Испорченный король

Мысль о кошмарах привела меня в ужас. Я не сплю после видений, как называет их доктор Хан.
Видения.
Как будто я экстрасенс или что-то в этом роде.
Это были воспоминания, а не видения.
Чтобы прогнать их, я изучала и перечитывала «Искусство войны» Сунь-цзы и, возможно, шпионила за домом Ксандера с балкона Ким.
Эйден провел там ночь – его машина осталась на подъездной дорожке. Я надеялась, что родители Ксандера были дома, чтобы предотвратить любые заговоры об убийстве между забастовщиками «Элиты».
Я задремала после рассвета, а когда проснулась, машины Эйдена уже не было.
– Я дерьмово выгляжу, не так ли? – спрашивает Ким.
– Не хуже, чем я. – Я вздыхаю, затем поворачиваюсь к ней лицом. – Что на самом деле произошло прошлой ночью?
– Помимо пьянки? – Она ударяется головой о спинку сиденья. – Я почти ничего не помню.
– Когда Ксандер нес тебя прошлой ночью, ты спросила, простит ли он тебя. Что это значит?
Она бросает на меня испуганный взгляд.
– Ксандер нес меня на руках?
– До твоей комнаты.
– И ты ему позволила?
– В свое оправдание скажу, что я не могла занести тебя внутрь сама.
– Черт. – Ее глаза почти выпучиваются, когда она смотрит на меня. – Что еще я сделала?
Я поднимаю пальцы и считаю.
– Ты потрепала Ксандера по волосам, спросила, считает ли он тебя красивой, потом спросила, прощает ли он тебя, а затем послала его.
Она стонет, склонив голову.
– Кто-нибудь, убейте меня. Давай пойдем домой. Я физически не могу быть сегодня в школе. Я накормлю тебя мороженым и ни слова не скажу об этом твоей тете.
– Я не думаю, что все было так уж плохо, – смеюсь я. – По крайней мере, тебя не поцеловали на глазах у всей школы.
Ким так сильно жмет на тормоза, что я бы упала вперед, если бы не была пристегнута ремнем безопасности.
– Ким!
– Ты… – Она сглатывает, бросая на меня безумный взгляд. – Т-тебя поцеловал Ксандер?
– Ксандер? Нет. Эйден.
– Эйден?
Я приподнимаю плечо, чувствуя себя глупо.
Ее глаза расширяются, но это не осуждающий взгляд.
– Вау… Я не знаю, как это прокомментировать.
– Я тоже до сих пор не могу это осознать. – И все то, что мы делали наедине.
Я кончила. Дважды.
Я со стоном закрываю голову руками.
– Это было на глазах у всей школы, Ким. Я не знаю, что, черт возьми, мне с этим делать.
– Он… тебе нравится? – спрашивает она почти нерешительно.
Нравится?
Эйден дестабилизирует меня. С самого начала он ни разу не взглянул на меня поверхностно. Он вонзил ногти глубже и обнажил те стороны меня, о существовании которых даже я не подозревала. Он играет с запретными струнами, которые пробирают меня до костей.
Я жажду его одержимости. Я начинаю подстраиваться к его тьме.
Но нравится ли он мне?
Чтобы нравиться, нужен определенный уровень доверия, и я могу с уверенностью сказать, что я не доверяю Эйдену.
Или, может быть, я не доверяю себе рядом с ним.
– Нет, – стону я. – Я не знаю.
Ким издает утвердительный звук, как будто она знает, что это значит.
– Но тебе понравился поцелуй?
– Я… не знаю. Может быть? Меня целовали в моей предыдущей школе, но это было не так захватывающе, понимаешь? – Я делаю паузу, глядя на нее сквозь ресницы. – Ты же не собираешься меня осуждать?
– Черт возьми, нет. – Она поворачивается ко мне лицом и наклоняется, чтобы обнять. – Я всегда на твоей стороне, Элли. Тебе нужно какое-нибудь приключение в твоей жизни, и всепоглощающие поцелуи звучат как чертовски хорошее начало.
Я не знала, что нуждаюсь в ее одобрении, пока она не озвучила его. Я сжимаю ее руку, молча показывая, как я благодарна.
– Просто… – Черты лица Ким проясняются. – Будь осторожна, ладно?
– Что ты имеешь в виду?
– Я просто не хочу, чтобы тебе было больно.
Ее слова притушили прежний энтузиазм. Я киваю, потому что она только что сказала мне правду, которую я должна была услышать. Вот почему Ким – моя лучшая подруга. Она может одновременно радоваться за меня и видеть негативную сторону вещей.
Когда мы подъезжаем к школьной автостоянке, нас останавливает королева сук и ее болонки.
 
Серьезно. Сильвер – последний человек, который мне сегодня нужен.
– Разве это не Отмороженная и ее жирная подруга? – говорит одна из подруг Сильвер. Ее зовут Вероника, если я правильно помню. Ее униформа такая тесная, что почти трещит на ней.
Я пытаюсь обойти их, но другая, Саммер, хватает меня за руку.
– Мы с тобой разговариваем, учительская шлюха.
– А я нет. – Я высвобождаюсь. Ким остается по другую сторону от меня, и я горжусь тем, как она вздергивает подбородок.
Сильвер наконец встает передо мной. Она на несколько дюймов выше и использует эту разницу, чтобы смотреть на меня сверху вниз снисходительным взглядом.
– Держись подальше от Кинга, маленькая сучка.
Я натягиваю на лицо улыбку.
– Почему бы тебе не попросить его держаться от меня подальше? Это он преследует меня.
Я ожидала, что это заставит ее замолчать и стереть самодовольное выражение с лица, но оно лишь усиливается.
– Ты всего лишь интрижка, Отмороженная. Знаешь почему? – Она делает паузу, задав риторический вопрос. – Кинг всегда был моим. Ты ничего не можешь сделать, чтобы это изменить.
Моя кровь закипает, несмотря на то, что я сохраняю внешнее спокойствие. Моя рука сжимается в кулак, и Ким хватает меня за нее.
Сильвер бросает на меня последний взгляд.
– Королю нужна Королева, крестьянка.
Ее подруги хихикают, прежде чем протиснуться мимо меня и Ким ко входу. Мне требуется вся моя выдержка, чтобы не оттащить их назад за волосы и не повалить на пол.
Но я не такой человек, не так ли?
Я не фантазирую о том, чтобы причинять боль другим.
Так почему же мне кажется, что демоны кружат вокруг меня?
– Не обращай на нее внимания. – Ким гладит меня по руке. – Она просто ведет себя как обычная стерва.
Мои губы изгибаются в том, что, я надеюсь, выглядит как ободряющая улыбка, когда мы входим в школу.
– Они пялятся, – шепчет Ким.
Вот тогда-то я и замечаю, что все на меня смотрят. Некоторые даже делают украдкой снимки. Когда я смотрю им в глаза, они притворяются, что заняты своими телефонами.
Мне не требуется долго думать. Чем дальше мы с Ким идем по коридору, тем громче становится шепот.
– Она реально подружка Кинга?
– Разве она не была с Найтом на днях?
– В самом деле? У Кинга есть девушка?
– Ты заходила в его Инстаграм?
– Я видела это вживую на вечеринке.
– Девушка…
– …девушка…
Реальность обрушивается на меня как одно из моих нежеланных видений.
Эйден сделал это нарочно.
Этот засранец поцеловал меня на глазах у всей школы, чтобы доказать, что Ксандер этого не делал.
Эйден, должно быть, знал, что все будут говорить об этом на следующий день.
Гребаный Ад. Он планировал, что все будут говорить об этом.
Я собираюсь убить его.
Ким подталкивает меня локтем, когда мы сворачиваем за более тихий угол. Ее глаза почти вылезают из орбит.
– О боже, Элли.
– Что теперь? – спросила я. Мой голос полон ужаса.
Она показывает мне свой телефон. Точнее, профиль Эйдена в Инстаграме и его последний пост.
Кто-то сфотографировал нас под оптимальным углом, пока Эйден усаживал меня на стол и вылизывал мой рот. Мои ноги и руки обвиваются вокруг него, а его тело сливается с моим.
Подпись: Моя.
– Нет, он этого не сделал, – шепчу, не зная, огорчена я или просто шокирована.
– О да, он это сделал. – Ким улыбается и обмахивается ладонью. – «Захватывающе» – это преуменьшение века, Элли. Он выглядит так, словно собирался съесть тебя заживо.
– Мы опоздаем на урок. – Я обрываю ее глупую ухмылку и направляюсь в сторону нашего первого класса.
Ким идет в ногу со мной.
– Неудивительно, что королева сук почувствовала угрозу и показала свои когти. У Кинга никогда не было девушки, и он уж точно никогда не публиковал фотографию, на которой целуется с кем-то.