Закон Долга. Вестница (СИ)
– Что скажешь? – не поворачиваясь, спросила Латнерия.
– Увлёкся, – шёпотом ответила ей Мрат, слегка растянув последний слог, что сделало это слово похожим на змеиное шипение.
– Да. Согласна. В моём племяннике достаточно тяги к авантюрам. И он прав – это путешествие его изменит. Хотя бы потому, что он жаждет перемен. Как ни ломала его мать, а превратить в удобный инструмент так и не смогла. Отдавать на воспитание Пустыне было ошибкой. Но то, что получилось в итоге, мне нравится. Однако рассчитывать на то, что он станет столпом престола, уже не стоит. Он нашёл существо, за которым последует. Хоть и тешит себя иллюзиями, что делает это ради всего народа эйуна.
– Предаст?
– Нет. Ни в коем случае. Но мне кажется, будет искренне верить, что новое – лучше. А нам важна стабильность. Мы не должны забывать уроков истории. Наша чаша весов вековой памяти должна уравновесить чашу весов вестницы и её нововведения. Потому пока эблис набирает высоту, мы озаботимся шкурами для мягкого падения. Достань перо и чернила.
Комментарий к Глава 6. Генезис
Иллюстрация: https://vk.com/rahidetel?z=album-184628256_266457357
Всегда самая актуальная информация в группе ВК: https://vk.com/rahidetel
========== Глава 7. Библиотека ==========
О-Мариф с мужем встретили Иру накрытым завтраком. Дайна-ви, вернувшиеся раньше, тихо переговаривались на своём языке. Она захлебнулась слюной от запаха жареного мяса, которое готовил горец. Ещё вчера она оценила эту странную, но вкусную, с перчинкой кухню, и сейчас желудок жаждал повторения. О-Мариф заметила её реакцию и со смешком подтолкнула за стол.
– Ешь, пока есть такая возможность! Днём-то обед себе сами готовить будете.
– Вы уезжаете? – с грустью спросила Ира.
– Да, лапушка. Время пришло, да и… встречаться кое с кем неохота. Кудрявенький напел, что вам Карающая обещала знакомство с иным народом. Мы тоже чуем их приближение. И потому – уходим.
– А они что, такие страшные?
Впервые за всё время знакомства голос подал горец:
– О внешности судить – бабье дело. Этих тварей под нож пустить мало! Но нет охоты грех брать на душу на священной земле.
Ира чуть не подавилась подливкой, разглядев, какой ненавистью полыхают глаза маленького человека. О-Мариф замахала на него руками, и он, глубоко вдохнув, снова стал возиться в очаге.
– Вот видите. Время нам. Время. Не хмурься! Наша вражда – это наша вражда. А вам слово Сестёр и Их напутствие в помощь! Я тут вкусняшек всяких оставила – ты уж есть не забывай. Долг долгом, а силы тебе теперь понадобятся. И спутникам твоим. Попозже покажу, что где лежит.
Ира поблагодарила, про себя отметив, что теперь в травяном домике за хозяйку, пока не приедут таинственные незнакомцы. Которые тоже не со всеми в ладах, как выяснилось.
Ей до сих пор было совестно за то, что участники каравана по её милости полночи не спали. Потому она буквально стребовала с дайна-ви пойти отдыхать. Только Линно-ри напрочь отказался, сославшись на необходимость отправить вести домой. Увидев, что его слова вызвали горячее любопытство, он поманил её пальцем на улицу, покопался в поясной сумке и извлёк оттуда маленький глиняный свисток необычной формы с тремя ответвлениями и кучей дырок. Прикрыв большую часть отверстий пальцами, он закрыл две «трубки» и дунул в третью. Резкий неприятный свист ударил в уши, и мгновением позже с неба прилетел ответ, а следом на плечо мужчины упала крупная птица с хищным клювом. Покрытая белыми в редкую чёрную крапинку перьями, с пушистым воротником серебристого цвета, она походила на исхудавшую сову. Линно-ри прикоснулся щекой к её голове, и птица потёрлась об него, возвращая ласку.
– Какая лапочка! А погладить можно? – спросила Ира, в очередной раз превращаясь в фанатичного любителя животных, ничего не способная с этим поделать.
Дайна-ви молча вытянул руку, «сова» перебралась на неё. Ира аккуратно поднесла пальцы к шее птицы. Пух был нежным, как у недавно родившегося щенка, а перья плотными. Птице понравилась ласка, и уже через минуту, преодолев первое недоверие, она вовсю тёрлась об Ирину руку. Линно-ри терпеливо ждал, и когда птица, наконец, соизволила вернуть внимание ему, бережно посадил на плечо и достал из-за пазухи крепко связанную трубку из бумаг. Письма домой. Длинные и с подробностями. Привязав послание к лапке, он начал выщёлкивать пальцами обеих рук замысловатый ритм. Когда закончил, птица задрала голову, и из её горла послышался стрекот, в котором с лёгкостью угадывалась мелодия, нащёлканная воином. Линно-ри кивнул, и она взлетела, быстро исчезнув в облаках.
– Я думала, только ведьмы могут использовать белых рау, – послышался у них из-за спины голос О-Мариф. Женщина задумчиво вытирала руки о тряпку.
– Подарок, – коротко ответил ей Линно-ри.
– Есть за что?
– Есть.
– У них или у тебя?
– У меня.
О-Мариф вздохнула.
– Вроде и поздравить тебя хочется, а вроде и горестно. Я женщина. Что у вас говорят в таких случаях?
– «Разные пути, далёкие дома. Лишь кровь – едина».
– Мудро. Как мудрость гор. Но куда печальнее. Ваши обычаи велят помнить о семье, но не надеяться на встречу?
– Мы и на завтрашний день не особо надеемся, госпожа. Цена неверного шага на болоте, как и цена неверного шага в горах, одна и та же – жизнь. Да и привыкли к тому, что Холод обрывает её в любой момент. А значит, и вернуться домой… С другой стороны, дорога на Ту сторону – тоже дорога. Когда-нибудь встретимся.
О-Мариф подошла и взяла его за ладонь, с сочувствием заглянув в глаза. Линно-ри отшатнулся, выдернув руку. Словно с непривычки. Судорожно поклонился и ушёл в дом.
– А ведь он мечтает вернуться, – сказала О-Мариф, – несмотря на все традиции и воспитание. Сильный мальчик.
Ира не нашла что на это сказать. Из разговора, невольным свидетелем которого стала, она, как всегда, ничего не поняла. Лишь усмехнулась «мальчику». А правда, сколько лет маленькой женщине? Может, она старше? Но задавать столь нетактичные вопросы её не учили.
Чуть постояв в одиночестве, стараясь надышаться лесными ароматами и свежестью на год вперёд, она вернулась в дом и села рассматривать содержимое новенькой зелёной сумки.
«Семь телефонных звонков». Признаться, первым порывом было всучить один дайна-ви – пускай порадуют родных, но фраза «используй с толком» в исполнении Илаэры заставила повременить с поспешностью. От того, рано или поздно доставят вести, которые есть на сегодняшний день, ничего не изменится. Это просто даст надежду и предотвратит поспешные решения, которые правители Болота могут принять под давлением нужды. Но окончательного разрешения проблемы пока ещё нет. Информация, полученная от воинственного племени из Руин-Ло, может оказаться важнее, чем то, что они способны дать сейчас. Так что пусть будет птица. А вот известить об изменениях обстановки правителей эйуна и амелуту – важно. У них не одна птица. Множество. Вот и пускай летят из конца в конец вместе с гонцами на архи, объясняя фанатикам, что дайна-ви нынче неприкосновенны. Спокойней путешествовать будет. Так что один-два шарика по-любому используем сегодня, когда герцог и барон выспятся. И пусть всё утрясётся.
Ира почесала затылок. Самой бы навести порядок в мыслях. Она до сих пор чувствовала себя слегка пришибленной гранитом знаний после рассказа богинь. Тьма вопросов, не всегда касающихся её задачи, роилась в голове. «Создала себе Сестру» и «в мир пришла богиня». Это, вообще, как? А разница есть? С другой стороны, понятно, что ей попытались простыми словами объяснить вещи, которые человеческому мозгу осознать во всей полноте невозможно. Языком поэзии там, где не справились научные термины.