Восточный квест

Рейдеры тормозили, разбивались на группы, переходя с траектории к центру планеты на касательную. От излучателей главного калибра понеслись пучки плазмы, античастиц и мощных жестких излучений, придуманных извращенными умами для уничтожения всего живого. Орбитальные крепости огрызнулись в ответ, пространство заполнилось пересекающимися молниями выстрелов. Над ночной стороной планеты разгорелась чудовищная иллюминация.
  
Там, где раскаленные лазерные спицы смогли проткнуть сиреневую дымку защитного поля, из корпусов вырывались гейзеры огня и обломков. Почувствовав успех первого натиска, нападающие выпустили веер торпед. Длинные тела с собственными генераторами защитного поля рванули к крепостям защитников. Когда многочисленные попадания разрушили поле, торпеды взорвались, не менее дюжины находились в непосредственной близости от обшивки. Десятки метров брони вдавило внутрь или вышвырнуло в космос, срывались башни плазменных орудий, гнулись, как тростник, толстые антенны генераторов защиты.
Пользуясь заминкой от торпед, рейдеры снова сгруппировались для атаки. Они получили повреждения, но защитникам пришлось хуже. За спинами тяжелых кораблей, ведущих огонь по крепостям, выдвинулись более мелкие и юркие, класса земных корветов. Они явно нацелились на прорыв, и из-за линии стационарных станций показались фрегаты гуупи.
Ударные земные силы вышли из-за планеты, впившись с флангов в галактское построение. На стол лег козырь, спрятанный в рукаве.
Несомненно, сканеры пространства донесли, что к обороняющим пришла помощь, но скорость рейдеров упала настолько, что они не смогли уйти от перекрестной атаки торпедами. Из сорока восьми ударных кораблей врага только восемнадцать были класса, сопоставимого с земным линкором или тяжелым крейсером, они уже имели различные повреждения и расстреляли торпедный запас. Перенеся огонь на несущихся к ним землян, главные силы галактов дали передышку орбитальным пушкам, и весь свой плазменный гнев те перенесли на малые корабли прорыва. Проскочившие вниз завязли в огненной карусели с фрегатами, на подмогу которым спешили корветы и истребители земной эскадры.
Перекрыв и без того слепящие вспышки плазменных орудий, полыхнули разрывы торпед. Один тяжелый рейдер развалило на куски, минимум два получили тяжелые повреждения. Но основные боевые средства галактов еще не выведены из строя.
Оценив расположение и направление движения главных групп, Викерс вызвал встречный линкор и показал направление движения.
— Капитан Ким! Обходим свалку по краю, не даем сконцентрировать на себе одновременный огонь большого числа орудий.
Адмирал выделил для себя и напарника наиболее отдалившиеся от общей массы рейдеры. Львица слабее стада буйволов, она уничтожает отставших поодиночке.
Суммарный огонь линкора и двух крейсеров пробивает защиту рейдера. Эту истину Викерс много раз втолковывал своим офицерам, но непроизвольно сжался, когда корабли разошлись в каком-то десятке километров, соединенные изрыгаемыми потоками плазмы. Второй паре повезло меньше, их оппонент получил повреждения, но не взорвался. Просмотрев сообщения о полученных неисправностях и не считая их значительными, адмирал приказал разворачиваться и идти на следующий заход. Риск возрастал, галакты уже были готовы к укусам сбоку, и скорости не набрать. Зато стало легче дышать артиллеристам орбитальных крепостей, которые уже несколько раз увеличили свой счет.
Второй проход оказался гораздо тяжелее. Ведомый крейсер получил мощный удар и беспомощно лег в дрейф. Его отбуксируют, если враги походя не добьют. Викерс приказал отвернуть из зоны плотного боя и уходить на соединение с Кимом. Израненные пальцы придется снова сжать в кулак.
Посыпались донесения от третьей группы. Крейсер и корветы завязали бой с охранением транспортов, которое, отбиваясь, могло только наблюдать, как такботы и истребители разносят в пыль тяжелые слабовооруженные суда.
«Теперь посмотрим, это звероводы или что похлеще», — сказал про себя адмирал, рассматривая роящиеся рейдеры и ожидая их реакции. К счастью, прогноз сбылся. Потеряв транспорты, ударная группировка начала отход. Поврежденные борта сходились в центр, относительно целые прикрывали их со стороны.
— Скорость каравана равна скорости самой медленной своей единицы. Ким, отходим, набираем скорость и делаем последний заход, — решил командир землян и отдал приказ присоединяться группе, перебившей транспортный обоз.
Построение галактов по форме напоминало эллипсоид, вытянувшийся в сторону от орбиты Альтаксеры F. Часа два с половиной, и эскадра выйдет в зону включения 0-приводов.
— Предполагаю, что они держат наиболее плотный строй и целые корабли с нашей стороны и, может быть, сзади, от атаки вдогонку. Идем наперерез, потом на пределе компенсаторов перегрузок обходим и расстреливаем дальних подранков.
— Есть, сэр.
— Хорошо, что крейсер не расходовал торпеды на охранение транспортов. Значит, есть еще четыре штуки. Будем выпускать их с максимально близкого расстояния с риском для себя.
Самоубийственный по своей смелости крутой поворот вокруг вражеского строя, возможно, войдет в учебники боевых космических флотов. С предельным напряжением гравитонов и треском израненных попаданиями корпусов два линкора и четыре оставшихся крейсера вывернули к самым избитым галактским рейдерам. За спиной умирали экипажи корветов, отбиваясь от яростного огня преследующих кораблей и прикрывая собой главный ударный кулак.
Плазменный хоровод схлестнувшихся космических дредноутов не уступал огненному аду, что творился у орбитальных крепостей. Огрызающиеся из последних сил галактские монстры пытались прятаться за жидкими пятнами защитного поля, плевались уцелевшими орудийными башнями и взрывались, взрывались, взрывались…
В мешанине кораблей и их обломков вспыхнули четыре сверхновых от боеголовок торпед, когда Викерс скомандовал отход. Выписав сложную кривую, уцелевшие земные космолеты направились к планете. Но еще не все закончилось. Четыре тяжелых и три легких рейдера бросили разгон к точке выхода в 0-пространство и устремились вдогонку.
— Надо выдержать семнадцать минут до радиуса поражения орбитальных крепостей. Приказываю слиться на объединение защитных полей.
Альтаксера F приближалась, но рейдеры настигали еще быстрее. Скоро защитное поле покрылось лиловыми всплесками поглощения вражеских разрядов и оранжевыми там, где они пробились к корпусам. Экран запестрел сообщениями об отказах систем.
— Адмирал, второй линкор потерял тридцать четыре процента тяги двигателей. Выйду из общего защитного поля через сто пять секунд.
— Ким, резко в сторону. Если пойдут за тобой, экипаж в спасательные капсулы.
— Есть, сэр.
Девять минут семнадцать секунд до орбитальной артиллерии, от которой неизвестно что осталось. Линкор отстал и с последним напряжением полуразбитой силовой установки рыскнул к звезде. Пара рейдеров кинулась вслед. Защитное поле земной группы ослабло, но и интенсивность обстрела снизилась.
Шесть минут сорок девять секунд. Ярчайшая вспышка на месте линкора. Спасательных капсул не замечено. Спасибо, Ким, ты стоял до последнего, подумал Викерс.
Три минуты. Гибнут корветы, упала тяга крейсеров и последнего линкора. Рейдеры начали маневр уклонения, чтобы не зацепить зону поражения по касательной. Вот и все.
Израненный линейный корабль с трудом пристыковался к орбитальному причалу. На три выживших изувеченных крейсера было больно смотреть. Эскадра потеряла почти половину корветов и такботов, а оставшимися истребителями можно с трудом укомплектовать две матки из трех.
  
Гуупи потеряли треть легких и средних кораблей планетарной обороны, разбитые орбитальные крепости сохранили менее тридцати процентов начальной боеспособности.
И все же это была самая выдающаяся победа за всю историю противостояния галактам. Потеряв линкор, два крейсера и 47 малых и средних кораблей, союзники уничтожили 14 тяжелых и средних, 29 легких рейдеров и 49 транспортных единиц врага.