Месть невольницы. Истинная для дракона

Но теперь каждому из них было действительно спокойно и весело. Пока не дошли до королевской комнаты.
– Если хочешь войти туда, то я подожду здесь.
Эммилия остановилась довольно далеко, даже не подходя к позолоченной резной двери.
– Раньше мне было интересно посмотреть на комнату короля. Брата… Теперь всё равно. Мне тоже не хочется заходить туда. Если больше комнат нет, то я выбираю ту, что рядом с вашими покоями.
– Арсееель, она же не самая большая.
– Неужели ты действительно думаешь, что сейчас для меня это имеет значение, Эммили? Раньше – да, я мечтал. О многом, на самом деле. Но теперь ты подарила мне возможность не прятаться, не опускать голову. И это гораздо ценнее большой комнаты, поверь. Мне не за чем большие покои вдали от вас, только вы – моя семья.
– Я только об одном думаю… – Эммили решилась признаться. – Что если он появится и вернет всё, как было?
– Ты уже мама, а все такая же иногда наивная. Разве не видишь, как на тебя смотрит народ? Даже драконы поклоняются. Это много стоит. Пройдет совсем немного времени, и каждый из них встанет на твою сторону, пойдет против короля, если будет нужно. Но лучше провести коронацию наследника как можно скорее.
– Арсель… Мне не нужен трон. Я сражаюсь за безопасность сына. Эдвард собирался подписать капитуляцию, тем самым поставив под угрозу жизнь Амана. Это единственная причина, по которой я затеяла это все. К тому же, ты сам можешь сесть на трон, ведь ты тоже наследник.
– Не могу. У меня нет второй ипостаси. Только внутренняя сущность. Но мой дракон так и не пробудился, и вряд ли это случится когда-либо. А в Амане я чувствую дракона. И силу, противостоять которой могу с трудом. Поэтому занять трон может только он, а не я, – договорил уже совсем тихо.
– Тебя расстраивает это?
– Не это, другое. Смотрю на тебя, ты говоришь и оказывается даже улыбаешься, а глаза… пустые, потухшие. Так и не смогла отпустить?
– Научилась жить, Арсель, с тем, что было. Забыть не вышло. Ладно, давай тогда пойдем в кабинет и там я расскажу тебе всё, что успела тут натворить, пока тебя не было. Мне помогают девушки из гарема.
– Ты не шутишь?
– Нет, Арсель. Они принесли клятву мне и Аману в храме. Теперь могу им доверить некоторые дела. Хотя иногда и думаю, что беру на себя слишком много, кто я такая, по сути…
– Ты – мать наследника и имеешь право на свой нынешний статус. А если захочешь, я тоже могу принести клятву, ведь понимаю, мы не виделись много лет, и …
– Что ты говоришь такое? Неужели если бы я не верила тебе и в тебя, позвала бы во дворец? Зная, что ты займешь статус, равный Аману. Нет уж, Ваше высочество, так не пойдет. Прогоняй эти глупые мысли из своей головы.
– Как скажешь, моя госпожа.
Арсель подхватил её на руки и закружил прямо в коридоре, заставив вцепиться в его шею.
– Видишь, как теперь могу? Будешь знать вот, а то всегда была такая взрослая… А теперь я больше тебя.
– Ещё один ребенок на мою голову, – притворно пожаловалась Эммилия, когда принц опустил её на пол, подняв на руки теперь уже Амана.
Тот позволил ему, да и вообще сильно тянулся. Эммили понимала, почему. На Земле единственным мужчиной в окружении был её папа – обычный человек, который при случайном выбросе силы, падал ниц. А здесь настоящий взрослый мужчина, выдерживающий его энергию, что мог стать примером, которым не стал родной отец.
До самой ночи они не могли наговориться, рассказывая друг другу о том, что произошло за семь долгих лет. Но не вспоминая прошлого и не говоря о короле. Теперь Эммилия знала, что пришлось пережить младшему принцу. И он, как никто другой, понял её и Амана, тоже оказавшихся чужаками на родной ей Земле. Три изгоя, два одиночества встретились и сразу потянулись друг к другу, почувствовав родные души. Принц стал единственным мужчиной, кроме сына, прикасаясь к которому, Эммили не чувствовала отвращения.
А ещё он оказался прекрасным стратегом и воином. Даже без второй ипостаси. В то время, пока его старший брат наслаждался благами, выпавшими на долю первенца, младший учился в подземелье. Своих учителей он вспоминал с теплотой и уважением, что натолкнуло Эммилию на мысль разыскать тех и поручить им обучение новым знаниям сына. Ведь он не знает об этом мире ровным счетом ничего. Как и она сама.
 
На это даже Арсель отреагировал с энтузиазмом, поручив Арлану – как оказалось единственному своему слуге и стражнику во времена заточения – срочно привезти обоих учителей во дворец. Так что со дня на день Аман сможет начать узнавать свой родной мир. Конечно же, только после принесения учителями клятвы в храме. Подпускать к сыну чужих людей без гарантий, она не стала бы. Арлан тоже был переквалифицирован из обычного рядового воина в личную стражу наследника. Если он позволял заточенному принцу раньше отлучаться из своей тюрьмы, то значит, в груди данного конкретного дракона все же есть сердце.
И это было то, что нужно в сложившейся сейчас ситуации. Ведь повсюду таскать с собой ребенка Эммилия не хотела. Решение слишком тяжелых вопросов при нем, а также её постоянные перепады эмоций снова лишали сына детства и спокойствия.
Принц одобрил все начинания, которые она успела претворить в жизнь. Сам вызвался разобраться с дисциплиной в армии и войти в её состав, а также участвовать в ведении переговоров с соседними государствами при необходимости. При такой поддержке Эммилия впервые за все те несколько дней тут наконец смогла немного выдохнуть.
 
Глава 20
 
Но уже на следующий день пришло известие о том, что вражеское войско продвигается по территории черных драконов, захватывая города, и сжигая небольшие деревушки. Люди и драконы из мирного населения бегут ко дворцу в надежде на защиту. Однако если не остановить это всё немедленно, то уже к вечеру следующего дня, сражение придется устраивать прямо у замка.
Военный совет находился в кабинете, в котором стоял гул. Воины спорили, как лучше поступить, одни предлагали довести врагов до дворца и устроить засаду здесь, другие – выйти сейчас же теми силами, что есть, чтобы не допустить даже вероятности сдачи столицы. Арсель стоял у стола, стараясь услышать всех сразу, и пока не понимая, какому варианту нужно следовать.
Вдруг в кабинете наступила полнейшая тишина, каждый обернулся к двери, у которой стояла Эммилия с сыном. Вперед сразу же вышел главнокомандующий, почтительно кивнув.
– Госпожа, Вам уже сообщили неприятные новости?
– Разумеется, поэтому я здесь, – она оглядела присутствующих и продолжила, – а могу ли узнать, по какой причине совет собран не в полном составе?
– Все здесь, Эммилия, – генерал растерянно оглянулся.
– Разве? А мне кажется, что не хватает одного небольшого звена. Кто-то знает, где у нас находится советник в столь непростой период для страны?
Воины снова загудели, единогласно поддерживая точку зрения, что и без него отлично справляются.
– Личным счетам здесь не место, господа. Вот у меня, к примеру, возникает вопрос, кто же сообщил врагу о том, что капитуляции не будет? Почему они так поспешно пошли в наступление? И что по этому поводу думает единственный, кто эту капитуляцию поддерживал… Арлан. Попрошу Вас найти советника немедленно и доставить сюда, в каком бы состоянии он не находился.
Молодой дракон почтительно поклонился и испарился из кабинета.
– На самом деле это уже вторая ситуация, когда враги узнают о наших планах заранее. В обоих случаях мне видится измена. И мне хотелось бы знать, кто из присутствующих или не присутствующих на это способен.
Наперебой воины начали доказывать, что предательство – это преступление против самого Великого алмазного духа, и никто из них ни за что не пошёл бы на это.
– Это прекрасно, – Эммили прекратила бардак и вернула тишину одним движением руки, – но всё же кто-то передает информацию, и это факт.
В этот момент в открывшуюся дверь ввалился полутрезвый Эдвард, которого Арлан, морщась, держал под руку. По всему видно, что отношения с советником натянутые у каждого. Но мог ли кто-то подставить получеловека намеренно? Ведь только на него и могло пасть подозрение. И хотя сама Эммилия тоже думала именно на него, понапрасну обвинять невиновного не хотела, ведь когда-то была в очень похожей ситуации жуткой несправедливости.