Фармацевт. На задворках Империи

– Вот ваша микстура от мигрени, – мой наставник протянул посетителю подписанный пузырёк с фирменной наклейкой. – У нас только натуральные ингредиенты.
– Благодарю, – отозвался незнакомец, ещё раз оглядев лавку. – У меня ещё голова кружится изредка. Может, что посоветуете?
– И когда это у вас началось? – участливо спросил Митрофан Игнатьевич.
– Да сравнительно недавно, – продолжил незнакомец. – И постоянная сухость во рту… Да к тому же знобит немного.
  
– Ярослав! Подойди сюда! – позвал меня наставник, чтобы я ему помог подобрать лекарство.
М-да, подозрительный тип. Как только он услышал моё имя, тут же посмотрел в сторону каморки. Не исключаю вероятности, что он пришёл по мою душу.
Я выдохнул, собрал мысли в кучу и вышел из лаборатории, встречаясь взглядом с незнакомцем. Смотрит на меня, как удав на кролика. Надо быть осторожней и понять – он всё это придумал, чтобы меня выманить, или действительно нуждается в помощи?
Если ошибусь – рискну снова оказаться в заключении. И о фармакологии придётся забыть.
Но у меня уже есть мысль, как можно его перехитрить!
 
Глава 3
 
– Ярослав, нужна твоя помощь, – обратился ко мне Митрофан Игнатьевич, когда я вышел в фойе аптеки. Затем наставник взглянул на гостя: – Ещё раз скажите, что вас беспокоит. Только подробней, пожалуйста. Мы с моим помощником подберём вам лекарство.
– О, это очень будет любезно с вашей стороны, – скривился в улыбке незнакомец, затем пристально посмотрел на меня. – Голова кружится и в жар бросает… и желудок… он будто покалывает немного.
– Так, давайте я вас осмотрю, – произнёс я и указал в сторону небольшой скамьи.
Как мне объяснил Митрофан Игнатьевич, он специально поставил её, чтобы посетители могли спокойно посидеть, дожидаясь своей очереди. Но за несколько дней работы в этой лавке я не видел более двух посетителей одновременно. Фармацевтическая лавка не особо пользовалась успехом. Хотя с учётом того, какой я собирался навести ажиотаж в этом городке, придётся ещё несколько таких отдыхательных зон делать.
Поначалу, судя по симптомам, которые мужчина перечислил, я подумал, что у него тепловой удар. Пониженное давление сопровождается слабостью, о чём он также упомянул. Сейчас выясним, так ли это.
Мы с посетителем отошли к скамье. Незнакомец сел, а я приступил к визуальному осмотру. Что ж, цвет кожи нормальный, дыхание ровное и одышки не наблюдается.
Лекарских инструментов у фармацевтов, как правило, нет. Может быть, приобрету позже. Но я и без них могу провести осмотр.
Далеко не каждый лекарь может определить давление больного по пульсу. Но для меня это плёвое дело. Я прижал указательный палец к его запястью. Никаких отклонений от нормы. Пульс регулярный, частота сердечных сокращений не больше восьмидесяти ударов в минуту. Сама артерия не напряжена, но при этом и прощупывается она хорошо. Тонус отличный. Значит, вероятнее всего давление не низкое и не высокое – оно в нормальном диапазоне.
Странно. Непохоже на тепловой удар. При нём давление было бы низким, а частота пульса повышенной. Такое впечатление, что все симптомы он выдумал.
– Голова до сих пор кружится? – внимательно посмотрел на него я.
– Ох, я даже не знаю, – вздохнул посетитель, и я заметил, как слегка дрогнул его шрам на щеке. Нервничает он прилично. – Сегодня очень жаркий день. Возможно, голову напекло.
– Долго вы были под солнцем? – я продолжил опрос.
– Недолго, в основном в автомобиле, – вздохнул незнакомец. – Вот, опять голова закружилась.
– Вы ещё говорили про сухость во рту, – продолжил я. – И о том, что чувствуете слабость.
– Да, но периодами, – тихо ответил он, продолжая всматриваться в моё лицо. – Сейчас вроде ничего такого нет.
– Откройте рот, пожалуйста, покажите язык, – попросил я, и мужчина так и сделал.
Чтоб его росянки сожрали! Нет у него ни теплового удара, ни солнечного. Давление в норме, да и сухости я не обнаружил. Ни одного признака нет. Хоть бы слюну сглотнуть додумался, чтобы показать сухость!
А это означало, что неизвестный передо мной просто ломает комедию, изображая из себя больного. За окном мелькнул силуэт, но я не подал вида, что заметил его. Хотя мысли словно рой встревоженных пчёл залетали в голове. Значит, всё-таки нашли меня? Но кто? Багрянцев? Или служба имперской безопасности? Надо всё-таки понять, откуда эти типы взялись.
– Вам следует беречь своё здоровье, – слегка улыбнулся я. – Солнце нынче очень активное. Сейчас я сделаю лекарство, пока подождите здесь.
Я подошёл к прилавку, за который зашёл мой наставник. Он выжидающе посмотрел на меня.
– Ты хоть что-то понял, Ярослав? – тихо спросил он. – Я, если честно, поэтому и позвал тебя. Может, какой-нибудь случай серьёзный.
– Обычный случай, Митрофан Игнатьич, – произнёс я, тщательно скрывая улыбку. – Человека нужно просто взбодрить. Перегрелся он, утомился.
– А как не перегреться? – вздохнул наставник. – Эти дни и правда странные. Ещё только утро, а духота стоит несусветная.
– Ох, не говорите, Митрофан Игнатьевич, – серьёзно ответил я, сдерживая ухмылку. – Погода нынче изменилась, и не в лучшую сторону.
Слушая причитания наставника, я достал из шкафа несколько экстрактов уже настоявшихся трав. Кажется, я придумал, что нужно сделать. Это самый идеальный вариант в такой ситуации.
– Травы, в которых содержится кофеин, – прокомментировал я свои действия, и Митрофан Игнатьевич одобрительно кивнул. Даже улыбнулся. Кажется, что он сейчас думает, насколько ему повезло с помощником.
Хотя помощник не собирается лечить этого посетителя. Да, я выбрал чайный лист, лапчатку и пятнистый зверобой. При правильном сочетании получается зелье, которое действительно улучшает самочувствие, повышает давление и бодрит. Но если переборщить с пятнистым зверобоем – эдак раза в два – получится мощное успокоительное. Что я и сделал. Переборщил.
Смешав экстракты в нужных мне пропорциях, я взглянул на тот самый эффект, по которому понял, что работа выполнена качественно. Из колбы вылетела тонкая струйка синего пара.
Я перелил получившееся зелье в глиняную кружку, затем передал её наставнику и вместе с ним проследовал до клиента. Тот дожидался нас на скамье, изображая из себя жертву солнечной атаки. Когда мы подошли, он хотел встать.
– Сидите, вам нельзя делать резких движений, – сделал я жест рукой, показывая на скамью. – С вашим давлением не шутят.
– Настолько всё серьёзно? – удивился посетитель.
– Ну а зачем бы мы тогда так спешили? – приправил я свой тон изрядной порцией тревоги.
– Выпейте, это вам поможет, – протянул ему глиняную кружку Митрофан Игнатьевич.
– Что со мной произойдёт? – напрягся посетитель. Кажется, он был весьма озадаченным.
– Вы почувствуете бодрость, и вам станет значительно легче, – сообщил я.
– О, большое вам человеческое спасибо, – просиял незнакомец, протянув денежную купюру, которая исчезла в кармане наставника. Затем осушил кружку в два глотка и сморщился. – Горечь какая-то.
– Полезные лекарства не всегда приятные на вкус, – заметил мой наставник. – Ну как, вам уже легче?
– Да, – вяло ответил незнакомец. – Стало даже как-то спокойней, что ли.
Я внутренне расхохотался. Ещё бы ты беспокоился. Там была лошадиная доза успокоительного. Его здоровью это никак не навредит. Зато он не сможет предпринять никаких действий против меня или моего наставника.
– Так и должно быть, – утвердительно кивнул я, решив перейти к вопросам. – А вы проездом в нашем городе?
– Приехал навестить своего старого знакомого, – пролепетал человек со шрамом, затем прищурился: – А вот вас я где-то видел. Вы, случаем, не жили в Москве?
  
– Ни разу, – улыбнулся я. – Может быть, вам показалось?
– Стран… – тихо промямлил незнакомец, затем прикрыл глаза. – Ярослав… я знаю одного Яросл… Он очень похож на вас.
О да, его конкретно нахлобучило. Скоро он станет податливым как пластилин и всё мне расскажет, в полудрёме, разумеется.