Опасный босс моей подруги (СИ)
Мне уже плевать, что подумают окружающие, тем более что Платон закрывает меня собой так, что складывается впечатление, будто в этой Останкинской башне, по крайней мере здесь, наверху, мы только вдвоём..,
У этого поцелуя нежный и чуть терпковатый вкус полусухого вина... А от того, как Платон сжимает моё бедро, от того, как скользит пальцами по обнажённой коже над чулками, немного, но дико возбуждающе задирая платье, я почти теряю остатки контроля над собой. Еле сдерживаюсь, чтобы не залезть ему рукой в брюки.,,
Хочу его так, как никогда никого не хотела.,, Хочу прямо сейчас... Он какой-то фантастически, просто сумасшедше, сексуальный... Я уже готова отдаться ему прямо здесь...
- Что,,, ты делаешь со мной.,. - едва выдыхаю я.
Его пальцы нежно касаются бедра совсем рядом с трусиками.., Дыхание перехватывает... Между ног уже просто пламя,.. Ещё чуть-чуть и я просто с ума сойду от желания...
- Если ты сейчас такая страстная и чувственная, - восхищённо шепчет он, - то какая же ты в постели...
Тону просто в его глазах...
- Узнай... - шепчу я в ответ,
Он, склоняется ближе и легонько целует мою шею. Невольно издаю тихий стон... Просто не получается сдержаться,..
Как же я теку,., Мокрая вся,,, Платье точно мокрое,.. Это какой-то чувственный крышеснос...
- Поехали ко мне?
Чуть отдаляюсь. Всматриваюсь в его чуть прищуренные, изучающие глаза.
- Скажи честно, - от возбуждения дыхание перехватывает, - пожалуйста.., только честно,,, я для тебя... просто увлечение, да?
Слова даются с трудом. Кажется что даже мой шёпот дрожит,..
Он убирает ладонь с моего бедра. Причём делает это так, что я с трудом сдерживаю новое желание застонать от потягивающего между ног предвкушения удовольствия,
- Нет,,. - он качает головой.
Пытаясь унять пульсирующую тянущую тоску по мужскому члену, свожу ноги вместе, плотно сжимаю бёдра. Как же там призывно всё тянет,,, Как же хочется ощутить его член внутри себя,,. Ну, хотя бы пальцы... Это становится уже невыносимым...
Переплетаю ноги, чтобы унять дрожь в коленях, Ничего не выходит... Мне просто уже трудно терпеть... Это какой-то край возбуждения.,,, Голову кружит,,. А соски сейчас лопнут просто от напряжения,..
-Ты точно... не относишься ко мне, как.,, к девочке на ночь? - почти стон.
- Карина.,, - он берёт мою руку в свою, вызывая волну мурашек, Чувствую тепло его ладони, лёгкое сжатие пальцев. - Я о тебе думаю, практически не переставая, с того момента, как увидел тебя, Это правда так. Ты мне безумно нравишься, просто с ума сойти можно, как сильно. Я когда тебя только увидел впервые, тут же стал думать о том, как сделать так, чтобы ты была со мной рядом.
Я и без того вся трепещу от желания, а когда слышу эти слова, меня едва в слёзы не кидает от нахлынувших эмоций. Неужели он это всерьёз? Ну неужели по правде?
Таю от его взгляда невероятно... Он полон желания, теплоты и нежности ко мне, он кружит голову, заставляет думать только об одном... Как же я хочу его... Ну, почему мы сейчас в ресторане?!
- Мужчина, я очень извиняюсь, - рядом с нашим столиком вдруг раздаётся низкий женский голос, - можно вас на минуточку?
Едва не вздрагиваю.
Платон оборачивается на звук. Выглядываю из-за его мощного плеча и вижу полную пожилую женщину в деловом костюме и в очках с короткой, будто взбитой причёской.
Она переводит взгляд на меня: - Извините, пожалуйста, - а затем снова обращается к Платону, одновременно с моим тихим "Ничего страшного'': - Там в соседнем зале мужчине плохо стало, - в её голосе и мимике - волнение и испуг. - А он тяжёлый очень, грузный. Его перенести надо на диванчик. Вы могли бы помочь? Скорую уже вызвали.
- Да, конечно, - Платон быстро встаёт и оборачивается на меня: - Я скоро приду, Карин. Помогу и приду.
Я растерянно киваю и, ничего толкам не понимая, смотрю им вслед. Впечатление, что я сейчас в обморок рухну на этом стуле...
Проходит минуты две, не меньше, прежде чем я немного прихожу в себя. Слабость по всему телу, во рту пересохло. Беру бокал и залпом допиваю остатки вина. Становится немного легче.
И как только я ставлю пустой бокал на стол, рядом раздаётся тихое жужжание. Чёрный смартфон Платона чуть дрожит и сразу же замирает. На вспыхнувшем экране отображается полученное сообщение.
Куснув губу, смотрю туда, куда ушёл Платон, затем снова на телефон. Любопытство берёт верх и я немного накланяюсь вперёд, чтобы получше рассмотреть маленькую фотографию и первые слова смски - только их и видно до многоточия.
Колотящееся от волнения сердце будто останавливается разом. Ухает куда-то в живот.
Ледяной душ...
"Приедешь отшлёпать свою плохую девочку?) Тебя ждёт вкусный ужин, шикарный минет и..."
Оля.
На аватарке её улыбающееся лицо...
Рыжая фитоняшка... Руководитель отдела продаж...
Глава двенадцатая
Какая же я глупая... Какая же глупая...
Меня захлёстывает такое сильное чувство обиды, что несколько секунд я трачу всю энергию только на то, чтобы не разреветься на месте.
Сижу на стуле, смотрю сквозь стекло на огни ночной столицы и отчаянно кусаю губу. "Так, Карина, взяла себя в руки!" - мысленно приказываю я себе, и принимаюсь потихоньку вылезать из-за стола.
" Ещё ты будешь реветь из-за него тут! Ещё чего не хватало..."
А у самой губы дрожат...
В душе - настоящий шторм с ливнем, молниями и громом. Меня то накрывает волной болезненной жалости к себе, то злости на себя за то, что я такая наивная дура позволила Платону так легко себя провести, то злости на него - богатого и спортивного красавца, долбанного плейбоя, который, пользуясь тем, что он так хорош, дурит головы наивным девчонкам.
Встаю из-за стола и, едва держась на ногах из-за того, как сильно меня штормит, иду к выходу. В ногах слабость, руки трясутся, хочется упасть на пол, спрятать лицо в ладонях и расплакаться, словно маленькая девочка. Но я только кусаю дрожащие губы и, удерживая поступающий к горлу ком, иду клифтам.
На столик даже не оглядываюсь.
Единственное, чего я боюсь: это столкнуться с Платоном на площадке. Обнимаю себя руками, потому что почему-то мёрзну. То и дело поправляю сумочку и думаю о том, куда же мне теперь ехать... В корпоративную квартиру или обратно к себе в общагу... В квартире вещи... Их же надо забрать...
Метро, наверное, ещё работает... Хоть бы работало!!! Я не уверена, что мне хватит денег отсюда доехать на такси, хоть туда, хоть туда...
В лифте уже отворачиваюсь к стене, потому что сдерживать слёзы получается уже плохо, а со мной едут люди.„ Мне плевать уже на пятно на платье, у меня веки щипет и мне ужасно хочется плакать...
Мне та-а-ак обидно... Так больно...
Развесила уши, дурочка...
Поверила ему...
Понятно же, что у него таких, как я - пруд пруди... Меняет одну за другой, наверное... И каждой врёт про то, что только о ней и думает...
Господи, ну какая же я дура...
"Потому что Дора - дура, супердура, Дора-дура".,. Да уж... В тему песенка тогда вспомнилась... И крутится теперь припев этот в голове, будто заведённый...
Вниз приезжаю уже украдкой смахивая катящиеся по щекам слёзы... Состояние такое, что хочется тупо залезть под одеяло в пустой квартире и завыть... И чтобы не трогал никто...
Люди всё еще приходят, кто-то ругается с охраной на контроле, а я, тупо глядя перед собой, молча цокаю на каблуках через турникеты к выходу... Надеть бы сейчас кроссовки и джинсы с толстовской, выкинуть в кусты все эти подарки и припуститься бежать... Как же мне плохо...
Выхожу на улицу будто в тумане...
А на улице прохлада... Порыв ветра холодом обжигает мокрые от слёз щёки...
На дворе ночь. И одета я совсем не по погоде. В этом платье с открытыми плечами и шеей, под которым особенно-то ничего и нет, мне очень быстро становится холодно. Тем более, что вокруг башни - сплошь открытое пространство - две огромные дороги, по которым проносятся машины. И дует очень.