Мой защитник (СИ)

 Рука сама по себе легла на светлую голову и зарылась в мягкие, словно пух, волосы. Глеб вздрогнул, но голову не поднял. Всё-таки боится моего ответа?
 - А о чём говорить? – всё же задал я ответный вопрос. Всё же это лучше, чем если бы я вновь повторил «я потерплю».
  
 Всё-таки парень не выдержал и, подняв глаза от стола, посмотрел на меня из-под густой чёлки.
 - О том, что я хочу целовать тебя, о том, что меня тянет к тебе, несмотря на то, что ты совсем не мой тип. В конце концов, я хочу поговорить о нас! – опять кричит! Пусть он прекратит! – Я не…
 Не знаю почему, но я сам схватил его за подбородок и притянул к себе. Может, просто из-за того, что я не мог слышать, как он кричит, или же из-за того, что сам уже был на пределе. Да, меня самого тянуло к нему, и я не знал почему. Может, я тоже всё-таки гей, но до сих пор не знал об этом?.. Нет, меня парни не интересуют, просто Глеб особенный.
 Руки парня обвили мой торс и он притянул меня к себе. Было неудобно, потому что пришлось наклоняться, так как Глеб всё ещё сидел за столом. Но это было такой мелочью, что я практически не обратил на неё внимания. Я полностью отдался чувствам, что наполняли меня, когда руки парня залезли ко мне под кофту и начали бродить по обнаженной коже.
 Наверное, я должен был его остановить, но это было так приятно. Так не хотелось делать шаг назад и вновь начинать разговор о том, что геи противны, и я не хочу с ним общаться. А я хочу. Хочу! Жаль, что просто дружить для меня скоро будет мало. Видно тем, кто не сможет сохранить нашу дружбу, буду я, а не он. Надеюсь, он не против.
 Я уже чувствовал нарастающее желание внизу живота, когда Глеб отстранился и затуманенным взглядом посмотрел в глаза:
 - Это твой ответ?
 Я лишь улыбнулся (рядом с ним это так просто) и, прижавшись к нему как можно ближе, спрятав свой нос у него в волосах, ответил:
 - Я же уже сказал, что не против, если ты будешь меня целовать.
 - Но, думаю, что если я буду делать это неожиданно, тебе может быть противно, так что давай установим время? Как тебе в будни дни с восьми утра до двенадцати и от часа до девяти вечера?
 Такая забавная фраза, сказанная настолько легко и наивно, вызвала у меня смех.
 - Я согласен, - ответил я.
 - Тогда можно сейчас? - невольно я посмотрел на часы, висевшие на стене. Двенадцать часов пятьдесят девять минут.
 - Нет, до назначенного времени ещё целая минута. Но ничего. Пока ты можешь меня просто обнимать.
 17. Поцелуи. ПОВ Глеба 
 Как можно воспринять такие слова от Вадима? Как понять этого парня, от которого я совершенно не ожидал услышать нечто подобное, что он сказал вслух секунду назад?
 Все-таки он странный.
 Я целую секунду переваривал предложение, что он произнес, и у меня в голове всплыла замечательная шутка. Вот если бы он сказал просто, что нам нужно остаться друзьями, я бы принял, пусть мне и было бы больно, но я бы постарался отказаться от мысли, что между нами может быть нечто более необыкновенное. Но Вадим пошел иным путем, полностью разрушив все мои мысли и скованность, что была прежде между нами.
 И если я теперь и мог надеяться на что-то, то это что-то было всем необходимым мне.
 Я никогда не думал, что мне сможет понравиться такой странный парень. Да, привлекательный внешне, но внутренне он сущая тьма, так как я не вижу чего-нибудь, что мог бы понять. Вот вроде, кажется, что ты поймал ту самую мысль, идею, которая бы могла быть основой всех его действий. Но проходит несколько минут, и его поведение становится настолько другим, или просто мне так кажется, что прошлый образ рушится, оставляя после себя разбитые стекла, из которых я вновь и вновь собираю его образ внутри себя.
 В любом случае, все это сейчас отходит как минимум на второй план, и передо мной есть только Вадим. Его губы сладкие, трепещущие, и я жду секунды, когда вновь смогу прикоснуться к ним. Облик Вадима безумно мил сердцу, что разум не оставляет сомнений – влюблен, как какой-то мальчишка. Но ведь мне всего семнадцать лет, вот и выходит, что все логично.
 Теперь он меня не боится, я это чувствую, но при этом он все же еще не до конца раскрылся передо мною, оставляя простор для размышлений.
 Я обнимаю его стан, и Вадим кажется таким хрупким в моих руках, будто фарфоровая кукла, но с таким бездушным созданием я не могу его сравнить. Пусть я и знаю его не так давно, но уже понял, что в этом маленьком теле бушуют сильные эмоции и стучит храброе сердце. Его глаза наполнены болью, она так далеко, но я не буду стараться отогнать ее как можно дальше, загнать в угол подсознания Вадима, нет, просто хочется заполнить это место собой, сладкими чувствами, что я испытываю к этому прелестному созданию с карими глазами, такими теплыми и любимыми.
 - Знаешь, - сказал я, закусывая нижнюю губу, - все же ты необыкновенный.
 Сжимаю его в своих объятьях сильнее, пусть и несколько боюсь сделать больно из-за своей силы.
 - Тебе так кажется, - отзывается он, пытаясь со мной поспорить.
 - Это не так, - говорю я, приближаясь к его губам, манящим меня безумно, я знаю, что могу его целовать, но так приятно оттягивать этот момент, даже несколько дразнить самого себя, и, возможно, Вадима тоже. - Ты самый лучший.
 Почти касаюсь его губ, он наверняка чувствует мое горячее дыхание на коже, даже невольно вздрагивает и закрывает глаза, и в эту секунду я наслаждаюсь его лицом, таким нежным и красивым, что не передать словами. Нежный поцелуй, мне не хочется быть грубым, пока что, я получаю удовольствие лишь от его запаха, от близости с ним, от этого великолепного чувства внизу живота. Это не бабочки порхают – слоны прыгают, выплясывают джигу.
  
 Сердце бешено стучит, давит на виски, отзывается эхом в ушах, заставляя меня поддаться новым эмоциям, которые поедают меня изнутри, оставляя лишь безграничную любовь вкупе с обожанием.