Император (ЛП)

           Теперь, стоя в своем кабинете, в том же кабинете, где Лоренцо Марони изменил ее жизнь, Амара наблюдала, как король подземного мира сидит на своем троне со стаканом виски в руке, наблюдая за разговорами двух других людей, которым он доверял.
           — Парень из аэропорта дал мне адрес, — сказала Морана, потягивая виски из своего стакана, сидя на диване, скрестив ноги, глядя на Данте. — Но когда мы приехали, дом был пуст. И буквально вчера я получила предупреждение, что он сгорел. Они сказали, что проводка неисправна.
           Данте оперся на стол, взбалтывая виски в стакане, глядя на Тристана.
           — Мы найдем ее, Тристан.
           Луна.
           Младшая сестра Тристана, исчезнувшая двадцать лет назад.
           Амара почувствовала, как ее сердце сжалось от того, как он неподвижно прислонился к окну, глядя в пол, и она подошла к нему. Хотя он был сгорблен, его голова была такого же роста, как и у нее. Амара положила руку ему на мышцы, сжимая их, и он посмотрел на нее своими сосредоточенными голубыми глазами.
           — Не теряй надежды, хорошо? — прошептала она ему. — Ты работал так много лет, чтобы получить власть. Теперь поводья в твоих руках. У тебя есть Данте, который держит власть. Есть Морана, которая делает вещи, которые я даже не понимаю. И у тебя есть я, которая придаёт тебе моральную поддержку. Мы ее найдем.
           Он стиснул зубы, но кивнул, выпрямился и подошел к Моране, которая прижалась к нему, будто он был медведем, а не одним из самых опасных людей в их мире. Но никто не знал, насколько он опасен больше, чем Морана.
           Амара заняла освободившееся место Тристана и прислонилась к подоконнику, когда Данте заговорил.
           — Ты не замечаешь, что происходит слишком много пожаров в зданиях в последнее время, Тристан?
           — Да, это подозрительно.
           — Согласен, — Данте сделал глоток. — Итак, на данный момент у нас нет никаких зацепок?
           Морана покачала головой.
           — Я снова связалась с парнем из аэропорта, но пока ничего не получила.
           Данте кивнул.
           — Ладно, позволь мне рассказать тебе то, что я знаю.
           Отложив стакан в сторону, он вытащил из кармана сигарету и заколебался, переводя взгляд на Амару. Она кивнула ему, чтобы он продолжал, и он зажег ее. У нее не было ничего, что могло бы способствовать встрече как таковой, но Амара знала, что Данте хотел держать ее в курсе. Она ценила это, особенно потому, что, если она должна была быть рядом с ним, она хотела, чтобы это было настоящее партнерство.
           Он глубоко затянулся, сказав одним действием, что это стресс.
           — Синдикат глубже, чем мы думали, — начал он. — Я едва вылез на поверхность, а грязь глубокая. Насколько нам известно, они торгуют детьми не менее двадцати лет. Могло быть гораздо больше.
           Амара почувствовала, как ее рука инстинктивно коснулась живота, прежде чем она выдохнула, желчь поднялась в ее горле от того, что он говорил. Это ужасно. Дети — это черта, которую нельзя пересекать, и когда слышишь, что это грубо нарушали на протяжении десятилетий, у нее пробежали мурашки по коже.
            Почему ты больше не кричишь, шлюшка? 
           Воспоминание возникло из ниоткуда, ворвавшись в ее сознание. Она тоже была ребенком.
           Она ущипнула внутреннюю сторону своего запястья и выдохнула, прислушиваясь к голосу Данте, привязавшись к настоящему.
           — Я не знаю, сколькими способами они действуют, — продолжил он. — Но я нашел одного из них. У них есть своего рода вербовщики, которые роются в чатах и форумах, где сидят придурки, увлеченные детьми, и именно там они находят членов, которые попадают в организацию.
           — Если учесть, что прошло по крайней мере, двадцать лет, а может и больше, — сказала Морана, — Это может означать, что у них более сотни тысяч людей.
           — Господи, — выругался Тристан, потирая лицо рукой.
           Дети. Бедные дети.
 
           Данте сделал снова затянулся.
           — Эти люди кажутся никчемными. Нам нужно найти больше информации о том, насколько глубоко это и кто во всем замешан. Вербовщик, о котором мне рассказывал этот парень, носит имя пользователя, как Мистер Икс. — Данте замешкался, бросив на нее короткий взгляд, прежде чем заговорить снова. — Он также человек, который заказал похищение Амары пятнадцать лет назад.
           Нити давнего разговора вернулись к ней, вызванные этим именем.
            Мистер Икс здесь. 
            Покажи мне девушку. 
           — Он был там, — пробормотала Амара, ее мозг все еще пытался вспомнить еще один разговор, который она даже не помнила.
           Данте повернулся, чтобы посмотреть на нее, приподняв бровь.
           — Это имя что-то значит, — нахмурилась Амара. — Я думаю, что не была полностью в сознании, когда услышала его имя. Но он был там на мгновение.
           Глаза Данте вспыхнули, когда он снова посмотрел на Морану.
           — Тогда мы с Тристаном заглянули в здание, и там оказался тупик. Я хочу, чтобы ты посмотрела еще раз, посмотрела глубже, чтобы понять, не упустили ли мы что-нибудь. Похищение Амары никогда не имело для меня никакого логического смысла, и этот Мистер Икс, связан с этим... он, зацепка, которую нужно преследовать.
           Морана кивнула.
           — Я займусь этим. Если они охотятся за форумами, то наверняка найдут след в тёмной паутине. Но это будет небезопасно. Я не понимала, как сильно Жнец, я имею в виду мой отец, защищал меня тогда. Возможно,  мне потребуется некоторое время, чтобы замаскироваться, но я могу это сделать.
           Амара была в некотором роде в восторге от ума Мораны и ее уверенности в своих способностях. Как женщине, которой пришлось восстанавливать себя с нуля, и кому-то, у кого еще были дни ненависти к себе, эта уверенность казалась ей недостижимой. Как терапевт она знала, что уверенность — это хорошо сделанный щит, скрывающий кладезь эмоций.
           — Хорошо, но это не должно тебя выдать, — заметил Данте. — Мы не можем рисковать, что они закроют единственную дверь, которую мы обнаружили. Кроме того, сделай мне одолжение и постарайся найти что-нибудь о Человеке Тень, если сможешь.
           — Человек Тень?
           — Он замешан?
           Другая пара заговорила одновременно.
           Человек Тень. Это интересное имя, особенно с учетом того, как они зарабатывались в их мире.
           Данте посмотрел на Тристана.
           — Мой допрос показал, что Синдикат остерегается только Человека Тень. Так что, враг моего врага, мой друг. Я хочу познакомиться со своим новым другом и узнать то, что он знает.
           — Хорошо, но это крутое имя, — повторила Морана мысль Амары. — Кто этот человек?
           — Никто не знает, — ответил ей Тристан, положив руку на спинку дивана позади нее. — О нем ходят слухи на улице из ниоткуда. Крупные игроки оказались мертвыми прямо в своих домах, без признаков входа или выхода, без взлома, мертвые от пули, удавки, яда, льда. У него нет ни почерка, ни лица, ни имени. Вот почему они стали называть его Человек Тень. — он повернулся к Данте. — Но почему Синдикат должен опасаться его? Он один человек, а они, целая организация.
           — Да, — пробормотал Данте, выпустив облако дыма. — Ты не хочешь завтра навестить Алессандро Вилланова? Мы полетим на самолете.
           Тристан кивнул.
           — Во сколько?
 
           — В восемь.
           — Альфа, — сказала Амара сбоку, видя, что все взгляды обращены на нее. — Так он велел мне его называть. Он был добр ко мне, особенно учитывая, что я находилась там под чужим именем. Он даже предложил мне защиту.
           — А сейчас? — Данте затушил сигарету в пепельнице, его темные глаза смотрели на нее, собственнический огонь, который кипел в них за эти годы, снова разгорелся. — Может, потому, что ты была красивой женщиной совсем одна на его территории?