Эффект бывшего парня (ЛП)

— Да?
Эва что-то промурлыкала.
— Помнишь, ты говорил, что половина парней меня боится?
Я кивнул.
— Он не один из них.
Ее лицо было спокойным, когда она говорила это, без намека на гнев или досаду, но напряженности в ее глазах было достаточно, чтобы я потянулся за цветами, которые держал под мышкой, и протянул их ей.
— Вот, — сказал ей.
Теперь, когда она брала их у меня, ее лицо стало непроницаемым, рот открылся и снова закрылся.
  
— Но ты купил их не для меня, — сказала она, но ее губы все равно растянулись в улыбке.
Разве не так?
Я пожал плечами.
— Тебе они понравятся больше, чем мне. Кроме того, я знаю, что ты придешь домой и съешь немного шоколада. Ты вполне можешь побаловать себя еще чем-нибудь в конце дня.
Щеки Авы слегка порозовели, но она старалась не смотреть на меня.
Возможно, это был странный порыв — подарить ей цветы, но я не чувствовал ничего плохого. И твердо верил в то, что нужно следовать своим инстинктам.
Это заставило ее улыбнуться, и мне стало хорошо. Этого было достаточно.
Такси остановилось перед нами у обочины, и глаза водителя полезли на лоб, когда он увидел, как я открываю дверь для Авы. Я вежливо улыбнулся, подождал, пока ее длинные загорелые ноги скроются из виду, и только потом попытался забраться вслед за ней, не ударившись головой о край дверцы. Мой ремень безопасности защелкнулся, но мы все еще не трогались с места. Когда я поднял глаза, водитель беззастенчиво пялился в зеркало заднего вида.
Ава вздохнула.
— Вы можете сделать с ним селфи и взять автограф, если доставите нас меньше чем за десять минут.
— Договорились, — ответил он, и шины взвизгнули, когда мы тронулись с места.
* * *
— Ненавижу галстуки.
Это прозвучало от Логана Уорда, через час и пятьдесят минут после того, как Аве позвонили.
Мы сидели в большой комнате, окруженные светом и людьми в наушниках, с планшетами и кисточками для макияжа в руках, две массивные камеры были направлены в нашу сторону. Он неловко заерзал на стуле, галстука не было видно. Я убрал руку и взглянул на него.
Прежде чем я успел заговорить, из темноты, созданной направленными на нас яркими огнями, появилась Ава.
— Я знаю, что ты ненавидишь галстуки, Логан. Все в команде знают, что ты ненавидишь галстуки.
— Не все, — проворчал он, прищурившись, глядя на меня.
Большинство игроков были приветливы. Большинство парней искали меня в здании, чтобы поздороваться, или присылали сообщения с приветствием в команде, но только не Логан. Я был капитаном в своей старой команде все время, кроме первого года, когда был новичком. Поверхностное рукопожатие и короткое «Добро пожаловать в Вашингтон», которыми он одарил меня в мой первый день, не произвели на меня должного впечатления. И вот мы здесь, на интервью, которое Ава вежливо потребовала от нас, хотя эти три слова были всем, что он мне сказал.
Может, он и не боялся Авы, но все равно появился.
Ее телефонный разговор с ним был быстрым, а голос — яростным.
«Уорд, мне плевать, что ты сейчас истекаешь кровью в отделении неотложной помощи. Скажи, чтобы тебе зашили задницу, потому что через два часа ты будешь в приличной одежде в студии. Ты меня понимаешь?»
Что бы он ни сказал, это заставило ее закрыть глаза и медленно дышать на десять счетов, затем она сказала «хорошо» и повесила трубку. Когда я перестану замечать, насколько она изменилась?
Ава, стоявшая передо мной и оттягивавшая мою руку от узла галстука, была единственной ярким предметом во всей комнате. И Логан, и я были одеты в темные цвета. Комната была окрашена в различные оттенки черного, белого и серебристого, пока мы ждали появления интервьюера.
На ней было какое-то яркое красновато-розовое платье, у которого, вероятно, было необычное название, а каблуки были высоченные и ярко-желтые. Наверное, это не должно было выглядеть хорошо, но выглядело. Когда она протянула руку, чтобы поправить узел моего галстука, и откинулась назад, чтобы критически его рассмотреть, я все еще пытался сопоставить эту Аву с той, которую знал так давно. Та Ава носила футболки и джинсовые шорты. Эта «Ава» была изящной и отполированной, с яркими красками и едва уловимой сексуальностью, из-за которой моя кожа казалась на два размера меньше, чем нужно.
Особенно, когда она подняла ко мне лицо и в свете лампы ее зеленые глаза приобрели оттенок свежескошенной травы. Они были того же цвета, что и футбольное поле, одно из немногих мест, где я по-настоящему чувствовал себя как дома.
Мои брови поползли вверх, как будто сам факт, который я заметил, был странным. Она еще раз потянула за край моего галстука и кивнула.
— Спасибо, — сказал я ей хриплым голосом, когда она отступила на шаг.
— Нельзя, чтобы перед камерой галстук был завязан криво. — Ее взгляд, брошенный на Логана, был полон раздражения, и я подавил улыбку.
— Это ужасно, — пробормотал он. — Почему я снова здесь?
Мой взгляд метался между ними, и я боролся с инстинктивным желанием врезать ему по затылку, как сделал бы со своими бывшими товарищами по команде. Но глаза Авы сузились, и я откинулся на спинку стула.
Ава медленно, сдержанно выдохнула.
— Помнишь, когда парень из радиостанции KIRO спросил тебя, планируешь ли ты уйти на пенсию в этом году, а ты вместо ответа смотрел на него целых тридцать секунд, а потом просто ушел?
— Да, — осторожно ответил Логан.
— И мне пришлось потратить тридцать минут, чтобы надрать тебе задницу пока ты был в Токио, потому что в Твиттере началась кампания о том, что главный офис должен заставить тебя уйти в отставку, потому что ты вел себя как настоящий засранец по отношению к самому любимому спортивному репортеру Сиэтла?
Логан прочистил горло.
— Если оставить в стороне этот «приятный» инцидент, — продолжила она, — это потому, что ты один из капитанов, и если ты откажешься от следующего интервью, я придумаю сорок семь новых способов избавиться от твоего тела, Уорд.
Я расхохотался, особенно когда Логан просто медленно, сдержанно вздохнул. Очевидно, между ними не было ничего нового. Мне пришлось напомнить себе, что Ава уже много лет имела дело с Логаном и такими же мужчинами, как он. Невозможно было так долго находиться среди игроков и их самолюбия, чтобы не стать толстокожим. Она поймала мой взгляд и подмигнула. Очевидно, кожа у Авы была как тефлон.
Еще одна вещь, которая была для меня новой.
За те годы, что я провел с Эшли, каждый раз, когда видел, как она или ее родители отпускают в адрес Авы какой-нибудь необдуманный комментарий о том, что она не вписывается в общество или чем она отличается от своей сестры, в ее глазах появлялась обида, а уголки рта опускались.
Эта Ава казалась непроницаемой, и я добавил это к списку вещей, которые меня в ней удивляли. Когда этот щит рухнул? Должно быть, это было после того, как мы с Эшли расстались.
К нам подошла ассистентка и начала задавать Логану вопросы, поэтому Ава полностью переключила свое внимание на меня.
Эти глаза. Это заняло бы у меня весь день, но я все время хотела придумать названия для их зеленого оттенка.
— Что-нибудь нужно? Не думаю, что это займет много времени. Им нужно уделить этому всего около пяти минут, так что, скорее всего, они просто зададут вам обоим пару вопросов. Ничего особенного. Ничего такого, о чем вы уже не говорили.
Я покачал головой.
— Все будет хорошо.
Ава улыбнулась мне и медленно покачала головой.
— Если бы только все в команде так же легко выполняли мою работу, Мэтью Хокинс. Ты собираешься сделать так, чтобы все выглядело таким образом, будто я действительно знаю, что делаю.
  
— Напрашиваешься на комплименты, Худышка? — поддразнил я.
Она не ответила, только приподняла темную бровь.
— Должен тебе сказать, мне трудно привыкнуть к такой версии тебя. — Слова сорвались с моих губ прежде, чем я успел их остановить.