки — он потерял много крови, а останавливать кровотечение и заживлять обрубки чревато тем, что после заживления обратно мы их уже не пришьём. Предлагаю побороться за пальцы и провести операцию на месте.
— Ты ведь понимаешь, что мы на пару часов выпадем из графика? — серьёзно произнёс старший целитель.
— Понимаю. Но мы ведь не единственный экипаж на весь город, да и других вызовов я пока не вижу, а этот пациент здесь, прямо у нас под носом.
— Ай, ладно! — нехотя согласился Матвей Анатольевич.
Да, он оказался совершенно прав — мы потратили два с половиной часа, чтобы срастись отрезанные пальцы. Зато теперь был реальный шанс, что парень сможет ими двигать, когда они заживут.
— Забираем его в больницу, — распорядился Басов. — Пусть целители в отделении присмотрят, а заодно подлечат, когда наша энергия перестанет работать.
Мы помогли парню перейти в машину и тронулись в путь, но стоило нам проехать с половину пути, возникла неожиданная заминка.
— Слушай, что там случилось? — поинтересовался Басов, увидев старика, машущего рукой нашей машине.
Он выскочил на проезжую часть и настойчиво просил остановиться. Когда Иваныч попытался объехать его, тот кинулся под колёса, чтобы не дать нам проскочить мимо.
— Вот индюк бестолковый! Совсем с ума выжил? — выругался водитель. — Я же его распечатаю по дороге, как блин!
Машина остановилась у обочины, Иваныч включил аварийный сигнал и выскочил на улицу, кроя старика на чём свет стоит. В этот раз он в выражениях уже не стеснялся, и не ограничивался упоминанием разных птиц.
— Беда! — заорал старик, перекрикивая возмущения нашего водителя. — Собака мальчишку потрепала. Вся нога до мяса изодрана, он лежит в сенях кровью истекает и орёт, как потерпевший. Хорошо, что вы быстро приехали.
— Вообще-то, отец, мы по другому вызову ехали, просто случайно тут оказались, — ответил Иваныч.
— Ничего случайно не бывает, — заметил Басов и повернулся к старику. — Ведите к пострадавшему!
Мальчишке действительно здорово досталось. Огромные рваные раны от зубов кровоточили и выглядели просто ужасно. Было видно, что ногу пытались перебинтовать, чтобы задержать кровотечение, но получилось откровенно паршиво.
— Ник, на тебе обезболивание, я возьмусь заживлять, — скомандовал Басов, склонившись над парнем.
Парень орал не только от страха, ему действительно было больно, поэтому первым делом я решил обезболить повреждённую конечность, а затем уже немного успокоить мальца, который до смерти испугался. Его сердце едва не выпрыгивало из груди, а если бы кто-то взялся измерить пульс, наверняка оказалось бы куда больше сотни ударов в минуту.
Тем временем, Басов делал своё дело, сшивая каждый сосуд, каждое сухожилие и мышцу. Это была кропотливая работа, которая заняла много сил и времени. В какой-то момент я не удержался и подсмотрел за работой профессионала, запустив внутреннее зрение. Да, это не шрамы удалять! Тут работа куда сложнее, но Матвей Анатольевич справлялся с ней мастерски. Чувствовалась рука профи с большим опытом.
— У меня ведь там куры, а лисы повадились их таскать. То щель в заборе прогрызут, то яму выроют. Вот я и посадил Клыка, чтобы он сторожил. Откуда же мне было знать, что туда кто-нибудь посторонний сунется, — оправдывался старик.
— К вам вопросов нет, милейший, — остановил его Басов, которому болтовня мешала работать. — Вы только за собачкой присматривайте. Вдруг у неё бешенство обнаружат? Лисы — ещё те переносчики этой заразы. Если укусила, жди беды. А если кому и задавать вопрос, так это парню: какого лешего он к вам во двор полез?
— Они мой рюкзак через забор швырнули. Думали, это будет смешно, ведь я побоюсь его достать, — объяснил парень.
— Кто «они »? — удивился Матвей Анатольевич.
— Одноклассники мои. Мы шли домой и дурачились. А в какой-то момент Лёшка выхватил мой портфель и швырнул Никите, а тот возьми и брось его через забор. Ну, я и полез доставать.
Видимо, парни-гимназисты просто решили подшутить над своим однокашником, а тот решил быстренько перепрыгнуть через забор и забрать свою вещь, но его планы спутал Клык.
— А попросить у хозяев не додумался? — навалился на него Басов.
— Боялся, что заругают, — ответил парень.
— Ага, так, конечно же, лучше вышло, — пробормотал старший целитель, заканчивая работу. — Всё, основные раны затянулись, но завтра потребуется ещё одна процедура у целителя, а сегодня нужно за тобой понаблюдать. Придётся забрать в больницу.
  
— Так ведь у нас уже есть пациент в машине, а двоих сразу по правилам запрещено перевозить, — удивился я.
— И что ты предлагаешь? Здесь его оставлять? Давай, грузи. На месте разберёмся.