Каратель. Том 4: На острие (СИ)

Судя по всему, компания собиралась разбить лагерь: из БТРов вытащили какие-то металлоконструкции и принялись собирать в стороне от машин.
— Похоже, они здесь надолго, — проговорил Макс.
— Что происходит? — спросила Хэлен, продолжавшая лежать лицом вниз, чуть ли не целиком зарывшись в песок.
— Монтируют какие-то штуковины, — доложил Макс. — Пока не понятно, что именно.
— Видишь кого-нибудь, кроме инквизиторов?
— Нет, а что?
— Может, и ничего, — непонятно ответила женщина.
Мысленно пожав плечами, Макс продолжал наблюдать, уже начиная прикидывать, как отсюда смыться незамеченными или хотя бы невредимыми. Гравибайк был спрятан метрах в тридцати восточнее, добраться до него, не привлекая внимания, было практически невозможно — для этого пришлось бы оставить укрытие. Оставалось ждать и надеяться, что инквизиторы вскоре уберутся. План, конечно, так себе, но ничего лучше в голову пока не приходило.
А инквизиторы, похоже, никуда в ближайшее время не собирались. Закончив сборку своих приспособлений, они присоединили к ним тросы, которые перекинули через установленные на танках блоки.
— Ну, что там? — спросил Хэлен, не поднимая головы.
— Подожди-ка. Похоже, что-то собираются устанавливать. Только не знаю, что.
Хэлен тихо, но красочно выругалась.
— В чём дело? — спросил Макс.
— Это кресты для экзекуции!
— В смысле?
— Инквизиторы кого-то поймали и теперь собираются казнить. Слышал о распятии?
— Само собой.
— Ну вот. А сейчас ещё и увидишь.
В этот момент несколько инквизиторов вывели из БТРа трёх человек в наручниках.
— Похоже, ты права, — проговорил Макс. — Это так называемые неверные?
— Возможно.
— Почему они не крестились, чтобы спасти себе жизнь?
— Откуда я знаю? Может, не верят в Иисуса. Или это просто мародёры.
— И что?
Хэлен невесело усмехнулась.
— Инквизиторы считают их одержимыми.
— И что?
— И изгоняют из них дьявола.
— Каким образом?
— Сожжением, как и в древности.
— Боюсь, я не очень знаком с подробностями древней истории, — признался Макс.
— ОК, тогда слушай. Сейчас их привяжут к крестам и поставят вертикально, потом достанут огнемёты и спалят. Это если пойманные — мародёры. Если просто не пожелавшие принять христианскую веру, то с них снимут скафандры и повесят трупы греться на солнышке.
Макс вспомнил, что бывает с человеком, попавшим в вакуум. Кровь закипает в жилах, глаза лопаются, из ушей течёт кровь.
— Что за дикость?! — проговорил он, вглядываясь в несчастных, которых расковали и теперь укладывали на кресты. — Ты уже видела такое раньше?
— Однажды. И ещё слышала рассказы. Поверь, эти ребята обречены. Много их?
— Трое.
— Наверное, мародёры.
— Почему ты так думаешь?
— Принять христианство отказываются обычно те, кто исповедует другую религию. Такие люди живут общинами, и казнят их не по трое и, как правило, на месте. Так что расслабься, это всего лишь мародёры.
— И что? Тебе их не жаль?
— А тебе?
— По-моему, никто не заслужил такого.
— Странно, я думала, Проповедники на этот счёт придерживаются иного мнения.
— Почему?
— Ну, вы же тоже христиане, разве нет?
— Не все, — соврал Макс.
— А ты?
— Нет. И никогда не был. И с чего ты взяла, что все христиане одобряют насилие? Насколько я помню, они исповедуют любовь ко всем, даже к своим врагам.
Хэлен фыркнула.
— Но это не мешало им сжигать еретиков ещё в шестнадцатом веке.
— Этим занималась Инквизиция.
— С одобрения Папы Римского.
— Но это было не во всех странах.
— Да, не во всех, — согласилась Хэлен. — Так ты не считаешь, что парни, которых поймали инквизиторы, заслужили смерть?
— Нет. Я считаю, что эти помешанные с крестами на танках нарушают закон.
— Чей?! — насмешливо спросила Хэлен. — Федерации или Республики?
— Федерации, во всяком случае, точно, — ответил Макс.
— Ну, так где же полиция, а?
— Как насчёт нас?
— В смысле?! — насторожилась Хэлен.
— Давай поможем этим несчастным.
— С ума сошёл?! Да инквизиторы расстреляют нас, как только заметят. Может, ты не заметил, но у них есть танки!
 
— Я мог бы снять отсюда парочку из них, пока они поймут, что к чему.
— А потом? Они закопают нас в этих песках. Нет уж, забудь! Я не собираюсь здесь подыхать! Мне, конечно, жаль этих парней, но своя жизнь дороже. К тому же, если ты не забыл, у меня важная встреча.
— Встать! — резкий голос прозвучал в шлемофонах у обоих.
— Что это?! — испуганно прошептала Хэлен.
  
Глава 11
 
Вместо ответа Макс медленно обернулся. Так и есть: за спинами у него и женщины стояли четверо инквизиторов в чёрных рясах с зачем-то накинутыми на шлемы белыми капюшонами. В руках они держали лазерные винтовки «Химера-21» с подствольным гранатомётом, бывшие на вооружении у федеральной полиции.
— Встать! — повторил один из них, красноречиво поведя оружием.
— Давай, — сказал Макс Хэлен, поднимаясь и отряхиваясь от песка.
— Снимай оружие. Только медленно, — велел инквизитор.
— Разве ты не видишь, что я Проповедник? — строго спросил Макс, протягивая вперёд руки в красных перчатках. — Моя миссия благословлена…
— Молчать! — перебил его инквизитор негромко. — Ещё не известно, кто ты на самом деле. Вырядиться так может каждый.
— И как мне доказать, что я говорю правду?
— Это выяснитSanctumOfficium.
— Кто?
— SanctumOfficium. Снимай оружие, кому сказано?!
Макс взялся за пряжку ремня, на котором висел бластер. Она специально была сделана у самой кобуры, так что Макс мог выхватить оружие за долю секунды. Двоих он успеет уложить почти наверняка, а вот что делать с ещё двумя? Первыми выстрелами они собьют его с ног, но не убьют — усовершенствованный бронескаф штурмовика защитит даже от четырёх попаданий в упор. После этого он расправится с ними (их скафандры явно не были рассчитаны на серьёзный бой). Но у Хэлен бронескафа нет, и если она поймает заряд, то наверняка погибнет.
— Я христианка, — вдруг проговорила женщина. — И могу доказать.
Голова инквизитора повернулась в её сторону, но его товарищи не шелохнулись.
— Каким образом?
— Я из общины Святого Бенедикта, координаты 34.45, дробь 57.81. Я ношу крест, освящённый Папой.
— Покажи, — велел инквизитор.
Хэлен быстро достала из поясного подсумка металлический крест с косой перекладиной. Макс был слегка удивлён, что женщина носит крест не на шее под скафандром, но решил, что она положила его так, чтобы можно было показать, именно на случай встречи с инквизиторами.
— Православная, — проговорил инквизитор, словно раздумывая.
— Да, — Хэлен протянула ему крест. — Можете убедиться: он освящён.
Инквизитор передал винтовку ближайшему товарищу и подошёл к женщине, доставая из складок рясы какой-то прибор. Приложив его на несколько секунд к кресту, он кивнул и сделал знак остальным опустить оружие.
— Прошу прощения, сестра, — сказал он, отходя на шаг и убирая прибор. — Сама понимаешь, каждая сволочь норовит вырядиться в благопристойность.
— Истинны слова твои, брат, — отозвалась Хэлен, пряча крест за пазуху.
— И ты прости, брат, — обратился инквизитор к Максу. — Моё имя Патрик, а позволь узнать твоё.
— Джон, — ответил Макс.
— Ты христианин?
— Да, брат Патрик, — ответил Макс, стараясь подражать Хэлен. — Но пока только в душе, — добавил он, опасаясь, чтобы ушлый инквизитор не потребовал на проверку крест.
— Что это значит?
— Как тебе, должно быть, известно, Церковь благословила наше паломничество, но не все из нас имели возможность принять причастие.
— Это правда, — в голосе инквизитора послышались нотки сочувствия. — К сожалению, война никого не делает счастливее. Но думаю, мы можем помочь твоей беде, брат.
— Каким образом?