КЖД III (СИ)

— Эти? — лошадь от близости Кальдура занервничала и покачнулся, всадник едва удержался в седле, при это сохранив осанку.
Кальдур вдруг узнал его. «Гражданин» Анфлис. И Анфлис узнал его тоже.
— Новобранца я допрошу лично, — ответил Анфлис после продолжительной паузы и внимательного взгляда. — А бабу отпустите, не до этого нам сейчас.
— Отпустить?
— Если я вдруг начал говорить по-собачьи, то ты должен был только лучше начать понимать меня, пёс. Я здесь, чтобы спросить у вас, какого чёрта вы тут так долго копаетесь и отстаёте от плана продвижения.
— Работаем как можем, — сержант побледнел ещё больше. — Селяне… селяне часто прячут… приходиться допрашивать их долго…
— Работаете быстрее! Час у вас ещё! — рявкнул Анфлис. — Не справляетесь — под трибунал пойдёте!
— Отпустите девку! — заорал сержант, солдаты подчинились. — Шевелитесь!
Заплаканная и перепуганная девушка, на которую всем вдруг резко стало плевать, заревела ещё сильнее и бросилась прочь.
— Ну? Какого хера? — раздался ещё один знакомый голос и к ним подъехал второй всадник.
Зиндур. Сержант Королевской гвардии, а ныне, похоже, полковник. Какой стремительный военный рост. Зиндур скользнул по Кальдуру и солдатам пустым взглядом и сосредоточил его на Анфлисе. Его лошадь тоже занервничала от близости Кальдура.
— Занимаются чёрти пойми чем, сир.
— И в этой деревне предатели нашлись? — буркнул Зиндур.
— Нашлось желание утащить девку, сир. А этот дуболом вступился за неё. Надо, сир, скорее бросать всех в бой, а то порядка не будет.
— Выпороть его, — взгляд Зиндура снова скользнул по Кальдуру. — А девка?
— Убежала, сир. Ловить не будем.
— Да к чёрту её. Ладно, останься здесь, Анфлис, проследи, чтобы шевелили задницами, и если заметишь, что кто-то саботирует — напиши список и отдай мне. Мы тут такого терпеть не будет.
— Слушаюсь, сир.
Зиндур развернул коня, пришпорил его и отправил рысью назад. Анфлис вздохнул, так же развернул коня, и бросил Кальдуру:
— Скройся пока с глаз. Ночью в моём шатре. Нужно поговорить. Повещаю на верёвку белый платок, так узнаешь где я. Обычно стою по левую руку от шатров командирских, но стражи у меня не будет. Не положено.
Кальдур кивнул ему и пошёл прочь от деревни.
***
Весь день Кальдур провёл держась подальше от передовых отрядов. Видел издалека, что сержант Зосим начал посещать добровольцев на привалах, и как можно в таких условиях учить их командам и военному делу. Толку от таких солдат никакого. Пушечное мясо, которым можно заткнуть дыры. Лишь небольшая часть из них выживет и покажет себя воинами прирождёнными, из которых уже можно будет слепить что-то стоящее.
С наступлением ночи, Кальдур пошёл искать шатёр Анфлиса, подождал пока уснут солдаты и командиры, поставившее палатки и шатры рядом, и вошёл.
— Ты кайрам. Избранный Госпожи, — сказал Анфлис, смерив его долгим взглядом.
Кальдур усмехнулся, не нашёл что ему ответить, но кивнул. Он носит Её оружие. Снова и опять. Но надолго ли?
— Госпожа вообще жива?
— Пока да, — ответил Кальдур, промочив горло большим глотком вина из предложенной кружки. — Она пленница в Чёрной Крепости.
— А ты что здесь делаешь?
— Пока не знаю, — честно ответил Кальдур. — Меня сюда привело нечто вроде зова. Видимо на счёт меня есть какой-то, Мрак его раздери, тупой «план».
— Я знаю, почему ты тут.
Анфлис судорожно выдохнул, под полным недоумения взглядом Кальдура закашлялся, сорвался с места, долил себе вина и залпом осушил бокал. Он сильно нервничал.
— Ты видел, что происходило днём, — выпалил он.
— Видел...
— Это цветочки. Зиндур и ему подобные часто ведут себя куда хуже. При мне только человек сто сожгли, и большая часть из них того не заслуживала.
Кальдур стиснул кулаки, думая не размять ли их от Анфлиса, приложившего руки к этому всему.
— Проблема не в Избет, — покачал тот головой.
Кальдур вопросительно поднял бровь.
— Я наблюдал за ней, как мог и при случае, слушал её и анализировал. Я не думаю, что она несёт печать Морокай.
 
— Нет?
— Нет. Я думаю она Избранная Госпожи, как и ты. Не знаю, какой там был у Неё «план», но Избет пришла, чтобы помочь нам. На это я делаю ставку.
— И это помощь? — губы Кальдура натянулись, обнажив зубы.
— Ты не понимаешь, юнец. Слабый правитель… ничего бы не смог сделать. Разруха и коррупция зашли слишком далеко. Но теперь всё иначе. Ты давно не был на востоке. Солас снова един. Как и все ключевые города. Армия всецело подчиняется королеве. Со смутой, самоуправством и делёжкой покончено. Она правит стальной рукой всем, до чего дотянется. И это не бравада и вера в неё. Это правда. Маленькими шагами она снова объединяет страну и куёт из неё меч, способный сокрушить враг.
— Тогда с чем тебе нужна помощь? — нахмурился Кальдур. — Если ты одобряешь всё это.
— Я и не говорил, что тут дела обстоят прекрасно. Она чистит ряды жестко, но необходимо. И дальновидно. А вот её сторонники… она набрала людей, которые бы слушались её фанатично. Они делают то, что она просит, и цена её не волнует. Но волнует меня.
— Не понимаю
— Дело пойдёт быстрее, если им займутся более подходящие люди.
— Чего ты хочешь, Анфлис?
— Помоги мне убрать командование хотя бы этого крыла. Я возглавлю штаб, найду нормальных командиров, и мы сделаем то, что нужно без огня и виселиц.
Воцарилась долгая пауза.
— Вообще-то нам запрещено убивать людей, — протянул Кальдур. — Мы, кайрам, оружие против Мрака и его порождений. А не против порождений политики и отбросов рода людского.
— Избет — сильный правитель. Но не всемогущий. Всё по-прежнему висит на волоске, и если мы допустим ещё ряд ошибок, страна погибнет неминуемо.
— А мне какое дело? Ни Избет, ни её цепные псы ко мне отношения не имеют.
Анфлис ошарашено уставился на него.
— Мы знаем, что в центральной и южной частях есть очаги сопротивления. И мы знаем, что генерал Саррана так же выступил со своей армией в сторону Чёрной Крепости. Если мы ошибёмся, то эти три армии могут сойтись друг с другом, а темником останется лишь задушить то, что останется. Великий Темник и Алазам тоже не дремлют, знаешь ли. Они в курсе того, что мы выдвинулись и будут готовить ответ.
— И? — нетерпеливо перебил Кальдур.
— И если мы проиграем, ты перестанешь быть Избранным. Потому что не из кого будет избирать. Понимаешь? К чёрту твою работу и твою "чуйку", мы снова у границы Бездны и можем рухнуть туда всем королевством.
— Как я уже говорил, — размерено и цинично ответил Кальдур. — Госпожи с нами больше нет. Ни твоя армия, ни ополченцы, ни я, ни кто другой не смогут освободить её. Я не собираюсь помирать... и Избранным меня уже можно не называть.
— Ты что... струсил? — у Анфлиса глаза на лоб полезли.
— Нет, я просто не хочу менять свою жизнь на гниение в земле.
— Воистину тёмные времена настали, — Анфлис судорожно выдохнул и снова напился вина. — Ладно. Нужно собраться. Не нужно так удивляться. Сказки — это сказки, а Избранные — обычные люди. И из них так же лезет дерьмо, как и из всех.
— Твоя правда, — ухмыльнулся Кальдур, поднял руку как будто произносил тост и тоже отпил вина.
— Но ты мне всё равно поможешь, — Анфлис успокоился и его взгляд стал жестоким. — Тем более, я не прошу тебя убить их своими клинками или что-то в это вроде. Просто помоги мне сделать то, что я задумал и уйти живым и незамеченным. Или я найду как испортить тебе жизнь.
— Ты же знаешь, что если я захочу — ты не протянешь и секунды. И никому не успеешь рассказать кто я и что я. Но я не хочу убивать тебя или кого-то ещё.
— Я сделаю всё сам, ты поможешь мне выбраться. А дальше пойдёшь своей дорогой.
Кальдур покачал головой из стороны в сторону, снова услышал шёпот и почувствовал жар, поднявшийся по спине.
— Хорошо. Я помогу тебе, Анфлис.
***
Ещё минут двадцать Анфлис готовился — доставал из сундука заготовленные бутылки, вскрывал их, отливал из них по половине содержимого, засыпал сверху жёлто-белый порошок, тщательно размешивал и затыкал пробками.