Библиотекарь государя (СИ)
Ан, нет.
Когда толстый парень встал со своего места и куда-то ушёл, в глаза тут же бросилось розово-красное пятно. Я пригляделся и увидел Викторию в компании какого-то парня. Она хихикала и что-то шептала ему на ухо.
Вот же…молодец. Так быстро нашла мне замену. Всё-таки хорошо, что я её отбрил. А то выглядело бы так, что воспользовался услугой проститутки…
С Амосовой понятно. А где Аксёнова? Чего-то я её не в…
На сцене вдруг появилась девушка в жёлтом платье. Алевтина Игоревна представила её как ученицу первого курса, которая исполнит для нас песню в честь праздника.
«Чего…когда она успела?»
Когда Аксёнова начала петь, весь зал замер. Несмотря на то, что песня была не её, и слова пелись банальные, но вот голос… голос звучал превосходно. Оказывается, Екатерина отличная певица.
Во время выступления она то и дело поглядывала на меня, но тут же отводила взгляд, будто обжигаясь.
Когда она закончила — народ рукоплескал. Екатерина поклонилась, и сошла со сцены. Скрылась в глубине зала.
Думаю, всё это выступление она устроила для того, чтобы сразу заявить о себе. Для того, чтобы вся академия запомнила её, и отныне знала, кто тут самый яркий. И у неё хорошо это получилось. Аксёнова очень понравилась присутствующим.
Ещё спустя несколько десятков минут со скучными банальностями, наконец, приступили к главному. Микрофон переняла директор и нас, первокурсников, стали разделять по группам. Из-за того, что народу в этом году поступило немало, было принято решение о создании сразу трёх групп. Хотя обычно было не больше двух.
Три группы — это хорошо. Ведь чем больше групп, тем выше конкуренция. Каждая будет пытаться стать лучше других, при этом стараясь всё больше и больше.
И вот, на весь зал друг за другом стали звучать фамилии. Сначала называли студентов, определённых в группу «В». Среди них я узнал лишь одного знакомого человека. И, надо сказать, сильно ему удивился. Это был Марк Винокуров. Тот самый парень, которого я опозорил перед друзьями в боулинге. Забавно.
Благо хоть мы оказались в разных группах, а иначе бы из-за своего конфликта могли тянуть на дно всех остальных. А так… будем лишь соревноваться.
С группой «Б» случилась та же история. Знакомый — только один. И это — Аксёнова. И это… ух как жарко. Вот кто-кто, а она меня точно в покое не оставит. Думаю, будет стараться давить меня на всех уровнях.
С улыбкой на лице я слушал студентов группы «А». В неё, помимо меня, занесло и Амосову. Ну, естественно. Такое ощущение, что тот, кто составлял эти списки — хотел надо мной посмеяться. И это ведь я ещё просто не знаком с остальными…
После всего каждую из групп попросили пройти в свой кабинет. Нашу «А» группу отправили в кабинет под номером — 13.
Счастливое число, однако.
И вот, я в компании ещё примерно двадцати с чем-то человек пошёл на второй этаж. Шёл во главе всех, поэтому особо не рассмотрел, кто там сзади. Кабинет был уже открыт. Я зашёл в него и сел за самую первую парту.
Стал смотреть на входящих ребят. И вот, среди них я замечаю знакомое лицо, и это — не Амосова.
«Какого чёрта… как тебя сюда занесло?!» — Подумал я и поднялся со стула.
Глава 24
Я нехило так удивился, когда увидел знакомого человека, входящего в кабинет. Больше всего было не понятно то, почему я узнал о том, что он будет учиться со мной — в эту самую секунду.
Ведь не в списке, названном директором, ни в толпе, шедшей за мной, я его не увидел. А не заметить такую махину было сложно.
В кабинет, запыханный, забежал Иван. Мой родственник. Воронцов. Тот самый великан. Он, обращаясь сразу ко всем присутствующим, прогремел:
— Здесь собирается группа «А?»
— Да. — Я привстал со стула и ткнул Ивана в плечо.
Он резко развернулся и уже хотел на меня наехать, состроив недружелюбную мину, но быстро осознал, кто перед ним.
— Андрей! — Удивился он. — Ой, глава! Привет! — Он полез ко мне обниматься. — Какими судьбами…?!
— Привет-привет. Пожал я руку Ивану и похлопал его по спине. — Снизил голос. — Только называй меня просто — Андрей. Хорошо?
— Замётано! — Здоровяк обогнул парту и сел рядом со мной.
— Я то уже неделю как зачислен. А ты чего тут забыл-то? Почему тебя в списке студентов не объявили? — Спросил я.
— Не знаю. — Он развёл руками. — Наверное, потому, что мои документы куда-то потеряли, и только недавно нашли.
— А. Понял. Не успели новый список директору передать.
— Подожди-подожди… — Улыбка не сходила с лица Ивана. — Это мы теперь…вместе будем учиться? Прямо в одной группе?
— Как видишь, да. Интересное совпадение. Я и сам в шоке… кстати, а как тебе удалось попасть в такое престижное место? Сюда ведь далеко не каждого берут…
— Мама ещё класса с пятого начала натаскивать меня на экзамены для этой академии. Специально выясняла, какие будут задания, и готовила меня к ним. И вот я здесь!
— Хорошая у тебя мама. Береги её…
Все, кто уже успел зайти в кабинет, смотрели на нас с Иваном. Ладно, кого я обманываю. Они смотрели исключительно на Ивана. На его внушительные размеры. Трудно было не обратить внимание на такое великанообразное существо. На его фоне я выглядел муравьём, хотя тоже был далеко не маленьким.
Плюс ко всему, Иван разговаривал так громко, что в этот момент ничего больше нельзя было услышать, кроме его голоса. Не представляю, как будут страдать преподаватели…
Я болтал с Иваном, и вдруг заметил девушку, прошедшую рядом с нашей партой. На плече у неё висела спортивная сумка, в волосах — белый ободок. Розовые щёчки и книга в руке — дополняли образ.
Ещё одно знакомое лицо!
Ну, как знакомое… впервые я увидел эту девушку всего полчаса назад. Но, тем не менее, уже успел хорошо её запомнить. Это та самая скромняга из ресторана. Она прошла в самый конец кабинета и села за последнюю парту у окна. Солнце, просвечивающее сквозь окно, освящало девушку, и от этого она выглядела ещё приятнее.
Она даже не отворачивалась от света, нет, она словно бы купалась в нём. Ей нравилось. Нравилось и мне.
Иван заметил, что я смотрю на девушку у окна, и тоже повернулся в ту сторону. Надо понимать, что «повернулся» Ивана, совсем не то «повернулся», что у любого другого человека. Иван повернулся так, что повернулась наша парта, отстранились люди, сидевшие сзади, и мне перегородило весь обзор.
— Да, красивая… — Прошептал мне Иван. — У тебя хороший вкус, Андрей.
Я подставил палец ко рту, давая громиле сигнал, чтобы он молчал. Потому что его шёпот был слышен всем в кабинете.
— Давай молча посидим, хорошо?
— Ладно…
Через минуту в кабинет вошла Амосова. Вошла резко, неожиданно, и продолжила двигаться так быстро, что её розовые волосы не поспевали за головой. С ней не было того парня, с которым она сидела в актовом зале. Должно быть, он из другой группы. Ну, или вообще не учится в академии, а зашёл посмотретьна сестру/брата.
Она хмыкнула, проходя мимо меня, и уселась где-то сзади. Я снова вспомнил, как фотографировал её на том зелёном диване, и недофотографировал до конца… дабы отогнать грусть, перевёл взгляд на скромняжку. Мы встретились с ней глазами, и она отвернулась. Снова покраснела и стала читать книгу.
«Да ну их. Девок этих…поболтаю я лучше со своим другом Ива…»
— Какая женщина… — Здоровяк уставился на Амосову, и не отрываясь сверлил её взглядом. — Что-то в ней есть такое…Андрей, не находишь?
— Да ничего в ней нет. — Я толкнул Ивана, чтобы он обернулся на меня. — Обыкновенная любительница мужского внимания, ничего более…
— Нет, ну в ней точно что-то такое есть…я бы с ней погулял…
Благо, что к этому времени обстановка в кабинете разрядилась, и народ более-менее стал шуметь, из-за чего наши с Иваном разговоры не были теперь так слышны. Ну, по крайней мере, мне так казалось.
Наконец, ученики более-менее расползлись по кабинету. Почти все парты стали заняты. Через минуту пришла Алевтина Игоревна с молодым парнем. Этого парня я сразу узнал, это был сын Алевтины. Носатый безэмоциональный красавец. Он что, тоже будет учиться с нами?