Ведьма с дипломом ищет работу (СИ)
Она сделала пасс рукой и сразу узрела контур, сияющий голубым. Создала его настоящая мастерица. А потом на протяжении долгих лет кто-то осторожно подправлял, стертые временем фрагменты. Вот тут, и тут, а еще тут… В таких местах свечение было куда бледнее. Тут явно не хватило мастерства и мощи.
В ведьмочке внезапно проснулся азарт, совсем как когда-то на экзамене. И она, пройдясь по кругу, легко подправила магический рисунок. Контур налился ровным сиянием. К запаху мяты прибавился аромат ванили. Марго подумала и добавила к букету нотку лайма. Словно собственную подпись поставила.
— Мэгги, деточка, с тобой все в порядке? — постучала в дверь тетушка Мона. — Поезд скоро отходит. Поспеши!
— Да, я сейчас, — и Маргарет поспешила.
* * *Слышали выражение «Как сыр в масле?» Вот именно оно лучше всего описывает то, что происходило с Марго весь остаток пути. Ее так трогательно холили и лелеяли, что ведьмочка окончательно растаяла.
Мона без устали добывала из сумки разные вкусности. Арти оказался на редкость умным и воспитанным малым. Дедушка Барт взирал на всю компанию с блаженной улыбкой и в разговоры почти не лез.
Вагоновожатый, проникнувшись общим настроением, принес четыре стакана горячего чая, за что был принудительно накормлен ватрушками. Три часа пролетели, как одно потрясающе приятное мгновение.
И Марго решила, что с огромным удовольствие прокатилась бы в таких условиях еще пару раз туда и обратно. Но…
За окном уже маячили пригороды Аратина. Крохотные сельские домишки сменились добротными каменными особняками. Вместо огородов появились модные цветники. А женщин в чепцах и передниках сменили вальяжные дамы с кружевными зонтами.
А потом состав и вовсе въехал в город. И сразу затормозил. А живописный вид сменился скучной картинкой.
Поезд тащился, как больная черепаха. По бокам железной дороги потянулись скучные кирпичные склады, разные непонятные постройки и снующие туда-сюда мужчины в рабочих комбинезонах.
Чуть интереснее стало, когда проезжали депо. Арти восторженно прилип к окну и стал называть вслух модели паровозов. Марго пристроилась рядом. Дедушка Барт довольно вещал:
— Артур у нас растет большим человеком, вот постарше будет, поступит в академию и станет инженером!
Марго покосилась на мальчишку с уважением. Паровые машины были ее страстью. Горячей, искренней и совершенно недоступной женщинам. В инженерные академии дам не принимали. Табу. Леди Браганте иногда казалось, что мужская половина человечества так коварно отыгралась на дамах, за отсутствие дара магии.
А что? Все логично. Раз уж колдовать умеют только ведьмы, то секреты техники пусть постигают исключительно юноши. Логично и обидно. Разве ведьмы в этом виноваты? Да и магия просыпается в лучшем случае в одной из сотни. А скольких из этой сотни отцы отпускают учиться?
Марго вздохнула и уселась на место. Настроение ее основательно испортилось. Правда, ненадолго. Мона достала из своего бездонного баула чистый холщовый мешочек и сложила туда оставшиеся пироги. А потом приткнула его на колени подопечной.
— Мэгги, — сказала она строго, — даже и не вздумай отказываться. Возьми, от чистого сердца.
Девушка сначала растерялась, а потом крепко обняла добрую женщину и поцеловала в щеку.
— Спасибо, тетушка Мона.
Та ответила объятиями. Потом ведьмочка отпустила попутчицу и обратилась к ее отцу.
— И вам дедушка Барт.
— Ну что ты, девонька, — мужчина смущенно отмахнулся, — Мона еще напечет. Она у меня такая мастерица. Правда Мона?
Дождался ответного кивка и продолжил:
— А тебе нужнее. Кушай на здоровье, детка.
* * *Из вагона выходили вместе, пропустив вперед добрую половину пассажиров. На прощание снова обнялись. Марго растрогалась. А тетушка Мона даже всплакнула. Дедушка сунул в руку девицы бумажку и сказал:
— Здесь наш адрес. Будет нужда, приезжай. Всегда поможем.
И семейство заспешило на омнибус, идущий в пригород.
Марго проводила их взглядом и отправилась на площадь, искать привокзальную гостиницу. Но далеко уйти ей не дали. Кто-то грубо схватил за плечо и рывком развернул к себе.
Девушка едва не потеряла равновесие, машинально оперлась на нахала и оказалась лицом к лицу с Бадди.
— А вот и я, красотка! — тот довольно ухмылялся. — Еще не передумала?
Его друзья стояли в стороне. В происходящее не лезли.
— Отчего же? — голос у ведьмы стал ледяным. Внутри у нее все клокотало от ярости.
Вот только Бадди этого не понял. Он сжал еще сильнее пальцы.
— Тогда пошли!
— Сейчас.
Она отставила в сторонку чемодан, встряхнула рукой, согревая пальцы, пуская в них магию. И добавила спокойно и непонятно:
— Только сначала я научу тебя летать.
А потом ударила. От души. Со всей силы. Под дых. Вложив в удар всю злость и раздражение. Всю обиду на отца, на ректора, на несправедливость, на мир мужчин в целом.
Несчастный парень взмыл в воздух. Пролетел добрый пяток метров, сбил по пути своих приятелей и приземлился на мусорные баки, стоящие поодаль.
Вокруг воцарилась тишина. Марго потерла ушибленную ладонь и констатировала:
— Хреновый из тебя летун. Впрочем, мужик тоже не очень…
А после схватила чемодан и пошла прочь.
— Дура! — выплюнул ей в спину неугомонный парень. — Ведьма!
Марго счастливо расхохоталась и обернулась.
— Ведьма! — сказала она с вызовом. — И, между прочим, с дипломом!
* * *Гостиница называлась по-простому «Привокзальная». Что довольно разумно. А как ей еще называться, если здание умудрились построить практически на железнодорожных путях?
Номер оказался совсем не так хорош, как уютная квартирка, снятая Марго в Ферте. В нем не было ни камина, ни кухоньки, ни красивого ремонта. И пусть. Зато на столе стоял телефон. И Марго, скрепя сердцем, переплатила за эту роскошь целый сантим.
Под окнами сверкали начищенным серебром рельсы. Стены сотрясали паровозные гудки. Где-то совсем рядом слышалась брань. Работяги выясняли куда подевался некто Уэйн, и какого черта он побросал на путях инструмент.
Марго подошла к окну и плотно притворила створку. Сразу стало чуть тише. Потом она разобрала чемодан, переоделась и твердо решила, что больше сегодня никуда не пойдет. Хватит. Устала. Разве что в трактирчик на первом этаже за чаем. Пирожки Моны срочно требовалось чем-то запить.
Так она и поступила.
А утром…
* * *Утро началось со стука в дверь. Сначала весьма деликатного, повторившегося трижды с небольшими паузами. А потом настойчивого и громкого.
Марго ужасно не хотелось вылезать из-под одеяла. Не хотела вставать с неожиданно удобной постели. Но за стеной, в соседнем номере уже начали возмущаться. И девушке не осталось ничего другого, как встать, дойти до двери и спросить:
— Кто там?
— Вот-вот, кого в такую рань принесло? — поддержали ее соседи.
Стук затих, зато послышался голос:
— Леди Маргарет, откройте, у меня к вам серьезное дело.
Марго натянула прямо на ночную сорочку домашнее платье и отворила замок. Чего ей бояться? Она же ведьма! Да и Казик в крайнем случае всегда рядом. Вон, опять хихикает в кулоне, паразит.
К счастью за дверью обнаружился вполне приличный мужчина. Даже слишком приличный для такого заведения. И, судя по хорошо пошитому костюму из твида, далеко не бедный. В руках он держал добротный кожаный портфель.
Марго скрестила руки на груди, готовясь к отпору. В голове ее мелькнула злорадная мыслишка: «Будет приставать, все нафиг отобью!» Но гость вежливо поклонился и спросил:
— Позволите войти, леди Маргарет?
Из-за стены возмутилась:
— Да впусти ты его уже, девка. Сколько можно мариновать мужика?
А у Марго появилось острое желание пойти и отбить все нафиг соседу-говоруну. И желание это она с большим трудом подавила.
— Входите. — Ведьмочка подвинулась, освобождая путь.