Призраки дома Эшберн

Эдриенн заколебалась, затем посмотрела на свою сумку с ноутбуком.
– Вообще-то да. Ты знаешь кого-нибудь, кто может починить ноутбук? Мой сломался сегодня утром.
Пегги выглядела так, словно это был лучший день в ее жизни. Она протянула руки к сумке.
– Да, на этой неделе приезжает мой брат. Он – техник, я попрошу его взглянуть на ноутбук.
Сумка исчезла из рук Эдриенн прежде, чем она поняла, что происходит. Первым порывом было попросить вещь обратно – страшно оставлять компьютер в руках незнакомцев – но она остановила себя. Ипсон был маленьким городком, и Пегги уже продемонстрировала ей, что здесь все друг другу доверяли. Эдриенн отпустила сумку.
  
– Отлично, было бы здорово, – она наклонилась чуть ближе и понизила голос, чтобы хозяйка мопса их не услышала. – Я, э-э, сейчас не в лучшем финансовом положении. Твой брат не будет против, если я расплачусь с ним в течение следующего месяца?
– Не будет, если я попрошу его об этом, – Пегги сунула сумку под стол. – Я узнаю, сможет ли он взглянуть на ноутбук сегодня вечером. Забегай завтра, если захочешь.
– Отлично. Спасибо. – Эдриенн взяла корзинку с пирогом и повернулась к двери. – Э-э, меня зовут Эдриенн…
– Ты из дома старушки мисс Эшберн, – улыбка Пегги была настолько беззаботной и искренней, что Эдриенн не могла не ответить ей тем же. – Приятно наконец познакомиться, Эдриенн.
– Ха, и мне, Пегги.
Эдриенн вышла из клиники, прошла двадцать шагов и остановилась, чтобы сориентироваться. Разговор прошел так быстро, что у нее закружилась голова. Но – и она надеялась, что это было ощущение было взаимным – она чувствовала себя так, словно только что встретила нового друга.
  
Глава 22
 
Коробки и грязь
 
Дом Мэрион оказалось легко найти. Это был аккуратный двухэтажный домик в пригороде, всего в одном квартале от главной улицы, с буйной растительностью, так и норовящей перелезть через забор.
Крупная женщина атлетического телосложения открыла перед Эдриенн дверь. Казалось, она обрадовалась ее визиту.
– Может быть, тебе удастся ее разговорить, – женщина, представившаяся матерью Мэрион, Крис, повела Эдриенн вверх по лестнице на второй этаж. Немного похожий на сад, дом казался захламленным и заваленным вещами, но в нем было очень уютно.
– Она все утро хандрит. Ведет себя так, словно авария это самое ужасное, что могло произойти с ней в жизни. Я даже сказала ей, что она может взять мою машину, пока ее авто не починят, но… – Она подчеркнула последнее слово выразительным взглядом и постучала в первую дверь вверху лестницы. – Ну, может быть, в твоей компании она повеселеет. Эй, Мэр, тут девушка из дома Эдит приехала тебя навестить, – затем Крис развернулась и пошла вниз по лестнице, не дожидаясь ответа ни от Эдриенн, ни от дочери. Дверь оставалась закрытой. Эдриенн помедлила в коридоре, чувствуя себя неуютно, однако спустя минуту, в течение которой дверь так и не открылась, повернула ручку и толкнула дверь.
– Мэрион?
В комнате царил полумрак. Рядом с кроватью горела розовая лампа, но занавески были задернуты, не впуская естественный свет. Комната была аккуратнее, чем остальная часть дома, но все же заставлена до потолка множеством явно любимых вещей. К одной из стен прижались два не сочетающихся между собой комода с соломенными крышками, над которыми висела куча плакатов и медицинских карт животных. На платяной шкаф были наброшены разноцветные платки, а одеяло и наволочка на кровати были разных цветов.
Перед окном, отвернувшись от двери, сидела девушка и смотрела на задернутые шторы. Эдриенн откашлялась, осторожно закрыла дверь и шагнула к ней.
– Эй, Мэрион? Это Эдди. Я пришла тебя проведать.
Ответа не последовало. По спине Эдриенн пробежал холодок, но она старалась не показывать своего дискомфорта. Мэрион совсем недавно вернулась из больницы, и врачи сказали, что у нее шок. Она, наверное, плохо себя чувствует.
– Я хотела поблагодарить тебя за корзинку с едой, которую ты привезла для меня. Это было невероятно мило с твоей стороны, – Эдриенн подошла ближе. Мэрион выглядела не очень хорошо. Восковая бледность, которую Эдриенн видела в ту ночь на могиле, не исчезла, а темные круги под глазами красноречиво говорили о том, что девушка не спала. Она не смотрела на Эдриенн, но ее внимание было сосредоточено где-то перед ней – казалось, что она внимательно за чем-то наблюдает сквозь занавески.
Эдриен не знала, что делать. Инстинкты подсказывали ей, что тут явно что-то не так, но она не хотела оставлять Мэрион, если та нуждалась в помощи. Она осторожно поставила корзину на пол рядом со стулом и попыталась улыбнуться.
– И… и еще зеркала. Джейн сказала, что это была твоя идея. Спасибо.
Мэрион повернулась к Эдриенн, и отсутствующее выражение лица сменилось гневным. Казалось, она была шокирована этим известием.
– Она отдала их тебе? – спросила она хриплым и надтреснутым голосом. – Я велела ей закопать их.
– Я… – Эдриенн украдкой посмотрела на дверь, желая, чтобы Крис вернулась, но никто не приходил.
Мэрион задержала на ней взгляд на минуту, затем ее лицо расслабилось, и она вновь уставилась на занавески.
– Полагаю, это не имеет значения. Она была в гробу, когда я видела ее. Не думаю, что она все еще там.
Эдриенн попыталась сглотнуть, но во рту у нее пересохло.
– Я не понимаю, Мэрион. Тебе плохо? Хочешь, я позову доктора?
– Она была в гробу, вся в грязи, – Мэрион говорила медленно, у нее заплетался язык, а глаза остекленели. – Я видела ее в зеркале. Она заставила меня свернуть с дороги. Я врезалась в дерево. Но я не думаю, что она по-прежнему там.
– Я позову твою маму, хорошо? – Эдриенн с отвращением услышала свой собственный писклявый голос. Она начала пятиться к двери, но следующие слова Мэрион заставили ее замереть.
– Хочешь знать, что сказала Джейн? – Она повернулась в кресле, а ее губы растянулись в мрачной улыбке. – Я знаю, что ты видела нас, когда проезжала мимо в такси. Хочешь знать, что она сказала?
Эдриенн покачала головой. Ее сердце колотилось о грудную клетку, и она чувствовала себя так, словно ее сейчас стошнит. В комнате было душно, и ужас нарастал в ее голове, лишая возможности рассуждать здраво.
– Она сказала: «Это новая владелица Эшберна», – тело Мэрион затряслось от беззвучного смеха, а ее глаза, пустые и мертвые, остановились на Эдриенн. – «Интересно, сколько времени пройдет, прежде чем она тоже слетит с катушек».
– Мне пора, – Эдриенн нащупала за спиной дверную ручку. Она не хотела выпускать Мэрион из поля зрения, а уж тем более поворачиваться к ней спиной. Мэрион осталась сидеть, ее руки безвольно лежали на коленях, а губы застыли в безжизненной улыбке.
Эдриенн взялась за дверную ручку и повернула ее. Нырнув в дверной проем, она сделала последнюю попытку завязать разговор.
– Я испекла для тебя пирог. Н-надеюсь тебе п-понравится.
Ответа не последовало, но мрачная улыбка стала чуть шире.
Эдриенн закрыла дверь и отступила назад. Ее сердце колотилось так, словно она бежала, а в ушах звенело. Осторожно передвигая одеревеневшие ноги, она спустилась по лестнице. Внизу Эдриенн обнаружила, что Крис стояла посередине коридора, перекрывая путь к входной двери.
– Ну, и как она? – Женщина вытирала руки кухонным полотенцем и выглядела уставшей. – Есть какие-то признаки того, что она собирается выбираться из своего логова?
– Думаю, Мэрион нужен доктор, – торопливо выпалила Эдриенн. – Кажется, ей нехорошо.
Натянутая улыбка Крис сменилась хмурым взглядом, и она перекинула полотенце через плечо.
  
– Чепуха. От аварии у нее всего одна небольшая царапина. Она раздувает из мухи слона.
– Думаю, тут что-то не так, – Эдриенн бросила взгляд через плечо на лестницу и закрытую дверь наверху. – Она не была такой пару дней назад.
– Ты же не расстроила ее, правда? – Крис выглядела сильно недовольной. – Ей нужно двигаться дальше, а не распускать нюни. Я уже сказала этой девчонке Джейн, чтобы она прекращала твердить об этой аварии.