Князь Целитель 1 (СИ)

Первому волку я воткнул своё орудие прямо в открывшуюся пасть и клинок ушёл глубоко в глотку. Резко дёрнув древко на себя, я успел освободить протазан и с размаху рубанул им по шее зверя, пытавшегося обойти меня сбоку. Матвей выписывал в воздухе мечом восьмёрки и тоже успел разрубить парочку тварей. Казалось бы, что победа совсем близко, но монстров из темноты всё пребывало, нас начали окружать. Кажется, одним холодным оружием, пусть оно даже с магическим усилением, мы вдвоём не справимся.
  
Я активировал сияющий золотым компонент кругов маны и пустил поток энергии через протазан, из которого в приближающихся ко мне троих волков ударили молнии, сразив их наповал.
— Ни хрена себе! — воскликнул Матвей, продолжая вращать свой огромный меч. — А я думал, что ты только целитель, который неплохо машет кулаками и копьём!
— Да, это не всё, ещё и так могу, — сказал я и убил разрядом молнии ещё одного игольчатого волка.
— И давно ты этому научился? — спросил Матвей, отрубив голову слишком близко подошедшему к нему волку.
— У меня… два дара с рождения, но это только между нами, никто не должен об этом знать, — ответил я, шарахнув молниями ещё по двум тварям.
Один волк упал замертво, а второй заскулил и начал отползать в сторону. Пришлось повторить разряд, чтобы добить его на месте. В окружающей нас стае начало зарождаться сомнение, что этот орешек им по зубам. С десяток игольчатых волков, прорвавшихся из аномалии, ходили вокруг нас, соблюдая дистанцию метров в десять. Нападать они не решались, но и уходить не спешили, ждали удобного момента для атаки.
Мне ждать их атаки было неинтересно, мы, вообще-то, торопились, чтобы спасти друга, поэтому я решил перейти в атаку сам. Щедро залил энергии в протазан и сделал рывок вперёд. Веер молний ударил по нескольким монстрам. Двое упали на землю, корчась в судорогах. Ещё у одного отнялись задние лапы и он на передних старался отползти в сторону. Пока остальные на мгновение замерли в растерянности, я повторил свою атаку, сразив молниями ещё троих.
Матвей тоже не терял времени: отсёк одному волку голову, а второго разрубил пополам. Теперь боеспособных тварей осталось всего пять. Они сбились в кучку, скалили зубы, утробно рыча, и медленно отступали. Снова зарядив протазан магической энергией, я бросился на них и с расстояния в пару метров послал в них пучок разрядов. Ещё двое упали замертво, а остальные, скуля и подвывая, резко развернулись и убежали в темноту, прихрамывая на разные лапы.
— Сколько ещё у тебя сюрпризов? — спросил Матвей, вытирая меч о траву. — Может, ты ещё и летать умеешь?
— Не, это уже перебор, — хмыкнул я. — Хотя я был бы не против.
— Ну, значит, завтра научишься, — невозмутимо ответил Матвей.
— У меня к тебе будет одна просьба, — сказал я, встав перед ним и пристально глядя в глаза. — О том, что у меня два дара, здесь не знает никто, кроме тебя, и я хотел бы, чтобы это и дальше оставалось втайне. Для всех местных я просто целитель, который приехал совершенствовать свой дар и прокачать круги маны. Мои боевые навыки никого не должны касаться, для меня сейчас это не основное.
— О чём ты говоришь, Вань? — немного обиженно спросил Матвей. Он прямо и открыто смотрел мне в глаза, и я понимал, что он сейчас говорит искренне. — Всё, что я о тебе знаю, останется между нами — мы же друзья. У меня к тебе есть только ещё один вопрос, ты же из какого-то могущественного рода, да? Я ни за что не поверю, что ты сын мелкого барона, у которого небольшой дом в деревне с приусадебным участком. По тебе же видно, что ты непростой.
— Что, сильно видно? — хмыкнул я. — А я старался, чтобы было незаметно.
— Не, ты неплохо стараешься, у тебя получается создавать такое впечатление, но всё равно иногда проскакивает, что ты высокородный, — абсолютно серьёзно и спокойно сказал Матвей. — Но я уже пообещал, что никому этого не скажу, хотя я ведь и сам пока толком ничего не знаю, ты же не рассказываешь.
— Не переживай, придёт время и я всё расскажу, — улыбнулся я. — А сейчас нам надо спешить к Стасу, ему, скорее всего, очень плохо.
— Да, ты прав, разговоры подождут, идём скорее, — сказал Матвей, и мы ускоренным шагом двинулись дальше по улице.
Мы повернули в тот самый переулок, где недавно под кустами сирени на нас напал Стас со своими дружками. Это было совсем недавно, а столько всего с тех пор произошло. Из внезапных врагов мы стали почти друзьями. Ну, по крайней мере, союзниками.
Калитка почему-то была не заперта, а вот двери дома уже закрыли на ночь на тяжёлый засов. Я аккуратно постучал в дверь. Сначала никто не отреагировал, хотя я видел свет в одном из окон. Я постучал погромче, тоже никакого эффекта.
— Вань, он, наверное, просто не может встать с кровати, — предположил Матвей. — Он даже к ночи не подготовился, видишь? Калитку открытой оставил, ставни не закрыл, хорошо хоть дверь запер.
— Предлагаешь лезть через окно? — спросил я, а сам уже начал примеряться к открытой форточке с натянутой на ней противомоскитной сеткой.
— Других вариантов не вижу, — сказал Матвей. — Он сам не откроет.
— Пожалуй, ты прав, — кивнул я. — Если он в таком же состоянии, в каком был ты, когда я пришёл, он не подойдёт к двери при всём желании. Подсади меня.
Матвей встал под окном, я встал на сцепленные руки, сорвал сетку с форточки, закинул внутрь свой рюкзак, потом подтянулся и начал протискиваться, стараясь не выдавить коленкой стекло. Уже отсюда я увидел Стаса, он так же, как и Матвей недавно, лёг на кровать, не раздеваясь. Глаза закрыты, на лбу испарина, дыхание частое и поверхностное, руки и ноги неестественно раскиданы по кровати.
Я протиснулся наконец в форточку, упёрся в подоконник руками, начал просовывать ноги, но в итоге не удержался и рухнул на пол, хорошо, что успел правильно сгруппироваться, отделаюсь лишь парой синяков. Матвей так и остался стоять на улице, я дошёл до входной двери и впустил его внутрь, чтобы он не торчал там ночью один, потом приступил к осмотру.
На левом бедре Стаса обнаружились такие же небольшие пятна крови, какие были и у Матвея. Общими усилиями мы стащили с него штаны, а он так и не отреагировал. Хреновые дела. Я обнаружил целых семь ранок, в которых оставались фрагменты игл, продолжающих отравлять его кровь. С помощью москита я извлёк из ран иглы, потом приступил к исцелению.
Негативной энергии Аномалии в нём было хоть отбавляй. Если бы из неё можно было лепить пирожки, можно было бы набить коробку и идти торговать на площадь у вокзала. Я сосредоточился, закрыл глаза и начал вытеснять враждебную энергию своей, лечебной. Постараться пришлось знатно, самым простым оказалось залечить раны, но перед этим достаточно энергозатратно было удалить остатки яда.
Процесс продвигался медленно и со скрипом, у него уже начали происходить изменения во внутренних органах, с этим тоже придётся поработать, но сначала надо очистить организм от негатива. Ещё даже не поборов наполовину, мне пришлось остановиться и помедитировать, чтобы восстановить силы. Матвей тихо сидел в сторонке и не вмешивался, знал, что от него сейчас толку никакого.
Закончив медитацию, я снова взялся за дело. Со свежими силами и очистка пошла шустрее, негатив стал отступать, а мой нейроинтерфейс помогал сканировать организм пациента и подсказывать оптимальное перенаправление потоков энергии для повышения эффективности воздействия. Ещё минут десять и процесс завершён. Я встал с края кровати, доплёлся до ближайшего кресла и рухнул в него, снова закрыв глаза и погружаясь в медитацию.
  
Я слышал, как Стас пришёл в себя и они о чём-то разговаривают с Матвеем. Что они говорили, я даже не пытался прислушаться, было не до этого. Когда я наконец открыл глаза, передо мной стояла табуретка, на которой красовался мой поздний ужин.
— Ты уж извини, Вань, собрал, что есть, — развёл руками Стас. — Вечером готовить я был не в состоянии, сам понимаешь. Поэтому разогрел, что оставалось в холодильнике.