Самоучитель для бога. Дилогия (СИ)

– Не рыпайся, фраер! Побазарить нужно! – Двое заметно нервничали, глаза налетчиков бегали по сторонам. Явно забрели на чужую территорию.
Игнат собрался, быстро глянул на одного, потом на другого. Цепкий взгляд сразу схватил все мелочи. Оба здоровенные, в спортивных костюмах. У одного череп бритый, у второго плешивый, а так словно братья‑близнецы. У обоих на руках красные повязки “Роста”.
Сердце запоздало трепыхнулось. Спокойно! И не из таких передряг выпутывался. Если они не стали резать сразу, значит, хотят пообщаться. А в общении ему нет равных. Что могут противопоставить два дегенерата профессиональному журналисту?
– Идем! – сказал Игнат. Голос прозвучал уверенно, словно это он держал нож у их ребер. Уверенность – главный козырь в общении с такими ребятами. Уверенность и словесный контакт.
Он подхватил их за локти и сам потащил в глубь двора. Здоровяки едва поспевали за ним. Зато давление острого лезвия ослабло. Налетчик с ножом растерялся и потерял инициативу. Для чего оружие, если жертва его не боится?
Они зашли в самую глухую часть двора. К жилому дому примыкал подсобный пристрой, окна выходят на другую сторону, здесь лишь глухая кирпичная стена, окруженная со всех сторон кустами и деревьями. Игнат поежился, лучшего места для устранения не придумаешь, даже труп не сразу обнаружат. Он не позволил себе развить эту мысль – нельзя отдавать врагу инициативу. Игнат выпрямился, его глаза спокойно и слегка высокомерно оглядели налетчиков.
– Слушаю вас! – сказал он ровным голосом.
– Парень! Твоя баба друга моего обидела, – проговорил один из здоровяков. Он покосился на второго, лицо того скривилось, руки невольно дернулись к паху.
– Чего с ним церемониться, на нож – и дело с концом! – воскликнул пострадавший, махнув ножом в сторону Игната.
Тот брезгливо отстранился. Отступать некуда, его зажали в угол. И тут его осенило. Оксана что‑то рассказывала о двоих насильниках и спасителе Жабике. Озноб пробежал по спине – неужели Оксана вот так же стояла перед этими двоими уродами, а они глумились, нагло трогали грязными лапами?! Едкая волна стыда накрыла с головой! Кулаки сжались, едва сдержал себя от опрометчивого поступка.
– Жека, это не наша территория! Опасаюсь я! Чего он такой спокойный?! – послышался тревожный голос одного из налетчиков.
– Заткнись, Гера! – огрызнулся Жека. Потом ткнул Игната под ребра: – Ты чего такой спокойный?! А ну признавайся!
– А чего мне бояться! – сказал Игнат, стараясь казаться беспечным. – Ведь сектанты не трогают друг друга. У вас на руках повязки “Роста”!
Сказал это и замер в ожидании. Сейчас все решится. Сегодня на лекции впервые узнал, что члены секты “Рост” не имеют права вредить друг другу. Григорий упомянул и о том, что повязки со Знаком Роста носят лишь молодые сектанты, не прошедшие еще посвящения. Если это правда, на этом можно сыграть.
– Что?! – Жека и Гера вытаращили глаза.
– А ты разве из секты?! – спросил Жека, потом повернулся к Гере: – Как же так?
– Григорий мой Учитель! Филиал “Роста” на Октябрьском! – проговорил Игнат, наслаждаясь своей властью над ними. Их неуверенность вливала в него силы. Теперь эти увальни в его руках. – Я как раз иду с занятия. Если вы за мной следили, то обязательно это видели!
– Черт! Я же говорил, что он наш! – ругнулся Жека. – Что же нам делать?!
– Нужно пойти и спросить у Гроба! – предложил Гера.
– Вот‑вот. Сходите и спросите! Неужели вам не говорили, что трогать своих товарищей по секте нельзя! Это первое правило секты!
– Но… на тебе нет повязки!
– На Григории, моем Учителе, тоже нет повязки! – многозначительно заметил Игнат.
– Точно! И Гроб никогда не носит! – сам того не подозревая, подыграл ему Гера. Потом замер, вытаращив глаза: – Неужели!.. Неужели ты уже прошел посвящение!
– Ребята! – Игнат высвободился из их рук. Они отскочили от него, словно обожглись. Игнат гордо приосанился. – Я уже давно прошел посвящение! Сейчас я приближаюсь к ступени Учителя!
– Ого!
– А вам советую не слушать Гроба. В верхах про него говорят не очень хорошие вещи! Говорят, что он гордый и неподвластный! Это плохо, когда речь идет о секте “Рост”! – Игнат говорил уверенным, твердым тоном, который уже не раз спасал его в критических ситуациях. Уверенность – главное оружие журналиста! – Банда слишком сильно высовывается! А пока не время высовываться!
  
Игнат настолько вошел в образ, что не мог остановиться. Благо эти увальни не показали себя разумными оппонентами. Стояли раскрыв рты, теперь им можно вешать любую лапшу.
– Так что, возможно, скоро Гроба сменят. А вы сами понимаете, что это может означать в нашей непростой жизни.
Он многозначительно замолк. Жека заметно побледнел, Гера что‑то бормотал, уставившись в стену остекленевшими глазами.
– Так что, ребята, предлагаю вам подумать, с кем быть! – закончил Игнат и многозначительно подмигнул. Парни вздрогнули и уставились на него.
– Неужели… – поднял руку Жека.
– Тсс! – приложил палец к губам Игнат. – Это секрет! Никто не должен знать об этом! Но раз уж так получилось, назначаю вас своими замами. Проверьте обстановку и будьте готовы! Когда придет время смены власти, я вас не забуду! Секта вас вознаградит!
– Гы! – осклабился Гера. – И мы сможем рассчитаться наконец со шлюхой Гроба!
– А теперь можете идти выполнять свои новые обязанности! – Игнат подмигнул им. – Держите ухо востро! Мне понадобится информация обо всех передвижениях Гроба! Свободны!
Игнат небрежно махнул рукой, словно король, отпускающий челядь. Жека и Гера тут же сорвались с места и исчезли в кустах. Сразу видно, что привыкли подчиняться не задумываясь. Хорошо их неизвестный Гроб вымуштровал. Треск и хруст затих вдали. Игнат облегченно выдохнул. Только сейчас заметил, что тело напряжено до предела. Он позволил себе расслабиться.
– Эх, одно расстройство с ними! – проговорил он. – Такое ощущение, будто обманул детей! Хотя если рассудить… Если бы не обманул, валяться мне холодным трупом посреди мрачной подворотни…
Игнат передернул плечами. Будем считать, что мне повезло! И он направился следом за сектантами выбираться из кустов.
На душе скверно. Сам побывав в опасности, вдруг остро ощутил, каково вчера было Оксане. А он, чурбан бесчувственный, даже посочувствовать ей не мог! Проявил безразличие, да еще и не поблагодарил спасителя. Отношение Игната к несуразному человечку разом изменилось. Как бы подозрителен он ни был, он спас Оксану. Если бы не Жабик… Игнат вздрогнул и остановился. “Что бы я делал, если бы эти придурки тронули Оксану? – Осознание беспомощности сжало сердце холодными ладонями. – А действительно, что бы я сделал?”
Ответа не было! Игнат вновь очутился перед окном в редакции. Тысячи домов в городе, сотни тысяч людей. У каждого свои интересы, свои взгляды на жизнь. И всем плевать на других особей человеческого вида, на всех, кроме себя. Как можно быть в чем‑то уверенным в этом мире? Нельзя…
Но ведь это страшно! Жить и постоянно бояться! От бед никто не застрахован! Беды подстерегают тебя, они готовы коснуться твоих близких и любимых. И мы ничего не можем с этим поделать. Ничего…
“Домой! Скорей домой! Оксанка! Я всегда буду с тобой! Я должен скорее обнять ее, прижать к груди и рассказать ей, как я ее люблю! Сегодня я был черств и невнимателен. Я должен исправиться! Я должен…”
Игнат свернул на главную улицу. Оксану нужно задобрить, чтобы она забыла о его невнимательности. А что может быть лучше для этих целей, чем цветы?
Приветливая, полненькая продавщица с грустными глазами помогла подобрать букет. Игнат улыбнулся ей и подмигнул. Вдруг захотелось, чтобы у этой девушки все было хорошо. Наверно, ей кажется, что вокруг все только и делают, что покупают цветы для любимых. А ей цветы не дарит никто!
– Хотите, я открою вам секрет? – подмигнул он продавщице, принимая от нее букет. Девушка взглянула на него удивленно.