Библиотекарь государя (СИ)

Я ведь прекрасно видел, и даже по Буквам, что Соня намного сильнее этого паренька. Да и… сильнее всех, кто находился и находится в нашем новом поместье. Кроме меня, разумеется…
Честно признаться, когда я увидел Соню такой взбешённой — немного испугался. Она напомнила мне какую-то ведьму. Совсем была не похожа на мою сестру в таком состоянии. Что же так вывело её из себя…?
Василий сказал, что ей спать ещё минимум несколько часов. Поэтому, чтобы не терять время зря, я пошел убирать гостиную. Припахал к этому и остальных. Пока гигантский славянин таскал порушенную мебель на помойку, другие занимались более мелкими вещами.
Василий, как самый аккуратный, убирал стекло. Мама — подметала, а потом мыла пол. Я собирал в пакет раскиданную еду и разбитый алкоголь. Со скорбью смотрел, как хорошее спиртное растекалось на лужицы…
После того, как более-менее привели комнату в порядок, я вызвал мастера по замене стёкол. Парень в кепке приехал довольно быстро и оперативно заменил нам разбитое ветряной атакой окно. Правда, за это пришлось заплатить ему кругленькую сумму, так как конструкция рамы была у нас не совсем обычной.
— Ну, мы молодцы! — Я стоял посреди гостиной и оглядывал результат нашей работы. — Чисто и красиво. Правда… теперь как-то пустовато.
— Мебели не хватает. — Подсказала мне мама.
— И телевизора. — Добавил Иван.
— Я, кажется, знаю, где всё это достать буквально за пять минут…
Взял с собою Ивана, я пошёл в подвал. Пока спускался по лестнице, и, тем более, когда увидел тот самый зелёный диван, в голове невольно всплыли приятные воспоминания… вот здесь вот я фотал Викторию в одежде… здесь она сидела уже без неё… а вот здесь мы с ней…
— Ха-ха-ха-ха-ха! — Иван прервал мои мысли своим громовым смехом.
— Чего смеёшься?
— Да мем смешной увидел. — Здоровяк стоял с большим телефоном, который в его руках смотрелся как пейджер.
— Давай, хватайся за тот конец, а я за этот…
«Такой большой, но всё ещё такой маленький…»
Минут за десять мы перетаскали из подвала в гостиную один диван, два столика, три тумбочки, одно кресло, и один телевизор. И, хотя эта мебель вписывалась в здешний интерьер чуть меньше, чем предыдущая, тем не менее, смотрелось прилично.
— Вот теперь точно всё…
— Андрей…! — Окликнул меня Василий с коридора. — Я оставил его возле приоткрытой двери в комнату, где лежала Соня. Сказал, что как только она начнёт приходить в себя, пусть зовёт.
— Иду.
Я шёпотом поблагодарил Василия, зашёл в комнату и закрыл за собой дверь. Соня, пока ещё с закрытыми глазами, сидела, опершись на спинку кровати. Она всё терла пальцами веки, и не могла их разлепить. Всё из-за моего светового заклинания.
— Привет. — Сказал я и сел на кровать рядом.
После небольшого молчания Соня ответила:
— Привет…
— Не думаешь, что пора со всем этим заканчивать?
— Что ты имеешь в виду?
Я покашлял.
— Слушай, случившееся сегодня — было последней каплей. Я старался не лезть в твою жизнь, но ты больше не оставляешь мне выбора. И я, как брат, или, не знаю, как глава нашего рода, говорю тебе, что больше не получится прятать своих скелетов в шкафу. Или ты ВСЁ мне расскажешь, или… или я буду принимать меры.
Из-под Сониных закрытых век вытекли две крупные слезинки. Они, оставляя за собой мокрый шлейф, докатились до подбородка, а после упали на кровать.
— П…прости меня… — Сестра зашмыгала носом и уткнулась лицом в ладони. Стала плакать. Я сел рядом с ней, и легонько приобнял. Соня прижалась к моему плечу, и заревела пуще прежнего.
— Я не держу на тебя зла, правда. Но ты должна всё мне рассказать. Давай, тебе самой станет легче.
Сестра проплакала ещё некоторое время, а когда успокоилась, у неё, наконец-то, получилось разлепить веки. Я увидел красные, замутнённые страхом глаза. Мне стало её жалко.
Соня вдруг поднялась с кровати и пересела на другую, на ту, что стояла напротив. Чуть приспустила футболку на плече, обнажив свой шрам, шедший от плеча до ключицы.
Я уже видел его, но никак не мог вспомнить, откуда он появился.
 
— Кирилл… — Сквозь зубы просипела сестра.
  
Глава 21
 
В голове тут же всплыли воспоминания из далёкого прошлого реципиента. Даже, скорее, не воспоминания, а ощущения, испытанные тогда. Страх, обида, злость, растерянность. Я вдруг ощутил, какого было в тот момент…
Какого было Андрею, но не какого было Соне.
Никакой конкретики. Я видел лишь отрывки. Яркие вспышки. Много крови и сестру, лежащую без сознания. Что это было?
— Кирилл? — Переспросил я сестру. — Это тот парень, который сегодня…
— Да. — Лицо Сони тут же помрачнело, а в глазах хоть и не много, но снова появился туман.
Я смотрел на шрам, рубцеватой полосочкой шедший от плеча до ключицы, и мне становилось не по себе.
— Ты, наверное, плохо это помнишь. Детские мозги вытесняют плохие воспоминания.
Я кивнул.
— Но в моей голове осталась каждая секунда…
Я молча смотрел на сестру. Она задвинула футболку обратно на плечо и подтянула ноги к себе на кровать.
— Расскажи мне.
— Ты помнишь… Александра? Ну… того мужчину, с которым некоторое время близко общалась мама?
Несколько нечётких картинок мелькнуло в сознании. Высокий силуэт серого цвета. Шляпа, махровый галстук…
— Да, помню. Он приходил к нам домой.
Кажется, Александр был каким-то влиятельным человеком, с которым познакомилась мама. Они некоторое время встречались, но… довольно скоро Александр исчез из поля зрения.
— Не помнишь, почему он пропал? — Спросила сестра.
Я пожал плечами.
— Это случилось одиннадцать лет назад, — сестра свесила голову и стала тихим голосом рассказывать мне историю, — в тот день мама как обычно была на работе, а ты гулял с друзьями неподалёку. Александр привёл к нам домой своего сына. Кирилла. — Я увидел, как сестра сжала кулаки. — Кириллу было уже около семнадцати лет. Он сразу мне не понравился.
Голос сестры с каждым словом менялся. Он становился глуше, бесчувственнее.
— … я не хотела с ним играть, но он настаивал. Он был больше…и…сильнее…я не могла от него отвязаться.
— А Александр? — Спросил я. — Что Александр?
— Он был в другой комнате. И ему было всё равно.
Соня замолчала секунд на тридцать. Она смотрела в пол, и её левая рука немного подёргивалась.
— У Кирилла отклонения в психике. — Вдруг заявила она.
— Что за отклонения?
— У него склонность к… садизму. Он рассказывал, как мучил бездомных собак. Как издевался над беззащитными животными. А ещё он очень часто напивался из-за своих наклонностей. Говорил, что хотел заглушить желание. Но оно никак не заглушалось…
Это всё серьёзно? Парень, конечно, выглядел довольно странным, но… по нему я не мог сказать, что он садист.
— В один момент он подошёл ко мне сзади, и приставил к горлу нож. — Безэмоционально сказала Соня. — Он… — Сестра сглотнула слюну. — Попытался меня прирезать. — Её рука затряслась ещё сильнее. — Он прошептал мне на ухо, что я сейчас сдохну… — Глаза сестры снова намокли. — Но я дёрнулась, и нож рассёк мне плечо. Я ударилась головой об стол и потеряла сознание.
Мне было тяжело это слушать, но я не перебивал Соню. Потому что необходимо знать всю правду.
— Потом… потом, я не знаю. Наверное, он испугался, и убежал. Когда я очнулась… рядом сидел ты. Ты гладил меня по голове и плакал. С того дня я больше его не видела. Не видела, пока…
— А что его отец? И мама?
— Александр…? Насколько я знаю, он всунул маме денег, и больше не появлялся. Мы пытались заявить в полицию, но… — Соня развела руками. — Как ты понимаешь, это бесполезно. Что мы можем против влиятельного человека?
— Ты права. В тот момент — не могли ничего.
Я сел рядом с сестрой и стал гладить её по голове. Она посмотрела на меня, и улыбнулась. Улыбнулась уставшей, болезненной улыбкой. А потом снова заплакала.