Гений медицины. Том 6 (СИ)

Я остановился на серотониновой теории. В начале мигренозной атаки происходит сильное высвобождение серотонина из тромбоцитов, что приводит к сужению церебральных сосудов. Соответственно это и является причиной головных болей.
Затем уровень серотонина падает, сосуды резко расширяются. Всё это сопровождается нестерпимой головной болью, тошнотой, иногда рвотой.
Так что мне нужно было воздействовать на Лидию неврологическим, сердечно-сосудистым и эндокринологическим аспектами. Мы расположились прямо в гостиной, и я принялся за дело.
  
Лечение потратило больше половины запаса магического центра. Однако прошло успешно.
— Голова прошла, — удивлённо сообщила женщина. — У меня как раз был приступ… И их теперь больше не будет?
— Не будет, — заверил я. — Могу пообещать.
— Спасибо, — женщина явно до конца не верила, что приступы мигрени остались в прошлом. И ей нужно время, чтобы в этом убедиться.
Зато Филимонов поверил сразу. Он помнил, как я вылечил его сына. Как спас Жукова. Да, он-то уже был на сто процентов уверен в моей лекарской магии.
Мы отправили Лидию отдыхать, и расположились на диване.
— Ваша очередь выполнить условию сделки, — напомнил я. — Вы знаете, где меч Македонского?
— Знаю, — он отпил магический коктейль. — Спасибо вам за помощь с моей женой, кстати говоря. Это очень важно для меня.
— Где он? — настоятельно повторил вопрос я.
А то Филимонов может так долго увиливать от ответа.
— Для начала расскажу немного про этот род, — вздохнул Филимонов. — Муромцевы. При правлении Николая Второго они входили в состав Государственной Думы. И мечтали занять место Романовых. У них это не получилось, как ты понимаешь. Но попытки были.
Это всё я знал. Сильно подробно изучать историю мира за две тысячи лет времени у меня не было, но я по крайней мере старался быть в курсе истории Российской Империи. Всё-таки я теперь тут жил.
— И как это связано с мечом? — спросил я.
— Я уже говорил, что вы высоко замахнулись с этим артефактом, — ответил Филимонов. — Александр Македонский не просто так побеждал в войнах и завоевывал земли. Ему помогал его меч.
Я вспомнил слова Жукова под препаратами, о том что «Македонский сражался голыми руками» и с трудом сдержал улыбку.
— Это тоже известные легенды, — ответил я. — То, как Александр Македонский разрубил Гордиев узел, известно всем.
— Меч обладал определёнными способностями, — продолжил Филимонов. — Когда он в руках у достойного человека — этот человек не проиграет ни одного сражения, и сможет завоевать любую империю. Поэтому Муромцевы, обладая таким мощным родовым артефактом, были уверены, что легко свергнут Николая Второго. Но они оказались недостойными, и у них ничего не вышло. Меч просто нарастил на себя огромный камень.
Меч, который сам наращивает камень. Звучит более чем интересно, мне было бы любопытно на него взглянуть.
— И что потом? — спросил я.
— Им пришлось покинуть Российскую Империю, — развёл руками Филимонов. — И вот уже более ста лет род Муромцевых, а точнее, теперь уже Мюллер, живут… в Германии.
Никто не говорил, что будет легко. Что ж, значит, мне предстоит отправиться в Германию!
  
Глава 21
 
На уровне интуиции я догадывался, что меч окажется не на территории Российской Империи.
У нас довольно хорошо работало магическое министерство, и долгое скрывание настолько мощного артефакта не представлялось возможным. Поскольку такие предметы излучают особый магический фон, который и отслеживают наши ведомства.
С помощью специальных артефактных систем, установленных на спутниках, они имеют возможность мониторить всю территорию страны. Правда, не постоянно, а отрезками, но это уже другой вопрос.
В Германии, видимо, с безопасностью дела обстоят похуже. Да и ресурсов у этой страны не так много на данный момент, чтобы они могли себе позволить подобные спутниковые системы.
— Где именно находится меч? — уточнил я у Филимонова.
— В Гамбурге, — ответил он. — Я дам точный адрес, и даже помогу организовать встречу. Но, сами понимаете, сам я туда поехать не могу. Сейчас только-только всё наладилось с моей семьёй.
Разумеется, я и не рассчитывал, что со мной поедет Филимонов. Осталось только придумать, как самому организовать поездку.
Ведь я хотел получить этот артефакт лично, а не доверять столь важное дело Каштановой. В данном случае хорошо работает поговорка: «доверяй, но проверяй». И мне хотелось лично поучаствовать, чтобы увеличить шансы удачного проведения переговоров.
— Так и договоримся, — ответил я. — Я назову вам точную дату, когда смогу уехать из страны. И вы организуете мне встречу с главой рода Мюллер. Они говорят на английском?
— Они и на русском говорят, — поспешил ответить он. — Считают очень важным не забывать свои корни, а потому всех детей обучают русскому языку.
Тем проще. Английский я выучил неплохо, но всё же русский привычнее. Это мне повезло, что переродившись полтора года назад в этом теле, я автоматически получил знания русского языка. Родители Боткина весьма удивились бы, если бы их сын заговорил на латыни.
— Хорошо, — переговоры с Филимоновым закончились.
Теперь мне предстояло продумать, как организовать поездку. Насколько я помню, именно в Гамбурге находилась клиника, которая раньше взаимодействовала с нашей. И они разорвали это сотрудничество после письма Кравцова. Отказались от моей лекции, а затем и полностью прекратили все деловые отношения.
Так что поездка в Гамбург может закрыть сразу две моих цели.
Да и я смогу получить официальные отгулы на работе для налаживания международных связей.
А заодно и меч приобрести.
Ещё один вопрос: как его оттуда потом отправить в Российскую империю. В самолёт с такой ручной кладью точно не пустят. Да и сомневаюсь что в багаж принимают артефакты.
Я покинул особняк Филимонова и позвонил Каштановой. Мы договорились встретиться в ресторане.
Не видел Екатерину Владимировну с момента её выписки. Она похорошела, сразу видно, все мои рекомендации выполняет строго.
— Как продвигается оценка артефактов, переданных мной? — первым делом поинтересовался я, когда мы расположились за столиком.
— Прекрасно, — отозвалась Каштанова. — На самом деле, попадаются ну очень редкие экземпляры. Как вы и просили, мы оформляем всё это как случайную находку. Но в некоторых случаях приходилось даже взаимодействовать с полицией.
Ещё бы. Жуков явно был не из тех людей, которые всего добиваются честным трудом.
— Но количество и ценность артефактов перекрывает все неудобства с лихвой, — улыбнулась Каштанова.
— Я напал на след меча Македонского, — перешёл я к сути. — Он находится в частной коллекции рода Мюллер, в Германии.
— Как? — округлились её глаза. — Его вывезли из Российской Империи? Я же находила сведения, что он все ещё здесь.
— Род сам сбежал в Германию, сто лет назад, — объяснил я. — После неудачной попытки завоевать трон и свергнуть Романовых. И с тех пор артефакт так и остаётся у них. Так что нам с вами нужно в Гамбург. Желательно в кратчайшие сроки.
Время у меня ограничено. Так что поездка эта практически экстренная.
— Хорошо, — она явно была шокирована, хоть и постаралась держаться достойно. — Я могу связаться с их музеем, и отправиться туда в качестве рабочей поездки… Тогда мне и визу тут же дадут. А загранпаспорт у меня и так есть. Но что касается вас…
— Я с этим разберусь, — отрезал я. — Поеду с вами. Хочу сам разобраться с получением этого артефакта.
— Поняла, — Каштанова была довольна, что в поездку ей не придётся отправляться самостоятельно.
  
— Но на вас лежит организация вывоза меча заграницу, — добавил я. — Нужно доставить его в Российскую Империю.
С её сферой деятельности у неё должны быть возможности это сделать. Каштанова задумалась.
— Хорошо, — наконец, кивнула она. — Только нужны точные даты поездки.