Между добром и злом. 2 том (СИ)

С одной стороны, Кондрат понимал, что они заслужили то, что получили. Они слишком спустя рукава относились к угрозе и встрепенулись лишь когда полетят головы. С другой — лошадей на переправе не меняют. Если полетят головы, придут новые. Придётся заново вводить в курс дела, тратить время, заново налаживать работу, расставлять цели, слушать бесполезные теории и так далее.
А это не поспособствует прогрессу в деле, а наоборот, отбросит назад, и то время, что они выиграли, будет потрачено зря. Конечно, так можно избавиться и от крысы, однако был нюанс — они лишатся возможности вычислить её и призвать к ответу. Поэтому…
  
— Тогда надо превратить это в подвиг, — предложил Кондрат.
— В подвиг? — поднял Оттаберг усталый взгляд на него.
— Именно. Превратить в подвиг. Если не можем признать вину, то сделаем подвигом, — кивнул он.
— Как же это предлагаете сделать, мистер Брилль?
— У нас пострадал Вайрин, так?
— И?
— Значит нам надо сделать его героем. Седлать нашу неудачу прорывом в расследовании, тщательно спланированной операцией, где он был на острие атаки. Буквально пожертвовал собой ради успеха. Благодаря его отважным действиям мы поймали одного из двух подонков. Тогда у Его Светлости Вёлтенберга не будет причин нас отстранять, ведь мы наполовину выполнили работу и осталось ещё немного.
— Всё бы хорошо, но отец девушки не спустит нам этого.
— От этого мы тоже можем прикрыться Вайрином. Дело в том, что он и Атерия встречаются, — удивлённые взгляды скрестились на Кондрате, но он продолжил. — Вайрин голубых кровей, сын влиятельного графа ценой собственной жизни защитил девушку. Представим его героем, упомянем отношения с Атерией, его огромный вклад и возможные перспективы юного аристократа. И, возможно, лишь возможно, что взгляд отца девушки с нашей неудачи сместиться в сторону потенциального союза. И он не станет настаивать отстранении всех, когда потенциальный союзник работает среди нас и строит отличную карьеру.
Повисло молчание. Каждый обдумывал сказанное. Да, план буквально был склеен соплями и надеждами, но это было лучше, чем ничего.
К ним имели претензии два человека, хозяин земель Вёлтенберг и влиятельная фигура Тонгастер. Вёлтенбергу можно пустить пыль в глаза, сказав, что это была блистательная операция, тщательно спланированная для поимки преступника, и дело почти закрыто. Тонгастеру намекнуть, кто Вайрин, и это потенциальный союз с сильным, как говорил Кондрату сам Вайрин, графом.
Использовать Вайрина было неприятно, и Кондрат бы с удовольствием посмотрел, как накажут нерадивых стражей правпорядка, но как он уже говорил, лошадей на переправе не меняют, и надо было что-то делать. Это ни к чему не обязывало Вайрина, потом он мог просто расстаться с девушкой, если что, но это выиграет им время сейчас, чтобы завершить начатое, так что решение, по факту, было единственным.
Оттаберг вздохнул.
— Так… ладно… Это хоть какой-то шанс. Возможно, нас и пронесёт, — он поднял взгляд на них и указал пальцем на Яклева и Вантувера. — Так! Вы оба! Я жду к концу недели результатов! Хоть каких-то!
— Но…
— Не но! Хоть рожайте их, но они должны быть! Мистер Брилль, вы поедете со мной.
— Я? — удивился он.
— Да, вы. План ваш, вы работаете на северный отдел сейчас, а значит поедете со мной. Вы лучше всех знаете Легрериана, а значит вам будет сказать в случае чего. Всё, работаем. И я жду результатов!
Вот чего Кондрат не мог предположить, так это что его приплетут к этой проблеме. Безалаберность, лень, глупость, а расхлёбывать это должен он. Страшно представить, что примерно такой же путь проходила полиция у него в родном мире…
Когда они вышли из кабинета, Оттаберг негромко произнёс:
— Мистер Брилль, значит так. Возвращайтесь домой, одеваетесь максимально презентабельно, и потом на экипаже отдела прямо к поместью герцога. Я буду ждать вас там.
— Мистер Оттаберг, я хочу кое-что сказать вам, — спокойно произнёс Кондрат. — Я не ваш служащий, а лишь консультант, и я не обязан в этом участвовать. Собственно, и не собираюсь.
Тот оторопело взглянул на него.
Оттаберг сначала хотел использовать то, что делал постоянно: повышать голос и давить, как это делал с другими сотрудниками, но он поднял взгляд и понял, что это здесь уже не пройдёт. Кондрат возвышался перед ним непреклонной стеной с каменным лицом. Сама атмосфера вокруг этого человека ставила большой вопрос, кто из них кого ещё давить будет. Казалось, что этот мистер Брилль сам спокойно задавит его своей уверенностью и непоколебимостью.
— Мистер Брилль, — Оттаберг решил зайти с другой стороны. — Это скажется на всех, даже на мистере Легрериане…
— Он взрослый мальчик, справится как-нибудь, — ответил тот стальным голосом.
— Мне просто очень нужна ваша помощь… Я… думаю, мои слова поспособствуют тому, Его Светлость вас заметил. А это дорогого стоил.
— Зачем мне внимание герцога?
— Ну… его слово в вашу пользу откроют вам многие двери, — предложил тот. — Вы отличный сыщик и быть может, ваши умения придутся ему по вкусу, если я порекомендую вас ему. Вы бы многое смогли привнести в отдел стражей правопорядка…
Что было не отнять у Оттаберга, это умение находить слабые места человека и предложить то, что может вызвать у него интерес. В конце концов, таких постов просто так не получают, и некоторые всю жизнь так и остаются стражами в то время, как сам Оттаберг сумел пройти долгий путь от обычного патрульного до главы северного отдела. И сейчас терять своё место перед самой пенсией ему не хотелось.
Что же касается Кондрата, то его заинтересовало предложение. Он действительно мог привнести очень многое в этот мир, мог исправить те глупости, которыми пользовались до сих пор стражи правопорядка. Он не преследовал личные цели, однако соблазн изменить всё к лучшему у него был. К тому же Оттаберг ударил своим последним оружием.
— Даю слово, что это расследование ляжет на ваши плечи, и уже вы сможете говорить, что и как делать, а я поддержу каждое ваше решение.
Для одних это было перекладыванием ответственности на их плечи, но для Кондрата — возможность заняться тем, что он умел без каких-либо помех, и делать это так, как он посчитает нужным. Они уже допустили множество ошибок, и сейчас ещё было время всё исправить.
— Хорошо, мистер Оттаберг, я буду там. Дайте только время переодеться.
Это была ужасная авантюра, и Кондрат это понимал, однако работа была его жизнью. И карт-бланш на любые действия позволила бы ему развернуться. И если Оттаберг действительно сделает так, как пообещал, то у него появится возможность перестроить и привнести в службу стражей правопорядка много изменений, которые изменят если не мир, то хотя бы правоохранительную структуру.
Планы, конечно, грандиозные, но заниматься частным сыском было не так уж и интересно, пусть и прибыльно, а здесь появилась цель, к которой он мог стремиться. Поэтому он был готов рискнуть. Да и к тому же, что именно он терял? Он лишь консультант северного отдела стражей правопорядка, на нём не было никакой ответственности.
У Кондрата заняло что-то около часа, чтобы вернуться домой, переодеться в сшитый под заказ костюм и доехать до тех самых ворот, к которым однажды приехал в самом своём начале своего пути. То время казалось Кондрату совсем далёким прошлым, учитывая события, которые ему удалось пережить. Что-то из тех времён, когда он даже не представлял, где оказался и не мог смириться с мыслью, что мир вокруг теперь был чужим: та заснеженная деревня, горы, раскрытое убийство… сейчас это вспоминалось, как давно минувшие дни.
И именно здесь, перед воротами он когда-то стоял, не зная, что делать дальше. Боялся своего неопределённого будущего, даже примерно не представляя, как всё однажды обернётся. Интересно иногда складывается судьба, однако.
Оттаберг, как они и договаривались, ждал его перед воротами в экипаже отдела стражей правопорядка, на которой красовалась их эмблема.