Каратель. Том 4: На острие (СИ)

Покровский первым отстегнулся и, схватив лазерную винтовку, бросился в образовавшуюся в корпусе трещину. Макс снял страховочный ремень, помог освободиться бившейся в истерике Хэлен и потащил женщину за собой. Перед ними выскочил один из штурмовиков (Макс не понял, кто именно), за ними — ещё один.
Покровский со всех ног бежал по каменистой пустыне. Истребителя нигде не было видно, но Макс не сомневался, что он вернётся. Укрыться было негде: ни гор, ни камней, ни ущелий — только гладкая поверхность, покрытая сеткой мелких трещин.
— Они погибли, да?! — Хэлен захлёбывалась слезами и едва стояла на ногах.
У неё был шок.
— Да! — Макс потащил её за собой, хотя сам не знал, что предпринять.
Похоже, шансов уцелеть у них не было.
— Куда мы?! — проревела Хэлен, спотыкаясь на каждом шагу.
— Понятия не имею! — честно признался Макс. — Бежим за Покровским, — он указал на стремительно удаляющуюся фигуру.
Второй десантник уже давно обогнал их, а третий, похоже, остался в перехватчике — должно быть, потерял сознание.
Оглянувшись, Макс увидел, что разбившийся корабль охвачен пламенем. Это означало, что скоро взорвётся реактор, и лучше в это время быть от него подальше. Их, конечно, всё равно накроет радиацией, но в скафандрах бояться нечего.
Оглядевшись по сторонам, Макс заметил на горизонте возвращающийся истребитель. Проклятье! Нужно было сразу вступить в бой! Как назло, спрятаться было негде. Куда бежал Покровский, было непонятно. Вероятно, его просто гнал страх. Макс остановился.
— Что такое?! — спросила Хэлен.
— Бежать бесполезно, — ответил Макс. — Нам конец!
— Почему?!
— Истребитель возвращается, — Макс указал на горизонт.
Женщина разрыдалась, повиснув на руке Макса.
— Я не хочу! — закричала она вдруг и бросилась прочь.
Макс не стал её задерживать. Теперь уже ничего не имело значения. Сейчас корабль пролетит над ними и сожжёт лазерами, смешав с каменистой почвой Урана. Макс сел на землю и закрыл глаза — он хотел отключиться, чтобы не почувствовать мгновенной боли. Но на этот раз погрузиться в транс было трудно — сознание было охвачено ужасом смерти и отказывалось покидать человека. Макс стиснул зубы, продолжая попытки, но с каждой секундой лишь всё больше ощущал страх.
«Стоп! — сказал он себе. — Я не хочу умереть вот так — охваченный паникой. Пусть будет больно — так даже лучше: я буду точно знать, что был жив до последнего мгновения».
Макс замер, стараясь расслабиться и ни о чём не думать. Но мысли крутились, как бешеные. Может, стоит вспомнить лучшие моменты своей жизни? Макс попробовал представить что-нибудь, но у него ничего не вышло: всё его сознание было заполнено первобытным ужасом перед неизбежной смертью. Тогда он снова стал пробовать погрузиться в транс, чтобы забыться, но и это у него получалось из рук вон плохо.
Макс не знал, сколько прошло времени, когда кто-то неожиданно похлопал его по плечу. Вздрогнув, он открыл глаза и увидел Покровского с винтовкой в руке. Чуть позади него стояли два штурмовика, один из которых поддерживал Хэлен.
— Что случилось? — проговорил Макс, осматриваясь.
Небо было чистое — никаких смертоносных машин!
— Хрен знает, — ответил Покровский. — Я обернулся и увидел золотую птицу. Она напала на истребитель и уничтожила его. Просто расстреляла в упор. Там валяются его обломки, — он указал на восток, и Макс увидел метрах в восьмистах чёрное облако дыма, расползающееся в вакууме.
Перехватчик на мгновение превратился в пылающий остов: реактор наконец взорвался, и вспыхнули остатки кислорода.
— Какая ещё птица?! — проговорил Макс севшим голосом.
— Понятия, мать её, не имею! — отозвался Покровский. — Хэлен бормотала что-то насчёт Изиды. Не знаю, может, её боги действительно решили нам помочь. В любом случае мы пока живы, так что вставай, и будем решать, что делать дальше.
  
Глава 33
 
Макс поднялся на ноги, чувствуя слабость во всём теле — похоже, он ещё не отошёл от пережитого.
— Как мы теперь найдём дорогу? — Покровский с остервенением пнул булыжник.
 
— У меня остался навигатор, — Макс достал прибор из кармана плаща.
— Серьёзно? — Покровский схватил устройство и уставился на экран. — Но до места ещё семьсот километров! — он сунул навигатор обратно Максу и выругался. — Как мы туда доберёмся?! Как мы вообще отсюда выберемся? — он повернулся к Хэлен. — Почему бы твоей Изиде нас не подвезти? Может, договоришься?
— Я просто предположила, что это может быть кто-нибудь из богов! — раздражённо ответила женщина.
— Неужели? Какая полезная мысль! — скривился Покровский.
— Да пошёл ты! — огрызнулась Хэлен, отворачиваясь.
— Предлагаю узнать, не выжил ли кто-нибудь в истребителе, — сказал Макс, глядя туда, куда рухнул республиканский корабль.
— Да, я на это очень надеюсь, — Покровский с готовностью кивнул. — Пошли, ребята! — махнул он штурмовикам.
— Разве мы не похороним пастора Матвея, Никиту и…? — Хэлен растерянно взглянула на штурмовиков.
— Дэна, — подсказал один из них.
— О чём ты, мать твою, лопочешь?! — Покровский, обернувшись, развёл руками, в одной из которых была винтовка. — А?! Крыша поехала? Корабля больше нет! Разуй глаза! — он указал стволом на остов перехватчика. — Все стали шкварками, а вокруг такой радиоактивный фон, что не будь мы в скафандрах, через несколько часов превратились бы в лужи слизи, ясно?!
— Не ругайся, — тихо сказала Хэлен.
— Что?!
— Я сказала «не ругайся», — повторила женщина. — Почему ты всё время ругаешься?! — Макс услышал в её голосе истеричные нотки.
— Ты будешь говорить мне, что делать?! Сучка, я тебя грохну! — Покровский навёл винтовку на Хэлен, но нажать на курок не успел.
Макс опередил его. Выхватив бластер из кобуры, он выстрелом выбил оружие из рук Покровского.
— Что ты, мать твою, творишь?! — Покровский попятился, схватившись за кисть.
Штурмовики мигом взяли Макса на прицел, но не стреляли.
— Прикончить его, сэр? — спросил Игорь без особого энтузиазма.
— Нет, не надо! — Покровский упреждающе поднял руку. — Так какого хрена ты палишь во все стороны, Джон?! — снова обратился он к Максу. — Испугался за бабу?
— Не трогай её, — спокойно проговорил Макс, не опуская оружие.
Ствол бластера смотрел Покровскому прямо в лицо — вернее, в забрало шлема.
— Ладно, друг, не вопрос. Плевать мне на неё. Только, может, скажешь, что мне теперь делать с винтовкой, которую ты изгадил? — Покровский подошёл к оружию и пнул его ногой. — Просвети меня, Джон, из чего я теперь должен стрелять во всяких ублюдков?!
— Кто обидит малых сих, не пребудет в Царствии Небесном, — проговорил Макс, продолжая целиться в голову Покровского.
— Что?! Ты чего-то начитался? Возомнил себя защитником обездоленных? Ну, так я тебе напомню, что у нас есть цель, мать твою, и она важнее, чем обиды каких-то баб! Согласен? — Покровский развёл руками и сделал паузу, но, не дождавшись от Макса ни слова, добавил: — Так, может, забудем о том, что сейчас, блин, произошло, и займёмся делом? Опусти пушку, Джон!
Макс помедлил пару секунд, потом убрал бластер в кобуру.
— Мир? — спросил Покровский.
— Мир, — отозвался Макс.
— Вот и ладушки. Тогда идём дальше, — Покровский повернулся к одному из штурмовиков. — Игорь, дай мне свою винтовку.
Десантник пару секунд помедлил, затем протянул оружие Покровскому, а сам достал из кобуры бластер.
Покровский проверил магазин, развернулся и направился к обломкам сбитого истребителя. Штурмовики двинулись следом.
— Спасибо! — тихо сказала Хэлен, подходя к Максу.
— Не за что. Идём.
Они пошли за Покровским и его десантниками. Чёрное облако над обломками истребителя рассеялось, но корабль мог рвануть в любой момент, поэтому люди двигались медленно, чтобы успеть упасть на землю.
  
Глава 34
 
Лео пришёл в себя и пожалел об этом. Голова раскалывалась, глаза двигались с тупой жгучей болью, и он не чувствовал правую ногу от самого бедра. Судя по показаниям, выведенным на внутреннюю сторону забрала, скафандр вколол ему четыре кубика обезболивающего и три — стимулятора. Внутренних кровотечений не было, но медсистема диагностировала закрытые переломы двух рёбер, указательного пальца левой руки и правой бедренной кости. Лео приподнялся на локтях и огляделся.