Маркиза зачарованного замка

И тем не менее род чах и приходил в упадок. В Итоге меньше чем за пару сотен лет погибли по разным причинам все, кто был указан на генеалогическом древе. И теперь из всех признанных членов рода в живых осталась только я.
На самом деле это открытие меня потрясло. Там, на Земле, на мне никогда не лежало серьезной ответственности. Да, я отвечала за учеников одного класса, за их знания, поведение в школе и так далее. Но это ни в какое сравнение не шло с ответственностью за возрождение рода. Теперь я, как официальная, признанная глава, должна была восстанавливать сам род и укреплять его славу и могущество. Если вдруг замок притянет к себе кого-то из бастардов или их потомков, я должна была удостовериться, что они принадлежат нашему роду, и принять их в состав пока еще маленькой семьи. Я понятия не имела, как это будет происходить в реальности, каким образом я стану делить наследство рода между его членами, смогу ли проводить необходимые магические ритуалы…
Да и вообще, не знала, справлюсь ли со свалившимися на меня обязанностями. Но, похоже, выбора мне никто не дал.
– Чтоб вас всех, – проворчала я поздно ночью, укладываясь спать в своей спальне. – Меня ж ничему такому не учили! Мироздание, а Мироздание, совесть у тебя есть?
Мироздание предсказуемо молчало, сбросив на мои хрупкие плечи все возможные обязанности. И никого не интересовало мое неумение руководить кем-либо, кроме учеников. Не умеешь? Учись. На собственных ошибках.
 
Глава 4
 
Время до Дня призраков пролетело как сверхзвуковой самолет. И в назначенный срок в моем замке постепенно стали собираться гости.
Ну как гости. Да, кто-то из них пришел и просто посмотреть, как я здесь живу. Но в основном народ стягивался со всего края, чтобы пощекотать нервишки в устроенных мной подвалах ужасов, попытаться развеять призраков, ну и заодно попить-поесть на халяву.
Я считалась в этом регионе дамой экстравагантной, старой девой, к которой можно даже не пытаться свататься. Все равно пошлю далеко и надолго, как посылала уже дважды самых активных вдовцов с детьми и внуками. Мой статус старой девы придавал мне определенную свободу, позволяя устраивать такие мероприятия, которые другие дамы в моем положении могли бы считать неприемлемыми.
А вот хозяйкой меня называли хлебосольной. Я всегда старалась создать атмосферу уюта и радушия, даже если это означало, что мне придется потратить немало сил на подготовку. И хоть за развлечения в подвалах призраков приходилось платить, местные аристократы не жалели на это денег. Все равно окупится, хотя бы съеденным за ужином.
День призраков считался самым страшным и опасным днем в году. Чем-то отдаленно напоминавший земной Хэллоуин, он заставлял задуматься о будущем перемещении за Грань. Ни аристократы, ни богатые купцы, приглашенные ко мне развлекаться, думать о таком не любили. Да что там, среди крестьян тоже не находилось тех, кто почитал бы День призраков. Отнюдь. В этот день старались уже после обеда и носа не высовывать из дома. А ну как духи рассердятся на нерадивого потомка и утащат в Бездну.
И потому гости ко мне съезжались с ночевкой. Вот приедут, пообедают здесь, пощекочут нервы в подвалах, затем поужинают и лягут спать. А утром, после завтрака, разъедутся по домам.
По традиции, хозяйку следовало отблагодарить за хлеб-соль. Так что мне оставят небольшие презенты, кто во что горазд. Я знала, что некоторые гости принесут домашние угощения, другие – бутылки с вином, а кто-то, возможно, и небольшие сувениры, которые напоминали бы о нашем вечере.
Не сказать, чтобы я жаждала подобного времяпрепровождения. Но в первые месяцы мои подвалы призраков были единственной возможностью для меня познакомиться с аристократами, жившими в округе.
Так что теперь…
– У тебя совершенно убийственное выражение лица, – насмешливо заметил Астор, вторгаясь в мои мысли с бесцеремонностью наглого предка. – Кого и как ты собираешься умерщвлять?
– Пока что никого, – проворчала я, откинувшись на спинку кресла в гостиной. Мягкая обивка приятно обнимала меня, но это не могло заглушить моё раздражение. – Думаю, размышляю. Зачем вообще все это устраивать, а? Я о праздновании Дня призраков. Как будто мне так сильно нужно их общество.
  
– Тебе, может, и нет, – заметил Астор, посерьезнев. – Но ты забыла, что теперь стала главой рода, а значит, и думать должна в первую очередь о благе будущих… Лида! Аристократки так не выражаются! Повтори, я не запомнил.
Я повторила. С чувством. С толком. С расстановкой. Дворник дядя Вася, подметавший двор перед моим домом на Земле, мог бы мной гордиться. Я старалась говорить так, чтобы звучать уверенно и властно, как подобает даме моего положения.
Астор довольно ухмыльнулся и исчез, оставив меня наедине с моими мыслями. Я вызвала экономку, найру Вилису, и дала ей указания перед празднованием. Мы обсудили меню, декор и развлечения, которые должны были порадовать гостей. Вилиса, с её безупречным вкусом и опытом, помогала мне на каждом шагу, и я чувствовала, что могу положиться на неё.
В нужный срок все было исполнено.
И теперь я стояла в холле, возле ступеней мраморной лестницы, и с искусственной улыбкой на губах встречала гостей.
Их было много, очень много. И они шли и шли. Как будто некуда больше было пойти.
Богатые и почти разорившиеся аристократы, купцы первой и второй гильдий, как сказали бы на Земле, все, кроме простых рабочих и крестьян, они были рады очутиться здесь на законных основаниях и провести под крышей замка целые сутки. Я видела, как некоторые из них с любопытством разглядывали старинные зеркала, в которых, казалось, отражались не только их образы, но и тени давно ушедших времен. Часть пришла, чтобы узнать что-то от своих уже умерших родственников. Но в основном им просто хотелось побывать в доме с призраками.
Я знала, что для многих это было не просто развлечение, а возможность прикоснуться к чему-то мистическому и загадочному. Я старалась создать атмосферу, полную таинственности: свечи мерцали, отбрасывая тени на стены, по углам то и дело появлялись и исчезали тени, в трубах замках изредка завывал ветер. В общем, дом с привидениями, самый настоящий, был готов к приему гостей.
– Ваше сиятельство! – громыхнул на весь холл голос герцога Алана горн Партайского, самого богатого и влиятельного аристократа округи. Его голос звучал так, словно он был не просто аристократом, а настоящим повелителем, способным подчинить себе всех присутствующих. – Рад видеть вас в добром здравии!
Его двое сыновей, высокие и статные молодые люди, которых герцог надеялся скоро выгодно женить, мгновенно согласились с отцом, кидая на меня вежливые, но несколько настороженные взгляды. Поговаривали, что семья Партайских была в дальнем родстве с императорским родом, и это придавало им особую значимость. Герцог, как говорили, был поставлен здесь в качестве негласного надзирателя, ну хорошо, смотрителя, над другими аристократами, чтобы, значит, вели себя хорошо и не баловались, угу. Я не знала, правда это или нет, но на всякий случай гостеприимно улыбнулась отдельно герцогу и поблагодарила его за внимание к моей скромной персоне. Мало ли, может, в дальнейшем понадобится его дружеское расположение ко мне. Для укрепления угасающего рода, естественно.
Не знаю, правда это была или нет, но я на всякий случай гостеприимно улыбнулась отдельно герцогу и поблагодарила его за внимание к моей скромной персоне. Мало ли, может, в дальнейшем понадобится его дружеское расположение ко мне. Для укрепления угасающего рода, естественно.
Наконец, «река» из гостей прекратилась. Все, кто хотел, приехали и готовы были праздновать здесь, в моем замке. Ждать больше было некого. И я с легким сердцем зашла вслед за народом в обеденный зал. Стол там уже был накрыт для обеда, и я с гордостью отметила, как искусно Вилиса украсила его: белоснежные скатерти, изысканные сервизы и цветы, которые придавали помещению особую атмосферу. Можно было приступать к трапезе.