Ключ (СИ)

— К сожалению, — сказал риттер Янсен, — он нам не сообщил практически ничего. Подтвердил лишь, что его память восстановилась. Он вспомнил, кто он такой и откуда прибыл. Но теперь молчит и отказывается отвечать на вопросы, пока мы не выполним некое условие.
— И чего он хочет?
— Поговорить с тобой, Тимофей.
  
Глава 11
 
— Поговорить со мной? — переспросил я недоумённо. — Зачем?
  
— Об этом он тоже не распространяется, — буркнул шеф. — Ему рассказали, что ты отправился в рейс и предположительно застрял в его мире. Он лишь пожал плечами — продолжим, дескать, когда вернёшься. Держится уверенно, с некоторым даже насмешливым превосходством.
— А вы не пробовали на него надавить?
— Как ты себе это представляешь? Пригрозить ему, что выкачаем информацию принудительно? Он заранее знает, что это блеф. Стучать по столу кулаком и топать ногами? Его это только повеселит. А рациональные аргументы он игнорирует.
— Например?
— Ему объяснили, что мы и так уже знаем многие факты из его биографии. Про его тренировки, про перелёт на ящере и так далее. Доказывали ему, что его молчание ничего не изменит в глобальном смысле. «Змеи» дискредитировали себя шпионажем и доставкой сюда опасного минерала, контакты с ними приостановлены — так ему и сказали. Он слушает внимательно, но упорно молчит. Надеюсь, с тобой он будет более откровенен. Так что приступай, Тимофей. Он этажом ниже, ждёт тебя.
Встав со стула, я уточнил напоследок:
— А как вообще вы его раскрыли? Была проверка?
— Студентам в кампусе объяснили, что минерал мог плохо воздействовать на их разум, и попросили пройти обследование. В итоге все согласились. Для самого шпиона стало сюрпризом, когда он вспомнил своё реальное прошлое.
— Ясно. Иду к нему.
— И я тоже? — спросила Хильда.
— Вы пока останетесь здесь, — ответил ей риттер Янсен. — Отчитаетесь мне подробно о вашем рейсе.
— Вот-вот, — сказал я. — Товарищ штурман давно мечтает себя попробовать в разговорном жанре, просто не признаётся.
Выйдя из кабинета, я спустился по лестнице. В коридоре возле одной из дверей стояли, совещаясь о чём-то, два крепыша в обычной одежде и хмурая дама в форме подсказчицы. Я достал ямщицкий жетон, показал им и уточнил:
— Это хрюндель здесь? Должен ждать меня.
— Заходи. Надеюсь, разговоришь его.
— Не забудьте запись включить.
— Записи не будет. Разговор с глазу на глаз без свидетелей, так условились.
Озадаченно хмыкнув, я толкнул дверь.
Посредине комнаты стоял стол, за которым сидел шпион.
Несколько секунд мы молчали, уставившись друг на друга. Затем шпион усмехнулся и сделал приглашающий жест:
— Присаживайся, Тимофей, не стесняйся. Чувствуй себя как дома.
Я сел напротив:
— Ну, здравствуй, Ферро.
Он выглядел иначе, чем на занятиях.
Восстановление памяти далось ему нелегко. Круги под глазами, общая бледноватость — вид у него был, словно после болезни. Но взгляд стал жёстким и цепким, непривычно колючим. Передо мной сидел, казалось, совсем другой человек.
— Ты не удивлён, похоже, — заметил он. — Вычислил меня?
— Был почти уверен, — сказал я. — Сначала думал на Джино, но оказалось, что его подставляют. Девчонки тоже отпали. Остался ты. И вот я приехал — и выясняется, что ты меня ждёшь. Я заинтригован. Рассказывай.
— Придержи лошадей, — лениво посоветовал Ферро. — Побеседуем светски, обменяемся новостями. Вот ты, к примеру, приехал, вероятно, из мира, где я родился? И как там обстановка?
— Мне не понравилось. Твои змееглазые друганы чуть копьё не воткнули в брюхо. А твой учитель грозил подправить нам с Хильдой память, еле сбежали. Вот как-то примерно так. Но давай всё же о тебе. Может, объяснишь, зачем к нам внедрился? Поделишься хитрым планом?
Он поворошил газеты, лежащие перед ним на столе, рассеянно отодвинул их. О чём-то поразмышляв несколько секунд, разглядывая меня. Устало откинулся на спинку деревянного стула и произнёс:
— Любой сложный план всегда уязвим. Особенно если имеешь дело с чем-то по-настоящему новым и незнакомым. Почти всегда находится фактор, который не просчитывался заранее… Готовя всё это, мы искали баланс. Нащупывали его практически наугад. Я должен был выполнить определённые действия, не вспоминая, кто я. Но потом появился ты, сговорился с этой беловолосой молью — и всё пошло наперекосяк…
— Слушай, Ферро… — сказал я. — Или лучше звать тебя Полозом?
— Да начхать. Тоже мне, проблема.
— Как скажешь. Я всё ломаю голову — для чего нужны были эти пляски с фальшивой памятью? Никто ведь не проверял тебя при наборе в школу. Ты мог просто соврать, что приехал с юга, а дальше действовал бы осознанно…
Ферро, который Полоз, взглянул на себя с разочарованием:
— М-да. Тебя я, видимо, тоже переоценил… Ау, Тимофей! Включи наконец мозги! Законы природы вспомни, которые нам на лекциях объясняли. Путешествовать между осями могут только их жители. А мой родной мир ещё не стал осевым, как ты мог заметить. Я просто не долетел бы, если бы оставался Полозом. Природа не пропустила бы! Ну, пришлось её обмануть слегка. Стал одним из вас, инфантильных клоунов…
Подавшись вперёд, я слушал и лихорадочно достраивал картину в уме, но она по-прежнему оставалась неполной.
— Значит, — сказал я, — ты долетел-таки, купил дом, чтобы окончательно ощутить себя местным… Откуда, кстати, взял деньги? Ямщикам нельзя их возить для личного пользования…
— На тот момент я ещё не стал ямщиком. Говорю же, головой думай!
— Так, понятно… Но дальше? Внедрение состоялось, можно было вернуть себе реальную память и шпионить уже по полной программе…
— Кто мне её вернул бы? — спросил он с сарказмом. — Это сложная процедура, её нельзя осуществить самому. Или, по-твоему, нажал кнопку — и хоп, стал обратно Полозом? Хрен тебе, это так не работает. Нужна помощь высококлассного мага, долгий сеанс.
— Облом, — согласился я. — Трудно вам, шпионам, живётся.
— Даже не представляешь, насколько. Мне для подпитки фальшивой памяти требовался артефакт-накопитель — в пределах десятка метров, несколько часов в день как минимум…
— Тот круглый брелок?
— Да, он. Но таскать его с собой постоянно — вредно, даже опасно. Мешает думать, появляется раздражительность, вспыльчивость и так далее. Пришлось изворачиваться…
— Для этого ты всучил его Джино? Своему, типа, земляку-приятелю с юга? Ну да, логично, вы же с ним постоянно вместе тусили… Джино таскал брелок, и его колбасило в результате вместо тебя. Поэтому он стал такой нервный? До меня докопался…
Полоз пожал плечами — да, дескать, вот такая фигня. Я опять задумался:
— Но как ты вообще допёр, что надо кому-то сплавить брелок? В те дни ты ещё не вспомнил, что это — шпионский гаджет…
Полоз кивнул с ухмылкой:
— Ну, наконец-то соображаешь. Сам теперь оцени, какую работу сумели проделать те, кто меня готовил. Маги-виртуозы синклита, лучшие мастера. Я должен был неосознанно делать всё, что необходимо. И руководствоваться при этом мотивами, типичными не для Полоза, а для Ферро, наивного лопуха из осевого мира…
Всё это звучало как сюр, но я не перебивал.
— И ведь поначалу всё шло нормально, — продолжал он. — Джино забрал брелок — мелкий сувенир, пустячный подарок. Минус одна проблема. Дальше — рутинная процедура. Надо всего-то доучиться спокойно, чтобы легально сесть в ямскую машину. И чтобы я стал первым, кто якобы откроет мой родной мир. Тех двоих придурков четырнадцать лет назад не считаем, ясное дело. Их бортовой самописец наши сломали, а в голове у них покопались…
  
— Стоп. Так это и было твоё задание? Стать ямщиком-первооткрывателем «змеиного» мира? Зачем вам это понадобилось?
— Зачем — это уже отдельный вопрос, — сказал Полоз. — Его я сейчас обсуждать не буду. А в целом план был вполне реальный. В тот мир меня притянуло бы. Но, как я говорил, любой достаточно сложный план всегда уязвим на стадии воплощения. Дело портят неучтённые факторы и ретивые идиоты вроде тебя.