На зависть Идолам (ЛП)

— Придётся, если мы сыграем в «правду или действие», — говорю я с улыбкой. Зейд бросает на меня взгляд и приподнимает свою проколотую бровь, не переставая улыбаться.
— Ходят слухи, что тебе нравятся любовные романы о геях, — произносит он со смешком, и я краснею.
— Я иногда читаю мангу о любви парней, но это всё.
— Не позволяй ей одурачить тебя: это практически порно, — растягивает слова Крид, всё ещё лёжа на боку и подперев голову локтем. — Анальный секс, минет, много спермы. На самом деле, целые вёдра.
— Ты такой же грубиян, как и твоя сестра, — выдыхаю я, отвинчивая крышку с бутылки тропического сока. По-моему, это ананас. Приятный и острый.
— Значит, тебе нравится читать порно вместо того, чтобы смотреть его? — спрашивает Зак с глубоким смешком, звук эхом отдаётся во мне. — Это облегчает жизнь в кампусе, это уж точно. К чёрту правило «никакой электроники».
— Я работал над тем, чтобы разобраться с этим дерьмом с самого первого дня. Я имею в виду, я придумал, как незаметно пронести телефон, но, клянусь, здесь буквально нет сети, а Wi-Fi жёстко заблокирован. Они долбаные нацисты из-за этого дерьма. — Зейд ложится на живот, его стакан уже опустел, и кладёт голову на руки.
— У меня есть спутниковый телефон, — говорит Виндзор, расстёгивая две верхние пуговицы на своей дурацкой пижаме с пингвинами. Его дурацкая пижама с пингвинами, которая мне на самом деле очень нравится. — На нём не запускаются приложения, но я могу совершать звонки. Это всё, чего я добился.
— Это из-за моей матери, — отвечает Крид, по-прежнему развалившись на подушке, как вялая кукла. — Она помогла директору Коллинзу создать закрытую сеть. Если ты не такой технический гений, как она, тебе туда не попасть. Попрощайтесь с будничными постами в Facebook, пока вы в Бёрберри.
— Хорошо, что Марни получила своё распечатанное порно, — добавляет Тристан, ухмыляясь мне. Я бросаю крышечку от своего сока через круг, но он просто ловит её ладонью, как будто это какой-то пустяк. — Я предпочитаю… на самом деле трахаться, а не смотреть порно. Хотя я буду первым, кто признает: в последнее время у меня была небольшая засуха.
— Ещё есть Клинекс и Джергенс, (прим. — марки салфеток и лосьона-крема) — мягко говорит Зак, и я краснею, думая о мусорном ведре, полном салфеток в отеле. Ох, как неловко. По крайней мере, я знаю, что была не единственным человеком, который прикасался к себе в ту ночь.
— О, поверь мне, у меня в комнатах есть игрушки. Лучше, чем салфетки и лосьон. Но они не помогают, по крайней мере, когда Марни рядом.
— Тристан, заткнись, — выпаливаю я, но он просто продолжает улыбаться мне в своей не совсем приятной манере.
— Давайте начнём игру, — бормочет он, и его голос звучит как соблазнительная песня. — Давайте поиграем в «правду или действие». Я начну первым. Марни. — Ха. Конечно, Тристан хочет начать первым, и, конечно же, он смотрит прямо на меня. — Правда или действие.
— Правда, — шепчу я, потому что боюсь увидеть, какого рода вызов он мне бросит. Честно говоря, мне, наверное, также следовало бы бояться и того, что он собирается спросить у меня, но я полагаю, что это меньшее из двух зол. Тристан смеётся и качает головой, чёрные как смоль волосы падают ему на лоб мерцающими прядями.
— Марни, Марни, Марни, это самый простой выход. — Тристан сидит неподвижно, красиво и прямо, поджав под себя ноги и сложив руки на коленях. Я бы с удовольствием посмотрела, как он хоть раз расслабится, устроит беспорядок. — Но ладно. Правда: ты действительно девственница?
— Да. — Всего одно слово, но, когда произносишь его перед этими парнями, всё ощущается совсем по-другому. Я чувствую, как они смотрят на меня. Я могу представить вкус их губ, ощущение их рук, раскалённую добела вспышку внутри меня, когда мы встречаемся взглядами.
Тристан ухмыляется, кивает, а затем поднимает руку, указывая на меня.
— Достаточно честно. Теперь твоя очередь.
Крид тоже ухмыляется, и то, как он там лежит, напоминает мне ленивого домашнего кота, такого довольного и самодовольного.
 
— Отлично. Я выбираю Крида. — Я пристально смотрю на него. — Правда или действие.
— Действие. — В его глазах с полуприкрытыми веками читается вызов.
— Поцелуй Тристана Вандербильта в губы. — Улыбка, озаряющая моё лицо, — это чистое удовольствие. Зейд воет от смеха, а Зак ухмыляется. Виндзор просто сидит там с этим искрящимся блеском в глазах.
Старший близнец Кэбот хмуро смотрит на меня и принимает сидячее положение, взмахом отбрасывая с лица белокурые волосы.
— Ты думаешь, я этого не сделаю? — насмехается он, и этот надменный вид уверенности в себе сквозит в каждом его движении. — Вам предстоит усвоить тяжёлый урок, мисс Рид. — Крид встаёт на колени и подползает к Тристану. У меня возникает чувство дежавю, как будто, возможно, я читала подобную сцену в манге, или книге, или ещё где-то. Может быть, тот пересказ «Алисы в стране чудес», который Миранда заставила меня прочитать? Как он назывался? «Приключения Эллисон в Подземье»?
Ну что ж.
Я всё ещё взволнована.
Я прикусываю нижнюю губу, а затем наблюдаю, как Крид приближается к хмурому Тристану, кладя пальцы по обе стороны от лица другого парня.
— О, пожалуйста, — фыркает Тристан, отталкивая его руки, а затем хватает Крида за запястья. — Мы оба знаем, что ты — снизу, а я — сверху. С таким же успехом мы можем придерживаться своих ролей.
— Да пошёл ты, — рычит на него Крид, отводя его запястья назад. Тристан не отпускает его, и двое парней свирепо смотрят друг на друга. Тристан держит одну руку на запястьях Крида, а другую прижимает к щеке своего друга. Они оба смотрят на меня.
— Это, должно быть, расплата за все те времена, когда мы заключали пари, чтобы заставить девушек из Клуба Бесконечности целоваться друг с другом, — бормочет Тристан, а затем, всё ещё не сводя с меня глаз, наклоняется вперёд и прижимается ртом к губам Крида, раздвигая губы другого парня своим языком.
На пять блаженных секунд я вижу воплощённую в жизнь фантазию: два самых жестоких парня в академии целуют друг друга, их ноги частично переплетены. Пальцы Тристана скользят вверх и зарываются в волосы Крида, и именно тогда Крид кладёт этому конец, с хмурым видом отталкивая парня Вандербильта назад.
— Если бы я не знал тебя лучше, подумал бы, что я тебе действительно нравлюсь, — говорит Крид, прикрывая рот рукой.
— Тебе бы так повезло, — мурлычет Тристан, пока Крид прополаскивает рот водкой и проглатывает изрядное количество алкоголя.
Он машет рукой в направлении Зака.
— Ты. Брукс. Правда или действие.
— Действие, — говорит Зак, сужая глаза до щёлочек и фокусируя своё внимание на Криде в «вызове». — Выкладывай, наихудшее что у тебя есть, Кэбот.
— Заставь себя кончить. Прямо сейчас. На глазах у всех. — Лицо Крида становится абсолютно злым, когда он выплёвывает своё указание, а Зак бормочет серию проклятий, проводя пальцами по волосам. Он бросает на меня взгляд, и мои щёки вспыхивают.
— Ты можешь сказать ему «нет» и вместо этого выбрать правду, — предлагаю я, но Зак выглядит решительным, и это пугает меня.
— В нашей версии игры у тебя есть один шанс поменять правду на вызов или наоборот. Если ты снова потерпишь неудачу, ты проиграешь и выбываешь.
Зейд садится, как будто готовится к особенно жестокой игре. Этим парням, несомненно, нравится делать ставки, независимо от того, делают они это в официальном качестве участников Клуба или нет. Это признак их привилегированности, отсутствия у них каких-либо желаний. Им нужен вызов, они жаждут его.
— Что получает победитель? — спрашиваю я, и Зейд улыбается, пожимая плечами с тату.
— Право на хвастовство?
— Как насчёт трофея? — возражаю я, и он съёживается, делая вид, что стряхивает ожог.
— Ай, Черити, ай.
— Я сделаю это, — говорит Зак, раздувая ноздри, когда он делает глубокий вдох, а затем… сплёвывает себе на ладонь. Святое дерьмо. Он засовывает руку себе в боксеры, его глаза сосредоточены на моих. Я ничего не вижу, но определённо замечаю изменение в его дыхании, расширенные зрачки, капли пота, выступившие у него на лбу.