100 дней после развода (СИ)

Я услышала, как по коридору зазвучали шаги в туфлях, а потом, как дверь, со всей силы ударилась о косяк.
Медленно выйдя в зал, я осмотрела его и перевела взгляд на Аню, которая стояла на балконе и что-то рассматривала внизу.
— Что случилось? — Спросила я, облизывая губы, но Аня была так заинтересована происходящим внизу, что ей было абсолютно наплевать на моё присутствие.
  
Я сделала несколько неуверенных шагов к дочери и вышла на балкон.
В нос сразу ударил июньский запах цветущей липы.
Я постаралась выровнять дыхание, но когда приблизилась к стеклопакету, тут же снова забыла, как дышать.
Машина Руслана, его внедорожник, его красавица, его гордость, стояла вся обляпанная красками разноцветными…
— Аня… — только и смогла выдохнуть я понимаю, что произошло, что-то непоправимое.
— А что Аня? — Повернулась дочь, и я увидела на её лице выражение глаз Руслана — холодное, непримиримое, злое. — Что Аня, я уже сколько лет Аня, и ты что, считала, что я промолчу на все его обвинения? И то, что он не заступился за меня? Ты думала, я так, что ли, сделаю? Нет, и ничего с его машиной не случится, обычные акриловые художественные краски, доедет до мойки и все смоет, — произнесла дочь дрожащим голосом, а я только успела прижать её к себе и задышать в светлые мягкие волосы.
— Анют, Анют.
Но успокоить дочь я не нашла времени, потому что спустя несколько мгновений дверь с грохотом открылась, и на пороге из коридора прозвучал голос мужа:
— Да что ж вы творите-то?
Я резко я посмотрела дочери в глаза, поцеловала её в щеку и качнулась в сторону зала, пересекла его, быстро выскочила в прихожую.
Руслан стоял злой, как тысяча чертей, у него глаза горели огнём, и было в них столько злобы, сколько я не видела за все года брака.
— Какого черта, — рычал он, даже не разделяя слова, а в следующий момент я увидела, что у него в руке повис ремень. — Аня, — закричал Руслан на всю квартиру, не обращая внимания уже на то, что поднимет Матвея. — Сюда немедленно!
  
Глава 12
 
А меня словно бы ледяной водой окатило.
Я сделала шаг вперёд, закрывая проход в зал, и замотала головой.
— Только посмей, только посмей тронуть мою дочь и поднять на неё ремень. Клянусь… Рус, клянусь, я тебе горло перегрызу…
Руслан растерялся и выдохнул:
— Ты сейчас что это такое говоришь?
Я только сглотнула, не зная, как донести до мужа ту информацию, что к ребёнку моему он притронется только после того, как перешагнёт через меня, и не факт, что через…
— Папочкой задумал стать хорошим? — хрипло произнесла я, делая шаг на мужа, сдавливая ладошки в кулаки. — А что ж ты, когда твоего ребёнка гнобили в школе не пришёл и не потрясал ремнём перед директрисой, перед завучем, да даже перед своей этой шлюшкой…
Позади раздался голос…
— Мам, не надо…
Но я словно бы зверь скосила глаза в сторону и хрипло выдохнула:
— Иди к Матвею.
Аня проскочила мимо меня, и Руслан проводил её тяжёлым взглядом, таким, в котором говорилось, что уж он то обязательно научит её уму разуму, а я заставила перевести все внимание на себя.
— Если ты считаешь, что в моменте, когда ты не смог защитить своего родного ребёнка, ты имеешь право как-то её получать, то я тебя сейчас жестоко разочарую. Ты никаких прав больше не имеешь на своих детей. Ты выходной папа, и таким тебе оставаться до конца дней. Если с Тимуром у тебя ещё есть возможность как-то наладить отношения, с Матвеем возможно, то Аню ты потерял… Своего первенца, свою маленькую принцессу. Ты просрал её своим отношением.
— Я понять не могу. Вы сговорились?
— Нет, Руслан, мы не сговорились. Это очевидные вещи, так что зря бежал с ремнём сюда обратно. Либо выходи сам, либо вызову полицию. Я уже тебе об этом говорила…
— Аня! — хрипло в сторону спальни крикнул Руслан, но дочь не отозвалась. — Ты не должна так поступать…
А в этот момент я бросилась на Руслана и, выхватив у него из рук ремень, взмахнула им по воздуху. Так, что пряжка долбанулась со всей силы в кафель.
— Ещё хоть слово я тебя этим ремнём буду душить.
У Руслана дрогнули губы, верхняя приподнялась, словно в оскале. Он прошёлся по мне тяжёлым надменным взглядом, который был хуже, чем плеть, и покачал головой.
— Остывай, нам ещё много есть что обсудить…
Но когда за ним закрылась дверь, я обессиленно опустилась на пол, прижала к себе колени и тяжело задышала.
Аня на руках с Матвеем выглянула из спальни, и у неё из под локтя высунулся Тимур.
— Мам, ты чего? — Спросила Аня, переводя взгляд с меня на ремень.
— Ничего, — выдала я и поджала губы, — все в порядке, просто иногда, что мы запланировали, не всегда идёт по плану…
— А мы что-то планировали? — выдохнул Тимур, а я покачала головой.
— К сожалению, это была лютая импровизация…
Весь оставшийся день я ждала, что Руслан взбесится и отзовёт платёж. Но на полночь деньги по-прежнему были на моём счёту, и на следующее утро, когда я, сонная, постоянно спотыкающаяся по квартире, бегающая, собирала детей в школу, деньги все равно были на счёту, а к обеду следующего дня я настолько осмелела, что открыла сайт вакансий и нашла агентство по подбору персонала.
Мне нужна была няня, кровь из носа, нужна была няня, и не потому, что я не справлялась с Матвеем и со всеми делами, нет, мне просто периодически надо было, чтобы руки были развязаны.
На следующий день было назначено три собеседования, и первые две девушки, чуть старше меня, совсем не подходили на эту роль. Я видела только в их глазах какой-то финансовый интерес, а мне казалось, что няня это тот человек, который входит в семью и становится её частью, и моя прошлая няня была тоже не самым лучшим вариантом, и наняла я её только из-за постоянного бубнежа Руслана о том, что вот столько времени, при нашем достатке есть возможности.
Угу.
Только для чего мне была нужна эта возможность?
Это для него было, для того, чтобы не напрягать лишний раз, и у него было время гулять…
Я покачала головой и встретила третьего кандидата, им оказалась женщина чуть старше моей мамы, у неё были пушистые светлые волосы, сложенные в улитку на затылке.
—,Добрый день, — мягко растягивая слова, произнесла женщина и протянула мне руку.— Меня зовут Лариса Анатольевна.
— Очень приятно. Я Полина.
— И мне приятно.
Лариса Анатольевна была мягкой, немного медлительной женщиной, которая уже пятнадцать лет работала няней, она показывала фото своих воспитанников, и она очень сильно ими гордилась. Это слышалось в том, как она разговаривала, с какой теплотой она отзывалась, а когда я стала перечислять, какие от неё необходимы будут навыки, то Лариса Анатольевна только улыбалась и кивала головой.
— По поводу Ани ничего не могу сказать, ей, скорее всего, нужно будет на всякий случай там какая-то синхронизация, чтобы она не просыпала на учёбу. Тимур, да, у него летняя школа, сейчас лагерь, но самое важное, что все практически внимание нужно Матвею, а он у меня сложный ребёнок.
— А вам какое внимание нужно? — Мягко спросила Лариса Анатольевна и посмотрела на меня испытующим долгим взглядом, а я смутилась.
— Я…что, вы? — начала заикаться я, пряча глаза.
— Да, да, понимаю, Полина, — мягко отозвалась Лариса Анатольевна и покачала головой, — меня в основном всегда для детей нанимают, но никак не для родителей.
И мне казалось, что в этой фразе скрыто немножко больше, чем я услышала, но я покачала головой и все-таки заметила.
— Мне кажется, вы нам подходите.
— Конечно, иначе и быть не могло, потому что, наверное, я вам нужна.
  
Лариса Анатольевна вышла на работу через два дня и впервые в моём хаосе за последние три месяца появилась какая-то система.
Мне эту систему разрушили вечером, когда я, приходя в себя от того, сколько у меня было ресурсов на то, чтобы привести жизнь в порядок, офигевала сидела.
В дверь позвонили.