Библиотекарь государя (СИ)
«Естественно, какой же ещё стихией могут владеть обыватели…?»
Казалось бы, сразу пятеро взрослых мужиков соревнуются в магической силе против одной девчонки двадцати лет. Исход, вроде бы, понятен, но… Огонь, не доходя до Сони, тут же обращается вспять. Сестра просто-напросто сдула огненную атаку и использовала её в своих целях.
Вот она… истинная сила Буквы последнего ранга…
Пламя возвращается к своим владельцам, и обдаёт их незабываемым жаром. Мужики, опалённые огнём, вспыхивают. Одежда начинает гореть, а они — бегать и визжать. Соня снова создаёт воздушную биту, и поочерёдно вырубает брыкающиеся цели.
Оказывается, моя сестричка — верх гуманизма. Потому что каждый раз, оглушая противника, она тушила его своим ветром. Тем самым давая шанс на новую жизнь. На новую жизнь с ожогами на пол тела, но, тем не менее…
После того, как Соня покончила со всеми алкашами, она взбежала по лестнице и скрылась в парадной. Через три минуты вышла оттуда вместе с какими-то девушками и женщинами. Оборванные, похабно накрашенные… да это же проститутки! Сестра вывела штук семь молоденьких и не очень, симпатичных, и не очень, особ. Сказала им:
— Уходите отсюда, и больше никогда не возвращайтесь! — Соня старалась выглядеть максимально грозной и убедительной, и, судя по реакции проституток, у неё это получалось.
Перепуганные ночные бабочки нехотя, но покинули двор колодец.
Ещё раньше, чем они, подворотню покинул я. Спрятался за соседний дом и стал наблюдать за тем местом, откуда должна появиться Соня. Всего лишь через минуту она оказалась в поле моего зрения, спокойно накинула капюшон себе на голову, и пошла в сторону дома.
— Ох, чёрт! — Только через минуту до меня дошло, что нужно вернуться быстрее сестры. Я сорвался с места и побежал.
Срезая площадки, и оббегая дворы наискосок, я, надрываясь, добрался до дома в срок. Соня ещё только зашла на нашу длинную улицу, а я уже открывал входную дверь. Быстренько скинул с себя кроссовки и закрылся в комнате.
Минуты через полторы услышал шорохи в коридоре, и лёг под одеяло. Потом дверь в комнату слегка приоткрылась, и ко мне заглянула сестра. Я сделал вид, что сплю. Засопел во всё горло. Она исчезла.
«Пронесло…»
Полночи я думал над тем, какого чёрта это всё было? Зачем сестра заделалась ночным мстителем и мутузит алкашей, да освобождает проституток? Нет, это дело, конечно, благородное, но… как мне показывает мной многолетний жизненный опыт, даже если эти особы лёгкого поведения и не вернутся в этот бордель, то обязательно найдут себе новый. Дело в них самих, а не в каком-то конкретном злачном месте.
Хотя и, если таких мест в принципе не будет, то и девушкам некуда будет себя продавать. Впрочем, они и тут выкрутятся…
То, что пытается делать Соня — справедливо. Но не эффективно. В одиночку никак не получится уничтожить всю преступность в городе. То, что нам показывают в фильмах про супергероев — ложь. Преступность искоренить в принципе невозможно, но, её можно усмирить. А под силу это только государству. Но государству не в нынешнем его положении…
Ладно, с внутренними резонами сестры заниматься подобным я ещё разберусь, но вот что более интересно. Каким образом к ней попала моя Буква?
На этот вопрос ответить намного сложнее.
Допустим, моё тело не выдержало сразу три Буквы, и поэтому одна из них — перескочила к другому человек. Но, каким, мать его, образом? И почему именно к Соне? Потому что она оказалась самой сильной из тех, кто присутствовал на кладбище в тот день? Очень может быть. Но, всё же, чтобы разобраться с этим наверняка — нужно поговорить с сестрой.
Иначе все мои предположения так и останутся лишь предположениями.
Проснулся я от того, что в дверь кто-то настойчиво стучал. Секунд десять пытался осознать, кто я, и где нахожусь, и лишь когда услышал мамин голос, всё вспомнил.
— Сынок, просыпайся…!
— Что… кха-кха… — Прокашлялся я. — Что случилось?
— Можно зайти?
Я оглядел комнату и ответил:
— Заходи.
Мама приоткрыла дверь и юркнула в комнату. Села ко мне на кровать.
— Долго ты чего-то спишь…
— А что случилось-то?
Мама достала из кармана халата телефон и передала его мне. Я прочитал то, что чёрными буквами высвечивалось на экране.
«Дорогая Светлана Воронцова, вы, как член нашего большого и дружного рода, приглашаетесь на собрание. Пройдёт оно сегодня в восемь часов вечера в кафе „У Юры“, по адресу „Лиговский проспект 15, к.1“. На собрании будут обсуждаться кардинальные изменения, касающиеся нашего рода. Приходите. Будем вас ждать. И не забудьте, пожалуйста, паспорт…»
А, ну точно. Я уже и забыл про собрание. Хорошо, всё-таки, что я завёл себе в качестве помощника такого человека, как Василий. Иначе бы пришлось туго…
— Ого… — Я попытался выказать удивление. Мне ужасно хотелось сохранить всё в тайне до самого последнего момента. Чтобы мама с сестрой узнали о хороших новостях в торжественной обстановке, под бокальчик шампанского…
И потом бы мы все вместе поехали выбирать нам новое родовое поместье, и новые макпы, и новую одежду…и прочее, и прочее, и прочее…
— Что там задумал твой дядя? — Мама с недоумевающими глазами перечитывала сообщение. — Письмо ещё такое написал… это не в его духе.
— Думаю, он хочет объявить что-то очень хорошее.
— Хорошее? Хотелось бы, конечно… иногда очень не хватает хороших новостей… кстати, — мама обернулась на дверь и понизила голос, — что там с Соней? Ты что-нибудь узнал?
— Да. — Я оторвался от подушки, и сел на кровати рядом с мамой. — Ты можешь ни о чём не беспокоиться. Соню никто не трогает. Тут, скорее, наоборот…
— Не поняла…
— Ну… так скажем… в общем… она спортом стала заниматься.
— Спортом? А откуда синяки… и почему ночью?! — Мама состроила гримасу непонимания.
— Это контактный вид спорта…
— А можно поконкретнее?
— Соня участвует в подпольных турнирах на деньги… — Я сказал то, что больше всего могло сойти за правду.
— Что! — Вскрикнула мама, и глаза её налились жидкостью. — Моя дочка дерётся по ночам за деньги? Зачем? Нам же теперь не нужно столько…
— Не переживай, мам. Всё хорошо. Соня — очень сильная девочка. Она не проиграла ни одного боя.
— Но… это не важно! Её же могут покалечить…
— Да, я полностью с тобой согласен, и тоже не одобряю эту затею. Но, мы имеем то, что имеем.
— Я сейчас же поговорю с ней об этом! — Она поднялась с кровати, и уже хотела было уйти, но я её остановил.
— Стой. Подожди. Ты спугнёшь её, и вы поссоритесь. Так дела не делаются. Выдохни.
Мама села обратно.
— Нужно действовать аккуратно. Я сегодня же с ней поговорю, и она больше не будет заниматься подобным. Хорошо?
— Думаешь, она тебя послушает? Она же упрямая…
— Я найду подход. Я же её брат, как-никак.
— А я мать…
— Главное — не переживай. Я со всем разберусь. И не говори ей ничего сама. Я же тебя знаю, сорвёшься, и станет только хуже. Хорошо?
— Ладно… — Согласилась мама. — Она взглянула на часы. — Пойду я… в церковь надо.
— Ты только про собрание не забудь.
— Не забуду. — Ответила мама и вышла из комнаты.
С сестрой разговаривать я пока что не стал. Решил отложить это дело до вечера. В кафе у Юрия сообщу сразу всё. И под алкоголем выясню у Сони, для чего она занимается по ночам всякой ерундой.
Завтракать дома я не стал. Зачем, если я и так еду в кафе? Поем стряпни Михаила, и заодно с ним познакомлюсь. Выпью бодрящего кофейку.
Пока собирался и ждал такси, с сестрой так и не пересёкся. Она спала. Одно слово — Соня…
Доехали мы быстро. Пробок на дорогах почти что не было, так как все сейчас работали. А до часа пик было далеко.
Рядом с кафе встретился с Иисусом. Он, одетый полностью в чёрное, со стильно растрёпанными волосами стоял, облокотившись о стену, и курил сигарету, глядя куда-то вдаль.
— Здравствуй. — Поздоровался я с ним.
Иисус еле заметно кивнул головой.