Ненужная жена (СИ)

Его вторая рука отпускает мое запястье, и он обнимает мое лицо ладонями, не давая мне отвернуться. Глубокий взгляд Армена проходится по моему лицу, скользит по губам и останавливается на глазах. Его большой палец проводит по моему виску, щеке, носу и касается моего рта. Я прерывисто вздыхаю, он ловит мой взгляд. На мгновение мир исчезает, сужается до нас двоих, стоящих в объятьях друг друга посреди погруженной в полумрак комнаты.
Я смотрю в его глаза, вижу, как постепенно они темнеют, но не хочу его отталкивать. Надо, но я не хочу. Я готова податься ему навстречу, но Армен вдруг резко отстраняется и отступает на пару шагов.
Я наполняю свою грудь воздухом, потому что кажется, не могла нормально дышать все это время. Армен отходит к кровати, и я вижу его напряженную спину. Он раздражен.
— Ты… Ты одариваешь вниманием каждого. Всем раздаешь эти свои чертовы улыбки, будто у тебя их целый запас - Джанетт, Эстесу, фрейлинам, Алоиру или Эдгару, черт бы его побрал.
Он обхватывает столбик кровати с такой силой, что костяшки его пальцев начинают белеть, и дерево трещит и ломается. Я сглатываю.
— Но когда ты со мной… — он дергает подбородком. — Действительно, настолько меня ненавидишь? Это сводит меня с ума. Раздражает до безумия.
Армен разжимает кулак и столбик от кровати с грохотом падает на мраморный пол, а мужчина разворачивается ко мне. Его взгляд буквально пожирает меня.
— Мне хочется то ли придушить тебя, то ли… — начинает он и в мгновение ока оказывается рядом со мной. Его руки обхватывают мою талию и прижимают к себе, впечатывая в свое тело. Он склоняется ко мне, и я чувствую его горячее дыхание с привкусом алкоголя на своей коже. Его взгляд ловит в ловушку, но я качаю головой.
— Нет, Армен…
— Ты снова отталкиваешь меня… — бормочет он. — Но я не хочу. Я устал уходить. Я устал сдерживаться.
Задавливая на корню рождающуюся надежду в сердце, смешанную со страхом, я твердо встречаю его помутившийся взгляд и произношу:
— Ты пьян. Мы не будем ничего решать, пока ты пьян. Поговорим завтра, когда протрезвеешь.
Я пытаюсь оттолкнуть его, но он шумно выдыхает и вместо того, чтобы отпустить внезапно обхватывает меня руками и вжимается носом в мои волосы.
— Останься сегодня здесь.
— Армен…
— Обложись подушками, если хочешь, — говорит он, и, клянусь, из его груди вырывается сдавленный смешок.
И этот звук простреливает меня насквозь, проникает на запретную территорию и уютно сворачивается где-то под грудью.
Страх разрастается. Это плохая идея. Оставаться здесь - это очень плохая, дурная идея. Но вместо того, чтобы вырваться и помчаться в свою комнату, что есть мочи, я протяжно выдыхаю и произношу:
— Хорошо.
— Хорошо, — тихо повторяет он.
 ГЛАВА 13. 
— Доброе утро, ваше императорское высочество! — слышу я лучащийся счастьем голос Альи, который вырывает меня из сна.
Дневной свет льет сквозь раздвинутые шторы и режет глаза. Я закрываю лицо руками и переворачиваюсь на живот, прячась где-то в подушках. Иногда у меня бывает такое настроение, когда ты просыпаешься и чувствуешь, что сегодня нужно пролежать в постели весь день, никуда не вставая.
В такие дни я обычно звонила начальству и, натужно кашляя, говорила, что заболела, но приложу все усилии, чтобы прийти на работу на следующий день. Вот и сегодня я бы с удовольствием никуда не выбиралась, но свежий аромат с нотками горечи подсказал мне, что я нахожусь не в своей постели. А значит мне, как минимум, нужно вернуться в свою комнату.
Тут уже я стала вспоминать события прошедшего дня, и сонливость окончательно меня покинула. Я подняла голову с подушки и наткнулась на сияющую горничной, но к своему большому удивлению обнаружила за ее спиной всех четырех своих фрейлин.
— Что происходит? — спросила я.
Никогда такого не было. Даже Илона со Стефанией, которые после чаепития крутились вокруг меня, обычно приходили в мои покои уже после того, как мы с Альей закончим с моим платьем.
 
Илона помогала с прической, Стефания чаще всего с украшениями. Две остальных фрейлины вообще в последние дни не приходили. И меня это вполне устраивало, учитывая, что всю свою жизнь я вообще одевалась и умывалась самостоятельно без чьей либо помощи. Но сегодня у нас был аншлаг.
Мягко говоря, не ожидая такой картины с утра пораньше, я села на постели и внимательно оглядела фрейлин. На их лицах были натянутые улыбки, а во взгляде читался страх.
Так вот в чем дело. Узнали, какая участь постигла Аристию, и побоялись оказаться на ее месте? Что ж… Запугивать я никого не хотела, но получилось то, что получилось.
— Я подготовила ваше платье на сегодня, миледи, — произнесла леди Изабель.
— Я принесла украшения, ваше императорское высочество, — тут же подхватила Глена.
— Я уже распорядилась о ванне, — вставила Илона.
Страх. Я знала, что они меня боятся. Теперь я превратилась для них в эдакую кровавую барыню, которая режет и убивает ни в чем не повинных людей. Страх был одним из средств власти.
Но был ли он достаточной причиной, чтобы оставлять фрейлин рядом со мной? Я хотела задействовать более тонкие методы. Я хотела, чтобы они верили, что со мной быть выгоднее. Люди ведь в любом случае ищут во всем выгоду для себя. Искренне полагая, что они сами выбрали мою сторону, они были бы верны мне.
А страх… Страх - это хрупкая конструкция. Страх рождает недоверие и желание вернуться в то состояние, где тебе было комфортно. Иными словами, если у фрейлин появится возможность избавиться от меня - избавиться от своего страха - они тут же ей воспользуются. Мне не хотелось оставлять этот кинжал висеть над моей головой. Поэтому вместо того, чтобы мило улыбнуться и закрыть глаза на произошедшее и их испуганные мордашки, я проговорила:
— Сядьте, леди. Алья, подожди нас в коридоре, хорошо?
Горничная тут же направилась к двери. Фрейлины же замялись и переглянулись меж собой, словно не были уверены, что я от них хочу и как им себя вести.
— Итак, — произнесла я, вглядываясь в лицо каждой. — Скажите, почему вы здесь?
— Что вы имеете в виду, миледи? Я здесь, потому что таков мой долг как вашей фрейлины и спутницы, — тут же воскликнула Изабель.
Моя бровь дрогнула. Вот уж не ожидала от нее такого участия. Ведь это она постоянно крутилась рядом с Аристией и истекала ядом, а теперь подлизывается ко мне?
Я участливо кивнула головой и нахмурила брови, изображая недоумение.
— Но, Изабель, что же раньше мешало тебе быть рядом со мной и исполнять свой долг как фрейлины? Я ведь здесь уже около трех недель, и что-то не могу припомнить ни единого раза, когда ты помогала мне.
Девушка сглотнула и отвела взгляд.
— Это все из-за леди Аристии, ваше императорское высочество. Она настраивала меня против вас, а я была настолько глупой, что поверила ей. Простите меня, ваше императорское высочество! — скороговоркой проговорила она, словно долго репетировала эти слова перед зеркалом.
Другие фрейлины переглянулись между собой, выглядя еще более испуганными и неуверенными, чем несколько мгновений назад.
— Вы знаете, почему леди Аристия была наказана? Кто-нибудь? — спросила я.
Илона подняла на меня взгляд и, сглотнув, осторожно высказалась:
— Она пробралась в спальню к его высочеству кронпринцу и пыталась его соблазнить.
Я улыбнулась и кивнула.
— Верно. Но только ли поэтому? Может быть ты, Изабель, знаешь чуть больше?
Разумеется, Аристия не могла в одиночку распускать все эти слухи. У нее должна была быть помощница.
Неожиданно для меня девушка упала на колени и склонила голову.
— Миледи, прошу! Я все расскажу! В первую ночь во дворце леди Аристия нарушила приказ и покинула выделенные нам покои, она подговорила служанок следить за вами и докладывать о каждом ее шаге. А потом, когда леди Аристия узнала, что вы провели ночь в комнате принца Эдгара, она будто обезумела… Она стала распускать все эти порочащие вашу честь слухи, но с каждым днем становилась все более и более странной! А вчера вечером заявила, что отомстит вам, и сказала, что нашла девушку-слугу, которая проведет ее в покои его высочества кронпринца!