Пятикарточный стад (ЛП)

Он отстраняется, оставляя меня бездыханной, прежде чем Дейн возвращает меня к своим губам и снова целует. Я словно падаю, все мое тело покалывает от жара, когда он стонет в мои губы и притягивает меня к своему твердому телу. Я хнычу, когда чувствую, как пальцы Гейджа проникают под край джинсов и пробегают по кружеву моих трусиков. Он нежно оттягивает заднюю часть моих стрингов, прижимая трусики к моей скользкой, сочащейся влагой киске. Другой рукой он проводит по поясу джинсов — один палец погружается внутрь — к передней части. Там он расстегивает пуговицу и медленно опускает мою молнию.
— Черт, Тесс, — стонет Гейдж. — Я, блять, не могу остановиться.
— Я и не хочу, — шепчу я.
— Выбора здесь нет, — рычит Дейн, его глаза яростно впиваются в меня. — Я имею в виду, между нами двумя.
Прикусываю губу, пульс стучит в ушах, и я думаю, серьезно ли собираюсь это сделать.
Всегда найдется работа в других барах, говорю я себе. А я хочу этого. Я действительно хочу этого.
— Я никогда. Я имею в виду, понимаете, с двумя.
— Мы тебе покажем, — негромко рычит Гейдж. Он проникает пальцами под край моих трусиков, и я хнычу, когда он скользит ниже. Большим пальцем он проводит по моему клитору, и я вскрикиваю, когда он дразнит меня мучительно медленными круговыми движениями. Он опускает руку ниже, раздвигая пальцами мои лепестки и надавливая ладонью на клитор.
Дейн тянется к моей майке, поднимая ее над бюстгальтером, а я стону от потребности в этих двоих. Он тянет чашечки лифчика вниз, обнажая мою грудь перед его голодными глазами. И когда он наклоняется и жадно всасывает один мягкий розовый сосок своими губами, я вскрикиваю.
Гейдж находит губами мою шею, и я всхлипываю. Я тянусь назад, рукой запутываюсь в его волосах, пока он играет с моей киской и целует ключицы. Другой рукой нахожу волосы Дейна и притягиваю его к себе, а его порочный рот дразнит и посасывает мои соски.
Я кружусь, падаю и разбиваюсь на части, но мне нравится каждая секунда этого состояния.
В меня проникает палец Гейджа, и я стону, когда он проталкивает его глубоко и загибает к себе. Ладонью он нажимает на мой клитор, притягивая мою задницу к своему толстому члену. Дейн обхватывает мою грудь, дразня соски, целуя мои губы. Одной рукой он спускает мои джинсы ниже. Затем он сдвигает в сторону мои намокшие трусики, и его пальцы присоединяются к пальцам Гейджа, исследуя меня. Я чувствую, как толстый член Гейджа упирается в мою голую задницу, а когда я ощущаю член Дейна на своем бедре, мое тело содрогается в предвкушении того, что может произойти здесь сегодня ночью.
То, что я хочу, чтобы произошло.
Музыка все еще играет, но мы танцуем другой танец, когда мы втроем, спотыкаясь, идем к бару. Я хнычу, когда они прижимают меня к стойке, а когда оба срывают с себя футболки и прижимаются ко мне с двух сторон, я вскрикиваю. Два рта находят мою шею и мои губы. Четыре руки ласкают мою грудь и соски, скользят по бедрам и дразнят мой клитор. Джинсы стягивают мои бедра, майка задралась до ключиц, и я задыхаюсь, когда они вдвоем начинают захватывать мое тело.
Руками я блуждаю по широкой, мускулистой груди и рельефному прессу, все мое тело трепещет от потребности в них.
— Последний шанс сказать «нет», — простонал Дейн. — Последний шанс, прежде чем мы покажем тебе, как щедро мы можем делиться.
Но мне не нужно колебаться, раздумывать или взвешивать последствия, потому что я уже все решила.
И я хочу этого, как никогда сильно.
— Покажите мне, — задыхаясь, прошептала я, скользя взглядом по их глазам.
— С радостью, — мурлычет Гейдж.
  
Глава 3
 
Гейдж
Черт, я не могу остановиться. Я не хочу, но даже если бы и хотел, сейчас нас уже никто не удержит.
Я хотел ее с той самой секунды, как она пришла сюда в поисках работы. Эти рыжие волосы, эти изумрудно-зеленые глаза, этот легкий южный говор, который заставлял мой член дергаться в джинсах, а сердце сильнее биться в груди. Эта милая улыбка, очаровательная уверенность, с которой она вошла в самый эксклюзивный клуб Нью-Йорка и попросила работу — все это в одном маленьком сексуальном флаконе.
 
Я заставил Винса — это мой старший брат и главный управляющий партнер «Сияние» — провести с ней собеседование. Я знал, что если сам буду это делать, то либо попрошу ее выйти за меня замуж, либо отброшу стол в сторону, чтобы попробовать эти сладкие губы и погрузиться в нее каждым дюймом своего члена. А может, и то, и другое, в таком порядке. Он взял ее на работу — слава гребаному богу — и с тех пор я, в общем-то, постоянно тверд. Так что, когда другой новый работник не пришел в клуб сегодня вечером, поверьте, я с радостью протиснулся за барную стойку и проработал рядом с ее тугим маленьким телом всю ночь. Каждый поворот, каждое движение, каждый взмах мартини и каждая операция с кассой заставляли нас двоих скрежетать и прижиматься друг к другу. Потребовалась буквально каждая унция моей силы воли, чтобы не стянуть с нее джинсы, не нагнуть ее и не оттрахать прямо на стойке бара, пока она не закричит, что хочет еще, прямо у всех на глазах.
Каким-то образом мне удалось сдержать себя, но сейчас эта решимость явно пошатнулась. Или, учитывая, что мой язык у нее во рту, а пальцы гладят ее влажную, тугую киску, я бы сказал, что она уже сломлена.
Дейн отталкивает мою руку, и хотя вы могли бы подумать, что я буду в ярости от того, что кто-то забирает у меня мой приз, только усмехаюсь, зная, что сейчас его очередь почувствовать, насколько она совершенна. Понимаете, у нас с Дейном все иначе, да и вообще с каждым из нас. Между мной, Винсом, Дейном, Люком и Ноа. Между нами нет ревности или еще какой-нибудь ерунды. Именно благодаря этому мы смогли придать клубу тот статус, который он имеет сегодня, не поубивав друг друга. Может быть, это потому, что мы все росли в одном и том же дерьмовом многоквартирном доме в самом дерьмовом районе Квинса. Винс всегда был главным, так как он самый старший. Я и Дейн были задирами. Люк — тихий, спокойный гигант, а Ноа — холодный, расчетливый мозг.
Каким-то образом мы оставались ближе, чем друзья — ближе, чем братья — на протяжении многих лет, и что еще более удивительно, пятерым уличным детям из Квинса удалось открыть самый горячий ночной клуб в Нью-Йорке.
Тесс хнычет, когда Дейн загибает пальцы глубоко внутри нее, поглаживая то место, которое, я знаю, заставляет ее ноги слабеть. Я наклоняюсь, обхватываю губами один из ее сладких, соблазнительных сосков и сильно его посасываю. Она задыхается, зарывается руками в мои волосы и притягивает меня к себе, что только подстегивает меня продолжать. Я провожу языком по ее соску и покусываю его так, что она резко вскрикивает.
Я стону, когда чувствую, как ее рука перемещается к передней части моих джинсов. Она проводит пальцами по моему напрягшемуся члену через джинсы, заставляя меня зарычать. И когда я слышу такой же звук от Дейна, понимаю, что она не забыла и о нем.
Черт, это действительно происходит.
На одну короткую секунду я рассматриваю сценарий, по которому она нас подставляет. В смысле, когда такая шикарная молодая девушка делает это с двумя своими боссами, все кричит о «будущем судебном процессе». Но когда она так сладко стонет, а сама гладит меня быстрее, жадно ища мои губы, я отбрасываю эти мысли.
Это точно происходит.
Я прижимаю ее руку к своим джинсам и перемещаю ее пальцы к молнии. Она стонет мне в губы, стягивает ее и просовывает руку внутрь. Я охаю, когда эти мягкие маленькие ладони обхватывают мой член, и когда она начинает гладить меня, я целую Тесс сильнее.
Тут Дейн отстраняет ее, требуя этот рот для себя. Я смотрю вниз и ухмыляюсь, когда вижу, что она запустила руку и в его брюки, обе ее руки двигаются, когда она хнычет от его поцелуя. Она освобождает нас обоих, поглаживая наши толстые стволы в своих маленьких руках. Ее пальцы даже не обхватывают полностью наши члены, когда мы качаемся туда-сюда, поочередно жадно ее целуя.