Гений медицины. Том 6 (СИ)

Не удивлён. Я помню, как легко он купился на несуществующий препарат.
— Я хотел обсудить другую тему, — мягко ответил я. — Насколько я помню, одна из клиник, с которой мы сотрудничали, располагается в Гамбурге.
— Клиника «Альстер», — подтвердил Николай Андреевич. — Всё так. Но мы прекратили с ними сотрудничество после того анонимного письма, о том, что вы не заканчивали ординатуру… Вы помните.
  
— И мне кажется это неправильным, — слова я подбирал аккуратно. Надо было провести интригу, чтобы главврач думал, что он сам решил отправить меня в Германию. Чтобы видел в этом в первую очередь свою выгоду. Иначе он меня попросту не отпустит в течение рабочей недели. — Мои лекции действительно очень полезны для всех врачей. Других иностранные коллеги были очень довольны материалом. И неправильно, что из-за отсутствия ординатуры мы потеряли такого компаньона.
— Сотрудничество с «Альстер» приносило много пользы, — задумчиво кивнул главврач. — Но теперь отношения стали холодными…
— Потому что на расстоянии это не решить, — продолжил за него я. — А вот если организовать туда командировку, и показать им, что я — хороший специалист, то лёд между вами растает. Снова получится организовать сотрудничество, что повысит престиж клиники.
Николай Андреевич задумчиво потёр переносицу. Он уже почти согласился.
— К тому же вы многое сделали для меня, — капелька в его самооценку. — И я хочу отплатить вам тем же. Добрым поступком, который поможет нашей клиники.
И капля самоотверженности. Теперь в глазах главврача появилась гордость.
— В который раз безмерно радуюсь, что вы достались именно нашей клинике, — восхищённо проговорил он. — Никто другой не стал бы поступать так же, как вы. Если вы правда готовы на эту поездку, я смогу её организовать.
Получилось. Я смог убедить Николая Андреевича в том, что мне надо в Германию. И он уверен, что это его идея.
— Думаю, оптимально это организовать в следующий понедельник, — предложил я. — До новогодних праздников. Потому что иначе это растянется на долгое время.
— Вы правы, — кивнул главврач. — Я сейчас же займусь организацией. В следующий понедельник вы поедете в Гамбург. И спасибо вам ещё раз.
Я покинул кабинет Николая Андреевича с чувством полного удовлетворения. Всё шло по плану.
Отзвонился Каштановой, затем Филимонову, обозначил точные даты. Каждый из них принялся за свою часть организации поездки.
После чего отправился к пациентам. В этот раз мне даже не пришлось искать для своего ученика интересный случай, он нашёл его сам.
— Константин Алексеевич, у моего пациента что-то с ЭКГ, — подбежал ко мне Арсений. — Я уже трижды просил снять плёнку, и ничего не понимаю! А Любовь Тимофеевна говорит, что я такое должен знать.
Интересный расклад событий.
— Показывай, — кивнул я.
Он протянул мне историю болезни, где лежали три снятые плёнки ЭКГ. С первого же взгляда я понял, в чём тут дело. У пациента стоял имплантированный электрокардиостимулятор. Устройство, которое регулирует сердечный ритм при аритмиях.
При наличии такого устройства ЭКГ приобретает определённый вид. На плёнке появляются вертикальные полосы, обозначающие новый разряд, подаваемый медицинским прибором.
Видимо, Любовь Тимофеевна решила использовать этот момент, чтобы научить моего ученика. А он растерялся.
— Арсений, это кардиостимулятор, — объяснил я. — Ты точно должен был проходить это в лекарской академии. Странно, что ты не знаешь таких базовых вещей.
— Точно, — он хлопнул себя по лбу. — Константин Алексеевич, я знаю, честно! Просто как-то не подумал… Зачем вообще существует такой прибор, если аритмии можно лечить лекарской магией?
Он начинает думать уже в рамках моего учения. Хотя сам ещё даже не получил диагностический аспект, но перенимает мою философию.
— Ты же знаешь, что лекарская магия почти умерла, — пожал я плечами. — Я как раз занимаюсь тем, чтобы воскресить её заново. Чтобы аритмии тоже лечились магией, а не вставлялись электроприборы. Но это дело требует времени, я не смогу этого добиться за столько короткий срок. Однако этого пациента чуть позже подлечу.
— Я понял, — кивнул ученик. — Прошу прощения, что сразу не узнал ЭКС! Больше такого не повторится.
Ученик отправился к пациенту, а я решил сходить в кабинет функциональной диагностики. Намерения у Любовь Тимофеевны были явно добрые, но всё-таки подобные проверки для моего ученика лучше без моего ведома не организовывать.
Я спокойно объяснил ей свою точку зрения, и она с этим полностью согласилось. Конфликтов на данной почве не возникло.
Затем я заглянул к этому пациенту, подлечил его кардиологическим и аритмологическим аспектом. Провёл обход.
Возле последней палаты меня нашёл Зубов.
— Константин, беда, — выдохнул он. — Помните, я вам говорил, что завтра придёт проверка, чтобы определить, можете ли вы преподавать интерну?
— Конечно помню, — кивнул я. — Из комитета по образованию.
— Они что-то напутали, — Зубов был в панике. — Проверка будет сегодня. Они уже здесь!
  
Глава 22
 
В принципе, для меня это не меняло ровным счётом ничего. Я был готов к комиссии и завтра, и сегодня, и вчера.
Но вот Михаил Анатольевич довольно сильно нервничал по этому поводу.
— Что же делать? Что же нам делать? Что же теперь будет? — забубнил он.
— Я пройду комиссию и спокойно продолжу обучать своего ученика, — пожал я плечами. — Всё будет хорошо.
— Но вы ведь готовились к проверке только завтра! — воскликнул Зубов. — И ваш ученик тоже… Вдруг сегодня он растеряется, и…
— Всё будет хорошо, — повторил я. — Вам не из-за чего переживать. Пойдёмте, нехорошо заставлять комиссию ждать.
Мы прошли к посту главной медсестры, где нас дожидались двое мужчин и одна женщина.
— Здравствуйте, господа, — старший из мужчин, представившийся Игорем Павловичем, окинул меня оценивающим взглядом. — Мы из комитета по образованию молодых врачей. Пришли, чтобы оценить способности и знания молодого врача, Боткина Константина Алексеевича.
— Вы ведь должны были прийти завтра! — вырвалось у Зубова.
Всё-таки бывший наставник продолжает сильно за меня волноваться.
— Мы решили, что внезапная проверка в данном случае будет лучше, — строго ответила женщина с папкой для бумаг в руках. — Проверка будет проходить прямо в вашем отделении. Для начала проводите нас в ординаторскую, для первичного собеседования.
— Хорошо, — Зубов повёл их в ординаторскую, а я быстро отправился искать Арсения. Нашёл его в одной из палат.
Ученик как раз проводил опрос и осмотр пациента, которого я ему поручил.
— Арсений, там пришла проверка, — сообщил я. — Так что работу ненадолго придётся отложить.
— Как сегодня? — он резко побледнел. — Я думал, завтра…
Да что же они все так резко реагируют на этот комитет образования. Какая разница, когда они пришли. Результат-то не поменяется.
— Решили сегодня, — отрезал я. — Идём, чем быстрее начнём — тем быстрее закончим.
Арсений уже хорошо выучил, что со мной лучше не спорить. Поэтому кивнул, и поспешил вслед за мной в ординаторскую.
Женщина уже успела разложить на небольшом столике свои бумаги, и вальяжно усесться на диване.
— Итак, господин Боткин, как давно вы сами закончили интернатуру? — начала она.
— Три недели назад, — спокойно ответил я.
— И сразу же взялись за обучение интерна? — удивлённо уточнил Игорь Павлович, замерев с блокнотом в руках.
— В правилах образования нет ограничений на этот счёт, — пожал я плечами. — Заведующий терапевтическим отделением, и мой наставник, Зубов Михаил Анатольевич, сам дал мне допуск. И главврач клиники согласился с этим решением.
  
— А вы сами считаете себя уже достаточно опытным, чтобы обучать другого врача? — спросила женщина.
Провокационные вопросы они задают. Однако меня таким с толку не сбить.
— Опыт и знания разные вещи, — спокойно ответил я. — Мои знания позволяют мне обучать моего интерна лекарскому делу. К тому же сам я являюсь автором множества научных работ о лекарской магии. И считаю, что молодое поколение должно обучаться именно этой передовой технологии.