Кто ты, Такидзиро Решетников? Том 9 (СИ)

Возраста, с которого наступает уголовная ответственность.
— Бизнес нужно уметь быстро начинать — рынок ждать не будет, — задумчиво произнесла она вслух. — Но точно так же его нужно уметь быстро и заканчивать: срочно вытаскивать деньги, переносить в другую отрасль активы, стремительно начинать новый. Если старая идея себя исчерпала и лошадиные хлысты в двадцатом веке больше не актуальны — поскольку Генри Форд уже создал первый в мире автомобильный конвейер.
  
— Вы согласитесь возглавить Йокогаму? — Фукудомэ рванул напролом. — Хьюга-сан?
На него неодобрительно зашипели другие.
— Я подумаю до утра, — честно ответила она. — Пожалуйста, не считайте это моим вежливым отказом по японским обычаям, это не он.
— Правда? — вскинулся старший министерский. — Вы говорите правду? Не смягчаете пилюлю, чтобы нам легче было её проглотить?
— Если б я имела в виду вам отказать, уж поверьте, — Хину обозначила улыбку правой половиной лица. — Я б чётко сказала. Не верите — спросите тех, кто меня знает ближе. В догадках вы бы точно не терялись.
— Будем ждать вашего ответа, — тип затеял вставать. — Спасибо что уделили время.
Второй остался в кресле:
— Хьюга-сан, я могу задать откровенный вопрос?
— Задать вы можете какой угодно вопрос — ваше святое право. Другое дело, стану ли я на него отвечать, — она ухмыльнулась второй раз вслед за первым.
— Что именно вы будете рассматривать всю эту ночь? Какую именно информацию будете просеивать перед принятием решения — стать ли новым управляющим директором Йокогамы? — он чуть помялся. — Спрашиваю потому, что могу предоставить отраслевую информацию из министерства напрямую — сократить вам время анализа.
— Я не буду анализировать отрасль, — предельно откровенно прокомментировала Хину. — Я в ней и так ориентируюсь, а точные цифры мне не нужны — хватит уровня экспертной оценки.
— Тогда что? — искренне озадачился по третьему разу Фукудомэ.
— Во-первых, свяжусь с компаньонами по новому проекту: я обещала своё участие другим людям на ближайший год, цена вопроса — три миллиона долларов США лично моих.
— Мы можем предложить условия по зарплате не хуже! — первый министерский даже вперёд наклонился.
— Это не единственный момент… Второе: кое-какие детали личной жизни. У меня уйдёт время понять, насколько оставаться с вами совпадает с моими планами интимного либо матримониального характера.
Собеседники, не сговариваясь, мазнули взглядом по её силуэту от щиколоток до причёски.
— Третье и главное. Из мажоритарных акционеров меня сегодня утром вышибли родные родители, — продолжила пловчиха. — Работа наёмным менеджером мне не нужна — я отлично заработаю такие деньги и без корпорации. Если кто не в курсе, у меня есть другие прибыльные бизнесы, независимые от Йокогамы.
— Акции вашей семьи — никак не наша зона ответственности, — с сожалением вздохнул один из чиновников. — Передача акционерного пакета между родственниками явно за рамками наших компетенций.
— Именно. Поэтому пункт три: я должна получить прямой ответ у своих родителей, вернут ли они мне половину пакета. Без акций в корпоративные игры больше не играю — голый энтузиазм кончился, ценные бумаги надёжнее. Какое-то время с родителями на непростой разговор потрачу — нужно знать мою мать.
Министерские переглянулись со сдержанным оптимизмом, воспряв из депрессии. Такие семейные нюансы в Японии чужим людям никогда не раскрывают, чиновники оценили её откровенность.
— Но тогда, если вы консолидируетесь своей половиной с Хаяси, у вашей стороны снова получится блокирующий пакет! — среагировал Уэки, прикинув в голове кое-какую математику.
— Да, — она и не подумала отрицать. — Должна же я иметь гарантии на случай успеха. Если мы текущий кризис распинаем и дивиденды по итогам года снова можно будет делить — вы же не думаете, что я положусь на ваше честное слово? И сейчас без разбега наивно поверю, что ВЫ обязательно меня отблагодарите по-взрослому, потом, когда-нибудь?
— Что вы имеете в виду? — напряжённо уточнил Фукудомэ.
— Я не верю в порядочность вашей части акционеров по определению — среди вас нормально чувствует себя Уэки Юо. «Скажи мне, кто твой друг».
— Хьюга-сан, это всё же очень скользкая тема, — старик поморщился, отстранённо глядя в окно. — Где-то могу вас понять по-человечески, но…
— Не лезу в его семейную жизнь, однако не слушать слова его родной дочери — каким надо быть дураком? Чтобы подобному персонажу доверить управление своей будущей долей успеха? С таким-то количеством нолей? — она пару секунд помолчала, давая им проникнуться. — Работать, возможно, соглашусь, но инструментов моей мотивации лучше, чем собственный пакет, я не вижу.
— Хм.
— Зарплата не интересует — я вам её сама могу заплатить. Решать буду с родителями, уже сказала. Ждём утра.
— Досадно, но ладно. Выбора у нас, увы, нет. — Старому знакомому деда, разумеется, идея не понравилась.
До него с опозданием дошёл пассаж про блокирующую долю.
— Существует далеко не нулевая вероятность, что интересы моих новых компаньонов совпадут с вашими. Повторюсь, должна поговорить и с ними, пункт один. За стратегию того проекта сама решать некомпетентна. — Хину прозрачно дала понять, что на сегодня всё. — До связи завтра.
В этот момент зазвучал её телефон — тем тоном, который единственный сейчас мог дозвониться (прочие были на беззуке).
— Извините. — Хьюга стремительно поднялась и направилась к двери первой. — Окончательный ответ дам в девять ноль-ноль, благодарю за предложение.
* * *
¹
ПРИМЕЧАНИЕ: 
В серьёзных структурах с толстым штатом, в том числе государственных, где рабочее время профессионалов на вес даже не золота (а бриллиантов), такого уровня встречи, во-первых, планируются заранее — в едином электронном календаре, хоть и типа Oracle. 
Сотрудник, которого приглашают, может как принять, так и отклонить приглашение — в зависимости от текущих задач, отношений с руководством, отношений его руководства с руководством тех, кто зовёт (особенно для госструктур). 
Начал писать — и сообразил, что сейчас примечание окажется больше главы. 
Коротко. Коммуникация через программный продукт такого типа (управление коллективным рабочим временем) — это своя субкультура. Примерно как tiktok, youtube, кого ещё забыл. Особенно в государственных структурах, там это вообще. 
Одновременно культурное явление, цивилизационный этап, литературный жанр и многое другое в комплекте. Кто имел дело, поймёт. 
Хьюга откровенно показывает, что начинает думать — а не зря ли потратила время, придя сюда. Не в коня овёс. Бисер перед свиньями. Поскольку она не застенчивая и максимально рациональная. 
* * *
Звонил Такидзиро, причина могла быть лишь одной. Перед его отъездом в аэропорт они договорились, что она при необходимости сработает связующим звеном между ним и Миёси Мая: отец Моэко по факту обеспечивал миссию Решетникова в Китае, звонить напрямую в ряде моментов могло быть не лучшим вариантом.
Видимо, один из таких моментов в Пекине только что настал.
— Привет. — Хину вышла из зала для совещаний, закрыла дверь, оглянулась по сторонам, подошла к противоположной стенке и оперлась спиной. — У вас там всё в порядке?
К логисту старательно прижималась Уэки, вероятно, отрабатывая обе роли: соблазняя — по велению души, отыгрывая вторую половину — в рамках легенды.
— Ты не ревнуешь? — брови Уты взмыли вверх.
— А должна? — ухмыльнулась в ответ Хьюга. — Такидзиро-кун, если ты ей уже признался в любви — скажи. Приму к сведению. Обещаю, санкций не будет.
  
Айтишница стремительно озадачилась:
— Не мне тебя учить, Хину-тян, но часто девушки ревнуют не из-за любви парня к другой, — в качестве иллюстрации Уэки приложила правую ладонь к левой груди. — А по гораздо более прозаичным причинам! — дальше она стрельнула взглядом влево-вправо, соединила в кольцо указательный и большой палец одной руки и потыкала в это кольцо указательным другой. — Я б даже сказала, что эти прозаичные причины во многом физиологичны.