Восходитель. Том 4 (СИ + иллюстрации)

— Как думаешь, почему? — спрашиваю я спутницы насчет божеств.
— Наверное, потому, что на втором этаже начинается для них что-то интересное, а третий и четвертый лишь подготовительные, — Эслинн поудобнее перехватывает связку тубусов. — Но могу ошибаться.
— На самом деле меня посещают те же мысли.
Я смотрю на проходящую пару людей. Нет намерений с ними знакомиться, а главный квест Кузнеграда не принуждает к кооперации сверх меры. Но что будет на пятом этаже? Есть нехорошее предчувствие, либо я просто паникер.
  
На улицах промышленного города стало гораздо тише, чем было до трансмутации. Раньше ездили паровые машины, кареты, запряженные механическими лошадьми, и стучали поезда и трамваи. В первый день было ненормально тихо, трубы заводов перестали дымить. На второй день первые живые мехалиты начали появляться на улицах города. Но подходить к ним было нельзя из-за барьеров вокруг разных районов. Сегодня Кузнеград гораздо живее, кузнеградцы теперь куда живее, пройдя первоначальную адаптацию после преображения. Думаю, администраторы сыграли в этом не последнюю роль, так как заинтересованы в продолжении использования этого места.
Квартал ремесленников кажется куда тише, но до слуха уже доносится стук металла о металл, шипение пара и грохот цепей. Какие-то мастерские уже открыли двери, вероятно, те, у кого уже были договоренности с восходителями. Эслинн смотрит из стороны в сторону, а потом указывает на лавку Афинна. Магические кристаллы светятся вокруг его двери, как и прежде, а внутри тоже мало что изменилось, если не считать мастерового.
Бывший мехалит оборачивается, услышав наш приход, и ставит ящик на прилавок. В прошлый раз у него голова была как будто целиком из металла цвета золота, без глаз, носа и рта, а сейчас вполне обычный человек, что смотрит на посетителей золотыми зрачками с коричневым белком глаз.
— Да осветит Свет ваш путь, — Эслинн здоровается первой. — Скажите, вы можете принять наш заказ?
— И ваш путь тоже, — с паузой отвечает ремесленник. — Я сейчас не в самой лучшей форме, но, думаю, смогу вам помочь. Активных заказов нет.
Мне кажется странным, насколько человек передо мной спокоен. Три дня назад он вернулся в человеческий облик, что является серьезным стрессом. Но сейчас он как будто под седативным и не до конца осознает произошедшее с ним. Такое я уже видел у других мехалитов и могу предположить, что дело как раз в ментальном подчинении. Машина Трансмутации будто бы перекрыла краник свободы воли и переживаний, пока организм не освоится.
— Как много у вас чертежей. И все третьего гира, — Афинн смотрит на то, как мы свалили на прилавок добычу из архива Ядракрадов. — Вы уже выбрали?
— На самом деле хотели бы получить консультацию. Не уверена, на что стоит обращать внимание, — признается Эслинн.
— Что же, это нормально. Мало кто с первого раза может понять, что это подходящее ему оружие. У меня есть список вопросов для тестирования, также могу подобрать относительно ваших навыков, Пути и личного опыта.
Я не стал мешать обсуждению, отойдя в сторону и смотря на коллекцию магических кристаллов, выложенных на стене в форме картины. Не видел её в прошлый раз, но сейчас ничто не мешает мне удивиться тому, что на картине из камней изображен зеленый луг под лучами закатного или рассветного солнца. Идиллическая картина природы, которой в Кузнеграде просто не существует. Интересно, Афинн вывесил эту картину потому, что вновь стал живым и вновь учится мечтать и наслаждаться жизнью? Через какое-то время Эслинн подходит ко мне с двумя чертежами.
— Ну как, выбрали? — спрашиваю я.
— Остановились на этих двух. Что ты думаешь?
— Ты хочешь узнать мое мнение? Это все же твой «инструмент».
— Да, хочу. Посмотришь?
Я польщен, хотя все равно не смогу ничего дельного сказать. Похоже, Эслинн важно мое мнение, пускай неавторитетное. Значит, нужно подойти к делу серьезно. Эти чертежи я уже видел, на них изображены перчатки, напоминающие латные. Одна перчатка в окружении полос света, а другая как будто держит солнце в руках.
— Значит, хочешь выбрать из этих двух?
— Не совсем. Я решила, что хочу оба.
Я рассмеялся такому решению, ведь сам даже не подумал о том, что мог бы себе замутить дополнительные артефакты. Нигде ведь не было сказано, что есть лимит на «инструменты», значит, эльфийке ничего не мешает хотеть сразу обе перчатки. Кроме, конечно, времени, денег и ресурсов.
— В таком случае благословляю тебя. Нам нужно будет теперь собрать кучу денариев и ресурсов?
— Вопрос с деньгами решен, Афинн сказал, что возьмет в качестве платы остальные чертежи, даже твои использовать не придется. Там даже еще денег останется, так что для соблюдения торгового баланса выдаст нам материалы. Ты не против произвести такой бартер?
— М-м, всё окей. Не против. Это позволит нам сэкономить кучу времени. Сколько дней займет работа? — я возвращаю чертежи.
— По два дня на каждую перчатку. Еще бы мне хотелось вернуться в подземелье.
— М? Ты что-то там забыла?
— Нет, но я не хочу просто сидеть в квартире и ждать. Я спущусь вниз и буду тренироваться. Возможно, посражаюсь с монстрами, — взгляд серых глаз тверд и спокоен, хотя аура говорит о том, что девушка все же волнуется.
— Без проблем. Айда перевернем подземелье вверх дном напоследок.
— Нет, я хочу пойти одна. Если я буду с тобой, то никакого испытания себе не устрою.
«Так вот в чем дело», — понимаю я.
Я могу догадаться о том, что она не хочет чувствовать себя обузой в будущих испытаниях. Но при этом мне очень не хочется отпускать её одну. А вдруг с ней что-то случится? Я ж не смогу спокойно сидеть на жопе. Но при этом, смотря на сосредоточенное лицо, я понимаю, что не стоит навязывать свое присутствие сверх меры. Иначе мне припомнят мои же слова на третьем этаже. Когда Эслинн попросилась со мной, я сказал, что ей нужно будет становиться сильнее, быть наравне со мной. Если сейчас упрусь, то не дам ей способа для развития.
— Хорошо. Но могу тебя попросить не уходить на очень глубокие этажи?
— Конечно. Я расскажу тебе маршрут, к тому же у Афинна есть не все материалы для второй перчатки. Думаю, за два дня я управлюсь, и это максимум.
— Добро. Но если через два дня тебя не увижу, так и знай, я пойду в подземелье и разрою его до основания, чтобы тебя найти и прочесть лекцию о том, как важно хранить свои обещания.
— Конечно, — широко улыбается Эслинн. — Я не подведу.
А потом уходит к Афинну, чтобы отдать чертежи, а мне, значит, придется ковырять в носу всё это время. Или тоже потренироваться?
На самом деле не чувствую в этом большой необходимости прямо сейчас, хотя разумом понимаю всю важность. Нетрудно догадаться, что испытания дальше будут становиться серьезнее, когда «обучающие» этажи закончатся. И нельзя забывать о том, что мы с каждым этажом будем приближаться к восходителям, что сильнее и опытнее нас. Это снова наводит меня на мысль о Мортимере Вроке. Я уже поставил перед собой дополнительную цель.
«Этот урод сдохнет», — мысль кажется странной, так как я никогда в жизни не испытывал ненависти к кому-либо такой сильной, что всерьез хотел убить.
Даже на войне мои враги были обезличенными, в прицеле автомата лиц особо не разглядишь, не говоря уже о более дальнобойном оружии. В ЧВК мне все же платили деньги за риск, это было главным стимулом, а не личная вражда или чувство долга. Но сейчас надо мной нависает очень весомая угроза, с которой я вступил в конфликт еще на первом этаже, пускай и опосредованно. Потом Мортимер Врок заставил Софию из Стальных Грив устранить меня, не дав ей ни шанса. Мне пришлось её убить, чтобы избавить от приказа. Такое отношение к членам собственного клана мне не нравится, и я уверен, что это только начало.
  
«Это отличная цель», — по всем меркам я не вижу смысла уклоняться от вызова.
Вызов Вроку согласуется с моим желанием изменить Башню Испытаний, просто это изменение будет не через администраторов и этажи. К тому же это достаточно сложная задача, чтобы помочь мне стать еще сильнее. Так или иначе всё сводится к тому, что на верхних этажах меня ждет война не только против выкрутасов Башни. И Эслинн эта война тоже заденет.