Закон Долга. Вестница (СИ)

Громыхнула дверь: гонец унёсся выполнять поручение.
– Ваши величества, это ещё не все известия. Боюсь, что следующее будет ещё более… Более.
У барона не нашлось нужного слова.
Монархи, казалось, уже дышали по очереди, не имея желания представлять, что может быть «более», чем гнев богов, обращённый на два народа сразу.
– Госпожа Ириан. Судья похода. Она не чужеземка.
– Кто же? – нетерпеливо спросил Варин, желая лишь, чтобы его молочный брат хотя бы в этот момент изменил своей привычке говорить размеренно и поторопился.
– Вестница Изнанки. Творец.
Всё. «Видеосвязь» можно выключать. Окаменелости на том «конце провода» вещать были не способны. Ира холодела внутри, видя, как эта информация действовала на всех подряд. Становилось не просто страшно, она была бы рада спрятаться и не показывать носа наружу. От всей этой ситуации за километры несло такой ответственностью, за которую в здравом уме лучше не браться.
Она подошла к экрану, встав рядом с Лэтте-ри и невольно схватившись за его рукав обеими руками, пряча глаза от тех, кто готов был прожечь в ней дыру.
– Если вам от этого будет легче, то новость, что я чей-то там творец, для меня не менее неожиданная и шокирующая, чем для вас.
Кальтаэн дёрнулся было встать, но Ира пресекла этот порыв, замахав руками:
– Стоп. Хватит. Не нагнетайте. Мне и так неловко до жути. Я ещё не до конца смирилась с мыслью, что не попаду домой, пока не совершу чёртового подвига.
– Я понял, госпожа вестница, – сказал Кальтаэн. – Значит, вы не просто гость нашей страны, а посланы на благо всем нам? – тану совершенно не смутило, что она теперь свободно общается.
– Ваше величество, видит бог, я бы рада сказать вам хоть что-то конкретное или обнадёжить, но… если честно, я в ступоре. По вашим меркам, я морально, наверное, совсем ребёнок. У нас даже замуж раньше двадцати редко выходят! А от меня требуют сотворить что-то эдакое никому не известным способом, лишая возможности вернуться к семье, – она потёрла переносицу. – Дайте хоть отдышаться от новостей и привыкнуть… ко всему этому.
– Понимаем. Прошлые творцы тоже не сразу смирялись со своей судьбой.
– А вы можете рассказать о других? – жадно ухватилась за его фразу Ира. – Пока я тут, в Каро-Эль-Тане и богини позволяют мне говорить, не спотыкаясь на каждом слове?
– Спросите моего брата, он очень хорошо знает эту часть нашей истории. А если изволите посетить наши города, кое-что и показать сможем.
– Не сейчас.
– У вас другие планы? – мрачно спросил король. Он не радовался перспективе учитывать в своих расчётах поступки непредсказуемого вестника, которого специально прислали, чтобы он перекроил что-то глобальное.
– Я хочу домой. Очень хочу. И если есть на карте вашей страны место, которое просто вопит о вмешательстве, то это Мрекское болото. Вы там такого наворотили… или ваши предки… не суть! Я хочу начать там. Абсолютно не представляю, чем могу помочь, но если смогу, то…
– Там всё настолько плохо? – в голосе короля сочувствия не было ни капли.
– Хуже некуда. Я приняла решение поехать с Лэтте-ри… дайна-ви в Руин-Ло.
– Куда?!
– Ну где тут у вас живёт Низз и сквери какие-то. Первый раз слышу о таких, если честно. Если что-то и нужно править, то именно на болоте. И срочно. Совершенно без понятия, что делать, но начинать в любом случае нужно там, где больше шансов.
– А при чём тут сквирри?
Потребовалось некоторое время, чтобы объяснить цель поездки. Дайна-ви исподволь смотрели на герцога с бароном, прекрасно понимая, что весть об их слабости перед холодной погодой улетела с первой же птицей, разве что могла ещё не достигнуть адресата. Потому ничего не стали скрывать.
 
– Вестник, присланный помочь рабовладельцам. Не знал, что доживу до такого, – сказал король с плохо скрываемой неприязнью.
– Вы там не были, – Ира позволила себе жёсткий тон, – вас бы проняло до костей от того, что там творится.
– Это «что-то» извиняет рабство?
– Мне и самой оно пришлось не по нутру. Я его изнутри знаю. Но чтобы понять весь объём той жути, далеко копать не надо. Достаточно взглянуть на детей. Извиняет? Нет, конечно. Но если бы ваши дети жили так, как там, то вы бы пошли на что угодно – и на создание рабовладельческого строя, и на убийство. Не знаю существа, способного в тех условиях поступить иначе.
– Женщина…– в этом слове было много всего намешано. От констатации факта до скривлённых губ.
– Мы бы хотели сопровождать творца, ваши величества, – сказал барон так, что слово «хотели» легко заменялось в интерпретации на «будем».
Это заявление вызвало паузу. Фавориты монархов подверглись массированному обстрелу взглядами и тяжёлой мимики от своих повелителей, стойко их выдержали и ответили тем же.
– Согласен, – сказал король.
– Я тоже, – согласился тану.
– Когда вы отправляетесь?
Все уставились на Иру.
– Фирра дала совет познакомиться с народом, который скоро прибудет в Каро-Эль-Тан. Судя по всему, это будут нир… ящеры. Сказали, пару дней. Если ничего больше не задержит – поедем.
– Нир-за-хар? Могу только посочувствовать, госпожа вестница.
Ира удивилась тому, насколько скривилось лицо короля при упоминании о ящерах. Не ожидала от него такой откровенной брезгливости. Люди их тоже не любят? Лицо барона Бирета подтверждало эту догадку: он выглядел так, будто прямо сейчас ел васаби столовой ложкой, закусывая лимонами.
– Мы будем признательны, если будете держать нас в курсе перемен, – сказал Кальтаэн.
Ира кивнула вместе со всеми, и рамка внезапно погасла. Скорее всего, откликнулась на её состояние: она считала разговор оконченным. Его итог ей понравился. Шороху они навели, очень многих сдвинули с места, новости полетят самым быстрым способом, который изыщут монархи. Там, в Ризме, сейчас полная суматоха. А что будет дальше – покажет жизнь. Стало легче.
– Мне необходимо поговорить с вами. Наедине, если можно, – сказала она герцогу с бароном, и они вышли на улицу.
Она некоторое время собиралась с духом и словами. Понятно, что на вопрос: «Каковы ваши реальные цели поездки?» – два придворных интригана ей не ответят. Но кое-что прояснить надо.
– Господин барон, я хочу задать вам один вопрос.
– Задавайте.
– Я знаю, как амелуту относятся к дайна-ви. О ваших законах и вашей ненависти успела наслушаться. Я понимаю, вы человек подневольный и были распоряжения, но в той ситуации… мне слабо верится, что вас остановил от убийства только приказ короля. К тому же мои полномочия были временными. Если бы вы захотели, они бы вас не остановили. Так почему вы сохранили жизнь Лэтте-ри и его спутникам?
Барон некоторое время молчал.
– Были воля Сестёр и приказ монарха. Но окончательная гиря на чаше весов никакого отношения к приказу не имела, – сказал он в итоге. – Это личное.
– Настолько большой секрет? Если это так, то я не буду настаивать.
– Не настолько. Меня задели за живое ваши слова о прощении.
– В смысле?
– В прямом. Это напомнило мне меня самого. Вы ведь знаете, кому я служу мечом и жизнью? Кто мой лучший друг?
– Вы о его величестве Варине?
– Да. В моей биографии когда-нибудь напишут немало нелестных слов, и никто не поинтересуется, что именно подвигло на поступки. И хотя этот так называемый «секрет» известен каждому при дворе, я предпочту, чтобы этот факт стал известен вам из моих уст, а не в виде слухов. Вы простили дайна-ви рабство и шейба-плеть. А я своему повелителю – казнь моего отца.