Самая красивая девушка в могиле (ЛП)

- Ладно, - сказал он, останавливаясь. - Хватит. Нам нужно вызвать полицию. Сформировать поисковую группу.
Холли напряглась.
- Что?
- Я знаю, мы хотели держать их подальше от этого, но мы были здесь, кажется, уже несколько часов и не смогли их найти. Они могли оказаться в ловушке или пострадать. Чем больше людей будут их искать, тем лучше.
- Мы не можем этого сделать.
  
- Как я понимаю, у нас нет выбора.
Но Холли чувствовала, что выбора нет у неё. Она не могла позволить Сойеру привлечь полицию к этому. Это раскопало бы части её прошлого, которые ей нужно было оставить похороненными, и, что ещё важнее, не было возможности узнать, что Белла сделала, пока была в склепе. Она могла совершить серьёзные преступления.
- Ты не можешь просто позвонить 911, - сказала она. - Здесь внизу нет сигнала.
- Я знаю. Я говорю, что мы должны вернуться и убираться отсюда к чёрту. Идти в полицейский участок.
- Нет, - сказала она немного слишком резко. - Нам нужно продолжать их искать.
- Чёрт возьми, мы никуда не движемся. Мы не нашли никаких следов девушек. А что, если их здесь вообще нет?
- Они здесь. Я знаю, что они здесь.
Лицо Сойера посуровело.
- И откуда ты это знаешь?
- Я просто знаю.
Он сделал шаг к ней.
- Ладно. Что на самом деле здесь происходит?
- Сойер...
- Вся эта странная хрень, которая происходит... ты, кажется, всё понимаешь. Только ты. Ты привела нас сюда. Тебя встретили как королевскую особу. Почему так?
- Нет времени объяснять.
- Чушь! - сказал он, указывая ей в лицо. - Признайся в том, что знаешь. Я заслуживаю этого.
- О, заслуживаешь? Чего ты считаешь заслуживающим, а? Правды? Я имею в виду, той правды, которую ты всегда мне говорил? Той правды, что ты всегда говорил своей жене?
Челюсть Сойера дрогнула.
- Это действительно то, о чём идёт речь? Ты и я? Иисус, используй на мне своё кладбищенское колдовство, сколько хочешь, но не вздумай мутить воду, когда дело касается моего ребёнка.
- Колдовство? - глаза Холли расширились. - Ты думаешь, я всё это делаю?
- Я не знаю, что и думать! Всё, что я знаю, это то, что в этом месте есть что-то действительно странное, ты отказываешься это объяснять, и ты привела меня сюда и соблазнила.
- Ты шутишь? Я попала под то же самое заклинание, что и ты там. Я не ведьма, но даже если бы я была ею, мне бы не нужно было накладывать на тебя заклинание, чтобы ты меня трахнул. Всё, что мне нужно было сделать, это сказать об этом.
- Я просто говорю, что все эти странности сегодняшней ночи так или иначе связаны с тобой. Если ты не скажешь мне, почему это так, я сам поищу девушек, и для начала уберусь отсюда к чёрту.
С раздражением Сойер развернулся и пошёл обратно. В груди Холли разливался озлобленный жар, но она не могла наброситься на него. По какой-то причине дух Мэдлин, казалось, хотел, чтобы они были здесь вместе. Холли нуждалась в Сойере больше, чем когда-либо, верно?
- Подожди, - сказала она, проглотив свою гордость. - Пожалуйста, не уходи. Ты ведь не собираешься оставить меня здесь одну, не так ли?
Сойер обернулся.
- Я бы предпочёл этого не делать. Пожалуйста, пойдём со мной.
- Нет.
Её прямолинейность заставила Сойера поморщиться.
- Ты очень эгоистичная женщина, ты знаешь это?
- Как ты смеешь говорить мне это?
- Ты играешь с моими эмоциями, чтобы получить то, что хочешь, когда хочешь...
- Ты сукин сын!
- И бросаешь меня без причины, когда...
Она подошла так, что они оказались лицом к лицу.
- Закрой рот, придурок!
Гнев пронёсся по Холли внезапным ураганом. Какая наглость с его стороны навязывать ей вещи после всего, что она пережила из-за него - всей вины и тоски, чувства неполноценности и непристойности, пытки от осознания того, что он никогда не оставит свою жену, никогда не полюбит её так, как любил Тришу. В глубине души Холли знала, что её ярость была больше, чем требовалось, но, как и её страсть к нему, она не могла её контролировать или урезонить себя. Судя по покраснению на лице Сойера, он чувствовал то же самое.
- Тебе всегда нужно, чтобы всё было по-твоему, - сказал он. - Ты никогда не сможешь пойти на компромисс, никогда не извинишься.
- Я ничего тебе не должна.
- Хочешь кое-что узнать? - сказал он, усмехнувшись. - Есть причина, по которой ты одна.
У Холли сжалось сердце от боли.
- Не...
- Ты просто жалкая пизда, которую невозможно любить. Так что ты умрёшь в одиночестве.
Слёзы наполнили её глаза, Холли отступила назад и ударила Сойера в челюсть. Не пощечина, а удар кулаком, который больно отдал ей по руке. Сойер вздрогнул, но, казалось, был больше потрясён, чем ранен, поэтому Холли ударила его снова. Он отвернулся, и её кулак попал ему в ухо. Когда она пошла на него в третий раз, он схватил её за запястье и сильно прижал её спиной к стене. Шея Холли дёрнулась назад, и она ударилась головой об известняк. Звёзды заслонили её зрение, но удар вывел её из ярости на мгновение ясности.
Эта враждебность и недоверие были частью игры. Мэдлин проверяла истинные чувства участников, но Холли думала, что призрак не заставляет ещё и Сойера играть. Не было никаких вопросов, только действия, склеп вытащил на поверхность все смешанные чувства, которые бывшие возлюбленные испытывали друг к другу, и усилил их. Холли была вернувшимся чемпионом, но здесь внизу всё было извращённой игрой.
- Стой, - сказала она, надеясь урезонить его.
Но ярость Сойера была взрывной. Он снова её оттолкнул. Холли затаила дыхание, когда её спина ударилась о стену.
- Сука, чёрт возьми! - прорычал он. - Ты всю ночь тратила моё время. Для тебя это какая-то глупая игра, да? Я всегда был всего лишь игрушкой, чтобы развлекать тебя. Ну, на этот раз ты зашла слишком далеко. Моя дочь где-то потерялась, и ты заставила меня гнаться за диким гусём.
- Послушай, что ты говоришь, - сказала она, пассивно подняв руки. - После всего, что ты здесь видел, как ты можешь так думать?
- Ты не можешь говорить мне, что думать, - сказал он, толкая её в грудь. - Всё это время ты говорила мне, что чувствовать - о тебе, о нас. Не смей говорить мне, как думать. Не когда дело касается моей маленькой девочки.
- Моя маленькая девочка тоже потерялась.
Он внезапно схватил Холли за воротник, заставив её ахнуть. Сойер никогда не был с ней жесток, но сейчас она боялась его. Что-то тянуло их вниз к их самому базовому гневу, рептильный мозг брал верх.
- К чёрту твою маленькую девочку, - сказал Сойер. - Думаешь, мы с Тришей не заметили, как Белла изменилась в худшую сторону? Всё это готическое дерьмо. Нам не нужно, чтобы она была рядом с нашей дочерью, пытаясь опустить Роуз до своего уровня. Твоя маленькая девочка - псих. Псих на пути к полной неудаче во взрослой жизни. С тобой и Джастином в роли родителей я вряд ли могу винить девочку, но всё равно к чёрту её. К чёрту вас обоих.
Ярость, которая угасала, снова расцвела в Холли, пока это не стало всем, что она могла чувствовать.
- Убери от меня руки, мудак! - сказала она. Она оттолкнула его, кипя. - Ещё раз так заговоришь о моей дочери, и я тебя убью.
Он ухмыльнулся.
- Да, я действительно боюсь.
Рука Холли нырнула в карман, даже не осознавая этого.
- Скажи мне... - сказала она. - Чего ты на самом деле боишься?
Он нахмурился.
- Мы уже знаем, что ты действительно любишь Тришу, тогда как ты мог трахаться со мной, грёбаный кусок дерьма?! - сказала она. - Итак, что произойдёт, когда ты умрёшь?
Сойер оскалил зубы и шагнул к ней, но на этот раз, когда он схватил Холли за воротник, она больше не боялась его и не слышала, что он сказал. Она слышала только, как шепчет одно и то же слово, разворачивая нож в кармане.
  
- Жертвоприношение.
 25. 
Звук печи вспыхнул, заполнив коридор. Белла и Обри обернулись на потрескивающий рёв, и на другом конце туннеля увидели мерцающее свечение. Оно началось маленьким, как свет свечи, но быстро расцвело в яркую вспышку, которая омыла стены. Белла и Обри замерли, наблюдая за странным зрелищем издалека, когда дымный запах заполнил коридор. Пахло барбекю.