Кто ты, Такидзиро Решетников? Том 9 (СИ)

Да, жёстко. Но правдиво, если смотреть в корень. Устраивать выволочки ему, когда виновата сама — не вариант.
— Что вы имеете в виду? — мужчина не первой свежести, находясь на короткой дистанции от привлекательной представительницы противоположного пола, против воли испытывал эмоции, которые мешали ему сосредоточиться. — Я не успеваю за вашей мыслью, прошу извинить. Пожалуйста, знайте: если гангстеры дадут записи допроса гулять по сети, цепочка любого расследования оборвется на мне. Я не дам никаких показаний ни против вас, ни против вашего предвыборного штаба.
  
Отчего-то захотелось неконструктивно повредничать, Рион не стала сдерживаться:
— Вы же только что сами продемонстрировали отличную иллюстрацию противного. Одного желания молчать даже у стальных подчинённых вашего направления категорически оказывается мало, — она «разочарованно» вздохнула ещё раз, краем глаза наблюдая, как переживает вместе с ней поздний гость. — Вон, простые гангстеры делают кадровому офицеру один укол — и мы все дружно не знаем, что делать дальше.
Приятно, демоны дери. Хотя и мелочь, всё равно приятно. Эта сладкая штука власть.
— Я не думаю, что в случае судебного разбирательства до моего наркодопроса может дойти даже в самом непредсказуемом сценарии, — изо всех сил фоня компетентностью, заявил чиновник. — Я, конечно, не из МВД или юстиции, но с азами знаком. Такой вид дознания у нас в Конституции…
— Бросьте, — она снова перебила его небрежным взмахом руки. — Если дойдёт до, как вы говорите, дознания, то оно будет максимально эффективным и минимально законопослушным.
— Как это возможно? — что у военных хорошо, так это полное отсутствие эмоций. Лишних тоже. — У нас пока ещё действуют одни правила для всех и в рамках законодательства такой опции у той стороны просто нет, — армейский добросовестно анализировал ситуацию с точки зрения логики и юстиции.
Всё в этом мире нужно растолковывать, поморщилась она мысленно. А вслух сказала:
— МИЦУБИСИ Ю ЭФ ДЖЕЙ, Курияма Масаши.
— Председатель правления банка? Знаю это имя, они буквально на той неделе всё финансирование нашему министерству перекрыли, — тут же отозвался собеседник.
— Ну, не прям линии вашего министерства, а частные кредитные линии сотрудников, — поправила Принцесса. — Они отказались финансировать армейцев как физических лиц, а не армию как государственный институт.
— Плюс сократили вливания в наши исследовательские программы, — возразил визитёр. — Радикально сократили. Да, формально они и не обязаны, но мы в Японии, а не в Штатах. Здесь наработанные тенденции могут весить больше законов.
— Супер. Вы сейчас идеально сформулировали за меня, даже я бы лучше не сказала.
— К чему вы?
— Mitsubishi Bank возник ещё в тысяча восемьсот восьмидесятом как обменный пункт Ятаро Ивасаки. Затем стал банком к тысяча девятьсот девятнадцатому. — Ишикава походя продемонстрировала отличную память. — Структуре около ста сорока лет, меняющиеся на фасаде вывески, вы правы, неважны. За без малого полтора столетия поддерживать вашу структуру они отказались впервые, ещё и гласно. Как думаете, это что-то значит?
— По моим данным, их решению предшествовал визит Миёси Моэко к Курияме лично. Адвокат Решетникова, видимо, напрягла семейные связи, когда облажались наши агентурщики, — чиновник не упустил возможности пнуть коллег. — Помните, на той или позапрошлой неделе?
Подполковник Томимацу из упомянутого подразделения того же министерства много лет назад затеял личную вражду с безвестным хафу, прикомандированным к ним в Гонконге от существовавшего тогда Особого Учебного Центра.
Этого Центра больше не существовало в природе, полукровка уже сто лет не имел отношения к армии, а давняя вендетта между бывшими сослуживцами проросла в нынешние времена и ухитрилась повредить, ни много ни мало, целой Принцессе.
— Что-то этого метиса стало слишком много, — пробормотала Акисино, прикидывая, каким это образом вояки ухитряются воевать между собой направлениями (внутри министерства) — и сливаться по полной с каким-то нечистокровным выскочкой.
— Вы о Решетникове? — уточнил вояка. — На момент последнего инцидента в Йокогаме он, по нашим данным, даже не находился в стране, — чиновник был озабочен исключительно наркодопросом подчинённого и других эпизодов в голове физически не считал нужным держать. — Доказать не сможем, увы. Чтоб инициировать проверку юстиции. Но его не было, когда укололи вы помните кого.
— Да, я о Решетникове. Благодарю за своевременную информацию. — Рион поднялась из кресла, намекая, что аудиенция окончена. — Не принимайте близко к сердцу, для меня тоже огромная неожиданность то, насколько гангстеры вышли из берегов.
— У моей структуры, да и у всего Главного Штаба в целом, нет физической возможности легально работать внутри страны! — посетитель тоже поднялся и набычился, воспринимая ремарку как камень в собственный огород. — Эти борёкудан полностью правы, к сожалению! Когда говорят, что у нас руки короткие! Каковы мои дальнейшие действия? Точнее, каковы будут ваши указания?
Рион отстранённо подумала, что после таких фраз «соратников» у неё потом по полдня зубы до самых корней волос ноют: вместо того, чтобы оградить и помочь, взрослые мужчины раз за разом лишь навешивают проблемы.
Или это в Министерстве Обороны профессиональная фишка⁈ Фирменное кредо⁈ Исполнять любую задачу на отвали, чтобы второй раз ничего не поручали⁈
— Ваши действия: забываете об инциденте, едете к себе и занимаетесь своей обычной работой. До моего особого распоряжения ничего не предпринимаете, ещё раз спасибо за своевременный доклад, — ответила она. — Пока Решетникова банально забудьте.
— Мне б не хотелось, чтобы вы думали, что нам ничего нельзя доверить, — поживший мужик под полтинник, похоже, что-то в жизни всё-таки понимал.
Ну либо так старательно внимал движениям её бровей, не отрываясь, что даже ухитрился синхронизироваться с кое-какими мыслями Ишикавы.
— Я сейчас пекусь не о своих позициях и будущих постах, — продолжил он с несгибаемым выражением лица, которое лучше было бы приберечь для других оказий.
— Вы однозначно правы в своём заявлении, что внутри страны ваши ресурсы ограничены, — безгранично великодушно бросила Ишикава, направляясь к дверям и выдавая последний на сегодня экскьюз. — Вы банально не заточены на работу в Японии. Как там у вас говорят, не ваш театр военных действий? Вам пора. Спокойной ночи. Отдыхайте, завтра много работы.
Проводив позднего гостя до выхода из резиденции, вернувшись к себе, Рион долгую четверть часа бесцельно болтала ногой в воздухе, подняв сиденье офисного кресла на максимальную высоту. А затем поддалась порыву и набрала гангстера Миёси.
* * *
— В тех иерархиях, которые имеют значение для меня, Ишикава-сан, вы не котируетесь по определению. — Оябун Эдогава-кай не дерзил, не ругался; он констатировал.
Строго говоря, поначалу вообще всерьёз была мысль не взять трубку.
— Миёси-сан, я извиняюсь за столь поздний звонок. Также, мне очень жаль, если подняла вас с постели, — девица возраста старшей дочери похлопала глазами с экрана. — Надолго не задержу. Пожалуйста, подскажите, вы в курсе того, что ваши деятели натворили в небоскрёбе Йокогамы?
— А вы являетесь собственником либо акционером? Всего здания либо Корпорации? — с нечитаемым лицом уточнил глава Эдогава-кай. — Молчу уже, вам не по чину меня задерживать, если я сам того не позволил.
Собеседница поиграла бровями, изображая снисходительность и не отвечая вслух: понимай как знаешь и помни, с кем говоришь.
  
Намёк на будущие политические цели.
— Моя позиция: то, что происходит на частной либо корпоративной территории, я обсуждаю лишь с владельцами этой территории, — Миёси-старший и не подумал впечатляться детским спектаклем. — Как вариант: в соответствии с законодательством, строго в процессуальных рамках.
— Вы же сейчас отдаете себе отчет, с кем беседуете? — от последней фразы повеяло холодом.