Моя девушка – высший дух с улицы. И как так вышло?! Том 3 (СИ)
— Ого, — высказалась девушка. — Это лес?
— Да, милая, лес.
— Как красиво…
— Это еще что. Пойдем. Даже не знаю, где мы. Придется поблуждать здесь и…
— Город в той стороне, — тыкнула Марта пальцем. Только сейчас ученый вспомнил, что держит за руку не простого человека. — Я чувствую… фу, мерзость, — поежилась кошечка. — Воняет каким-то дымом. И… что-то еще.
— Как далеко?
— Километров тридцать.
— Ты чувствуешь дым на расстоянии тридцати километров⁈
— Ну я же кошка. А еще я чувствую, что ты сейчас в возбужденном состоянии, — хихикнула барс.
— Дуреха. Просто счастлив снова оказаться под солнцем. Ну, идем?
— Угу. Только давай не спеша. Мне нужно… привыкнуть…
Глава 7
Искреннее желание быть рядом
Прошла уже почти неделя с момента, как мы встретились с грозной сестрицей Айки. Раны заживают, силы восстанавливаются, змейка меняется. Мало по малу, но характер ее претерпевает изменения. Мы не сразу заметили это. Сначала подумали, что все дело в произошедшем, но Мицуру высказала свое мнение.
— С каждым днем в ее теле копятся эмоции, — так и сказала, спокойно поедая ложку за ложкой мороженого, сидя на диване в гостиной. Дыры, слава богу, уже нет. Ее довольно оперативненько заделали, стоило гепардихе сделать один звонок. Иногда мне кажется, что это она всех нас здесь содержит.
— Это как понимать? — пока Айка спит, мы можем спокойно обсудить все это. Усевшись в кресло напротив девушки, я уставился на нее. Правда, взгляд постоянно метался. Кошечка, как специально, нацепила полупрозрачную блузу. Еще и о лифчике «забыла». Возбужденные соски возбуждали, стоило обратить на них внимание. Аромат тела привлекал. Дома достаточно жарко. Я четко ощущаю духи Мицуру, с ее естественным запахом высшего духа.
— До того, как Айка станет матерью, она несколько раз изменит свой характер. Почти все виды высших духов в этом похожи. Чрезмерная доброта, проявление заботы, нервы, пугливость, поиск подходящего места и, наконец, агрессия с пустого места. А уж потом — истинные материнские инстинкты. Айка снова станет добренькой и заботливой, но проявлять все это будет уже не в нашу сторону.
Так, парочка признаков уже была. Насколько же сильно высшие духи отличаются от нас, людей. Если так и пойдет…
— Нам нужно место, правильно?
— Именно. Сейчас Айка стала нервной. Ее может задеть любое слово, поэтому даже я подшучивать перестала. Затем проявится волнение за себя, потомство, и за самца, разумеется. В голове выстроится план, что ты — важная часть ее жизни, и поднять малышей в одиночку не выйдет. Поэтому будь готов, что она тебя еще достанет, — усмехнулась кошечка, довольно сексуально облизнув ложку.
— Так, интересно. Нам еще долго ждать, но… кстати, а когда должны появиться яйца?
— На второй месяц. Еще месяц они будут… дозревать, так сказать. Именно в это время Айка и будет максимально отстраненной и агрессивной. Вряд ли подпустит кого-то из нас к себе. Разве что тебя. Именно поэтому нам и нужно место. Если яйца будут находиться в вашей комнате, мы даже по коридору пройти не сможем. Айка может почувствовать запахи наших гормонов, и напасть по наитию.
— Жесть. Тогда что будем делать?
— Не парься. Я уже назначила рабочим день и нашла дешевые материалы, которые возможно утеплить изнутри. Скоро начнет холодать. Придется создавать приемлемую температуру.
— Построим еще один дом?
— Скорее, комнату. С другой стороны от нового домика. Никаких окон. Одна дверь с замками с обоих сторон. Теплая кровать, холодильник, насесты и шкаф с вещами, разумеется. Если Айка мысленно примет его, то мы туда уже зайти не сможем. Можно сравнить это с… не знаю даже. Точно! Куры высиживают яйца на одном месте. Они не подпускают остальных, и почти не слазят с насеста. Здесь та же фишка, но высиживать змеям не нужно. Яйца сделаны так, что сами поддерживают температуру, да и вообще способны вылупиться без матери. Айка выступит в роли сторожевого пса.
— Ясно. Мицуру, ты столько знаешь. Поражаюсь.
— Полезно владеть информацией о моем виде. Если хочешь — я и тебе о многом расскажу, — ухмыльнувшись, она провела рукой по блузе, расстегнув несколько пуговиц. Тяжело взглотнув, стиснул ноги, чтобы назревающий стояк не так сильно выделялся. Что тут скажешь. Дамочки уже приучили меня к частому сексу, а в последнее время дел было слишком много, да и раны никак не проходили до конца. Мицуру и вовсе сильно досталось. Но сейчас она словно издевается надо мной, все намекая и намекая.
— Мицуру… что ты…
— А? О чем ты, — хихикнула она. — Ой, мороженое закончилось. Блин, купим только завтра.
— Так понравилось?
— Да. Что-то я в последнее время подсела на сладкое. Надо бы в собственном фитнес зале потренироваться, что ли. А то располнею.
Даже представить ее не могу с животиком.
— Слушай, сейчас же все еще спят. Не хочешь прогуляться?
— Прогуляться? Тебе дома не сидится, милый? — она все еще улыбается, возбуждая меня. Вот же, кошка.
— Погода отличная. На улице тоже жарко, но не так, как здесь. Да и речка неподалеку.
— О, хочешь искупаться, да еще и зовешь меня одну. Как интересно. Дай мне пару минут переодеться. Не пойду же я в таком виде.
— Ага…
Сам не знаю, что на меня нашло. Видимо, все же сущность уже поменялась. Придется свыкаться с этим.
Мицуру спустилась на первый этаж в уже другом Наряде. Короткая зеленая кофта на молнии, позволяющая насладиться ровным, спортивным животиком. Такая же короткая юбка, кроссовки для прогулки по лесу. На плече — сумка, из которой торчит краешек полотенца.
К слову, бинты Мицуру уже сняла. На животе остался шрам. Гепардиха одно время волновалась об этом, но сейчас, кажется, перестала обращать на него внимание.
Подойдя ближе ко мне, взяла за руку и подмигнула.
— Ну что, идем?
— Пошли.
1
Лес сейчас выглядел прекрасно. Цветущие деревья, кусты, прочие растения. Птицы, поющие со всех сторон. Мельком пробегающие мелкие животные. Зайцы, лисы и прочие. Здесь и медведи с волками водятся, но они давно уже и близко к дому не подходят. Знают, что на шашлык пустят.
Продолжая держать меня за руку, Мицуру, прямо на ходу, перевоплотилась. Хвост тут же распушился, начав медленно и плавно покачиваться. Ушки на голове навострились, выполняя роль радаров. Я уже давно заметил, что гепардиха не меняет кожу. Она ведь может полностью шерстью себя покрыть, чтобы двигаться быстрее. Но никогда этого не делает. Лишь внешние признаки.
— Слушай, Рин, что ты думаешь насчет Хараны?
— А? — внезапный вопрос застал врасплох. — В каком смысле?
— Они с Айкой, вроде бы, даже поговорить смогли. Но помирились ли…
— Не думаю, — закончил за нее. Мицуру уставилась на меня, желая услышать мнение. — Они поговорили, но мне кажется, что Харана так и не простила Айку. Да и вряд ли когда-то простит. Насколько я понимаю, племя Айки с Хараной уничтожил самец Хараны.
— Да.
— Сама Харана об этом ничего не знала. Айка обвинила ее лишь в том, что сестра не учуяла запаха родных, и не смогла ощутить их боль в момент сражения. Но в остальном…
— Считаешь, что Харана не виновата?
— Нет. Кто знает, что там случилось, но Харана и впрямь не знала о случившемся. Своими руками она никого не тронула. А вот Айка…
— Да, — опустив взгляд к земле, Мицуру задумалась. — Айка ведь думала, что Харана во всем виновата, и в итоге отомстила.
— Я люблю Айку, и всегда буду на ее стороне. Но в этой ситуации именно она настроила Харану против себя. Именно она совершила непростительную ошибку, подняв руку на ни в чем невиновных малышей Хараны. Именно поэтому у Хараны нет причин прощать ее, и снова называть сестрой.
— Мне даже легче стало, — Мицуру вновь улыбнулась, сильнее прижавшись ко мне и даже мурлыкнув. — Знаешь, я все думала, а правильно ли видеть вину в том, кто для тебя настолько дорог. Айка всех нас собрала. Она хорошая девушка, но ее прошлое… это нас не касается, и все же мне было не по себе осознавать, что именно Айка здесь — главный злодей.