Блаженный. Князь казачий! (СИ)

— Да Саша, чародеи — видимо улыбнулась женщина — Они творят чары и волшбу и могут очень-очень многое. Помнишь ты наверное, как мы тебя нашли и вытаскивали? Елисей Васильевич так и предположил, что тебя специально в горящую баню живьём закинули. Всё остальное имение они жечь не стали и это весьма странно… — сказала женщина — А глаза мы сейчас поможем открыть, их только нужно промыть.
С этими словами с моего лица сняли тряпицу и стали аккуратно протирать глаза, поливая их каким-то настоем. Наконец я проморгался и постепенно стал различать предметы вокруг. Вот зрение моё восстановилось и я посмотрел на стоящую рядом женщину. Высокая, статная шатенка с косой до попы и синими глазами на красивом, славянском лице. Чистая казачка.
— Какая вы красивая? — мимо воли вырвалось у меня.
— Ох! — выдохнула она — Не успел глаза открыть, а уже кадришь… — покраснела она, качая по доброму головой.
— Да я же только правду… — засмущался я.
— Благодарю Княжич! — кивнула она — Приятная правда…
— А я красивая? — сунулась мне на глаза девчушка лет тринадцати.
Ещё не сформировавшаяся, но уже хорошенькая в своей непосредственности девушка с зелёными глазами, золотистыми волосами, пышными ресницами и пухленькими губками, обещающая вырасти в нереальную красавицу, года так через три.
— Ух ты! — восхищённо выдохнул я.
— Сашенька ничего не говори… — довольно вспыхнули её глазки — Я всё поняла… — и быстро чмокнув меня в щёчку убежала — Я за батей! — крикнула она на последок.
Женщина посмотрела ей вслед покачав головой и снова вернулась ко мне.
— Что будем атаману говорить Александр? — пристально смотря мне в глаза спросила она.
— А что мне лучше сказать? — чуть помолчав спросил я.
— Значит что-то ты всё-таки помнишь? — утвердилась она в своих сомнениях.
— Что-то всё-таки помню, но оно… — замялся я.
— Скажи, а настоящий Саша, он умер? — твёрдо глядя на меня спросила она.
— А! Гхм. М-да! — растерялся я — Если честно, то я не знаю… — ответил я.
— Како же твоё имя? — как-то странно сверкнув глазами спросила она, не отпуская моего взгляда.
Я почувствовал, как поплыло моё сознание, отодвигаемое чужой волей куда-то в сторону.
— Что? — вдруг разозлился я — Меня будить!
И абсолютно трезвым, злым взглядом впился в глаза женщины.
— Ах! — вдруг побледнела она и стала заваливаться на пол.
— Катерина! — подхватил её ворвавшийся в комнату здоровый, чубатый казак — Что происходит?
А я словно опомнившись, выдохнул сквозь зубы. Охренеть! И что это было? И тут в моей голове закрутился калейдоскоп картинок и я увидел, как из горящей бани вытаскивают худенького, обожжёного паренька с обугленной головой. Мать честная, как он жив то ещё? Миг и вот этот парёнок, вместе с недавней девчушкой и другими ребятишками, играет на улице в лапту или во что-то на неё сильно похожее. Миг и его притащили к травнице избитого и с разбитым носом, другие ребятишки. Вот раны на его теле медленно затягиваются и он счастливый, поблагодарив травницу, убегает играть дальше, хотя он и выше всех ростом и старше всех остальных в этой его компании.
— Дурачок блаженный… — слышу я чужую мысль в своей голове и понимаю, что это воспоминания обо мне, вот этой вот самой, голубоглазой казачки — Чуть не убил малахольный, но какая в нём сила? Чистокровный чародей.
Катерина Васильчикова, местная травница и ведунья, недоучившейся чаровница. Всего два года магической школы, а на большее не хватило денег. Её казачий род молодой и не такой богатый, всего-то триста лет, как её предки стали казаками. Спасибо казачьему кругу, что добавили денег на второй год образования, а то бы вообще осталась простой травницей, не дорастя даже до ведуньи, а ей так хотелось стать чаровницей…
— Что тут у вас происходит Катерина? — громко пробасил чубатый казак — Стаська прибежала довольная, говорит Княжич очнулся, но ничего не помнит… — и он внимательно посмотрел на меня.
— Елисей Васильевич? — изобразил я узнавание — Это вы?
— Ну вот, узнал меня Княжич! — оскаблился тот довольной улыбкой — А вы говорите память потерял…
 
— Плохо помню… — слабо пробурчал я — Всё, как в тумане…
— Ничего Александр… — похлопал он меня по ноге аккуратно — Чародея мы уже вызвали, но зима на дворе, когда он ещё приедет? Придётся немного потерпеть. Да Катерина наша тебе поможет, она у нас тоже кой-чего умеет. Правда Катя? — повернулся он к очухавшейся ведунье.
— Кто бы мне помог… — странно глядя на князя ответила она.
— А-ха-ха! — рассмеялся атаман — Мы все поможем, чем сможем конечно. Главное ты Александр очнулся, сейчас это самое главное.
— Главное… — пробурчал я сквозь ставшими вдруг непомерно тяжёлыми веки — Самое… — и уснул.
Снился мне пятый перекат, высокий берег речки Пышмы и как я с него смело ныряю щучкой в воду, а вода такая приятная, такая прохладная, такая волшебная… Все мои ужасные ожоги потихоньку расправляются и заживают, тело наливается силой, а мне вдруг стало так хорошо-хорошо и вообще, всё просто замечательно и здорово. И я плаваю, плаваю, плаваю…
Три дня спустя.
— Что делать то будем Катерина? — метался по комнате атаман — Ну нету ни одного чародея на месяц пути вокруг. Только ты одна и есть…
— Да не чаровница я — хлопнула ладонью по столу Катерина — Недоучка я, не-до-уч-ка! Я даже школу магии не закончила, а ты от меня знаний целого архимага требуешь. Откуда я знаю, что с ним происходит? Не знаю я, не з-на-ю!
— Значит так… — сел атаман, глядя на спящего, но исхудавшего дальше некуда Княжича — Собираем выезд, укутываем его в меха и с полусотней, намётом в Тобольск, к Еремею Чудотворцу.
— Не успеем, замёрзнем по дороге или на стаю красных волков нарвёмся — покачала головой травница — Не то это Еремей… — замолчала она.
— Ты это Катерина — строго посмотрел на неё атаман — Не скрывай от меня ничего, я же вижу, что таишь что-то?
— Таю — согласно кивнула Катерина — Только боюсь тебе предложить…
— А ты предлагай, не бойся! — заявил атаман — Чай я не девица, не спужаюсь.
— Есть одна возможность до него достучаться… — чуть помолчав ответила Катерина — Только если твоя Станислава про то прознает… — покачала она головой и посмотрела на атамана — Не простит она меня никогда. Да и вообще, если хоть кто-нибудь в станице узнает, затравят меня люди…
— Ты мне чёрную магию что-ли предлагаешь? — удивлённо приподнялся атаман.
— Да какая чёрная магия — отмахнулась Катерина — Ритуал единения я предлагаю…
— Но это-же… — вскинулся Елисей Васильевич и резко замолчал — Стаська тебя возненавидит…
— Я сама себя возненавижу, если ритуал не удастся — зло посмотрела она на атамана — Мне знаешь тоже, наложницей полоумного мальчишки всю жизнь быть не хочется…
— Загадала ты мне задачку травница… — покачивая головой, недовольно ответил атаман.
— Другого ничего не придумала… — отвернулась Катерина — Думаешь мне того хочется?
— Надо было его сразу к тебе везти — вымолвил вздохнув атаман — Там хоть нет никого…
— Дошло наконец, почему мы вдали от людей живём? — зыркнула на него травница.
— Дошло, как до утки, на седьмые сутки! — сплюнул атаман, а Катерина начала смеяться — Ты чего? — опешил Елисей.
— Сегодня, как раз седьмица, как Княжича к тебе привезли… — хохотала уже не сдерживаясь Катерина.
— Ну хоть тебя смеющейся увидел… — хлопнул рукой по скамейке атаман — Уже достижение — улыбнулся он — Что решим-то Катерина? Попробуешь?
— Нет другого выхода… — резко успокоилась травница — Видишь что-то его живьём ест, ещё день-два и богам душу отдаст. Ты лишних всех со двора отправь. Увези куда на пару дней и остальным накажи, к хате не приближаться или в них злой дух вселиться,что я из Княжича выгонять буду.
— Это ты хорошо про духа придумала Катерина — обрадовался атаман.
— А я ничего не придумывала — строго взглянула она на расслабившегося атамана — Как оно есть, так и говорю.