Горный цветок (СИ)
- Значит, и золото тоже есть. И Сигурд знал об этом. И молчал, ждал нужного момента, когда никто не будет оспаривать его право на нужное ему использование земель?
- Выходит, что так! – запальчиво сказала я, видя по лицу мужа, что моя версия для него недостаточно хороша. – А потом, он узнал, что мои каменотёсы пробрались довольно далеко вглубь горы, вот и решил убрать меня совсем, надеясь на то, что после моей смерти эти самые камни будут никому не интересны!
- И это всё проделал бедняга Сигурд? – Маркас скривил недоверчивое лицо. – Я хоть и видел его пару раз, но он не произвёл на меня впечатление хитрого парня.
- В любом случае, нам сейчас беспокоиться о нём не нужно, - покачала головой я. – А вот с этим что прикажешь делать?
Я показала головой на несколько крупинок так знакомо всем нам золотистого оттенка.
- А это решать только тебе, дорогая! – внимательно глядя на меня, ответил супруг, в глазах которого я не заметила обычной иронии.
Я поднялась на ноги и задумалась… он прав, конечно… пожалуй, папеньке пока ничего говорить не стоит – не тот он человек, чтобы справиться с нахлынувшими эмоциями – это ж он прямо завтра может стать Правителем Вселенной и плевать он хотел на всех и на всё. А я… я слишком хорошо помню Золотую лихорадку и всё, что её сопровождало. Казалось, что Маркас ждал моего решения, но я предпочла уклончиво заявить, что подумаю об этом завтра.
Но завтра «подумать» не случилось. Утром, едва занялся рассвет, как прилетел гонец – Сигурд сбежал из-под ареста! Вот так, просто освободился от пут и сбежал во время стоянки. Убедившись в том, что преступник ведёт себя примерно, как девочка-гимназистка, контроль со стороны конвоя за ним ослаб, чем он и воспользовался. Причём, первые часы солдаты не хотели наводить панику и сообщать «наверх» о своей промашке, то есть, осуществляли розыскные мероприятия собственными силами, что позволило преступнику качественно смыться.
Признаться, при этом известии моё сердце пропустило удар. Вот как! Но додумать свою мысль я не успела, поскольку родитель извергся лавиной проклятий и огнём ярости на головы тех людей, которые допустили подобную оплошность, а затем и вовсе – велел прочесать все территории, по которым преступник мог продвигаться к родному дому и поставить кордоны через каждые сто метров, не упускать из виду и земли клана Лейсхен, и самого лорда Торррена, поскольку он мог быть в числе тайных сочувствующих своему сыну и провести его через перевалы, дабы тот спрятался где-нибудь в Дейтоне.
Маркас был предельно собран и деловит, хоть и не так цветисто выражался, как отец, который не забывал сыпать угрозами на голову Сигурда. А именно – он тоже считал, что парень вряд ли задержится в Нортмандии – тут его ждёт верная погибель, выбраться через границу с Аурелией – шанс, но очень уж призрачный, учитывая то, что он не знаком с местностью. Так что ему одна дорога – домой.
Лорд Свейн, заткнувшись на полуслове, сообщил, что он не ошибся в выборе супруга для меня:
- Маркас, сынок! Мы разделимся на два отряда и непременно сыщем злодея, а после предадим его праведному суду, тут уж я в своём праве!
Все, присутствующие при этом, сурово сжимали кулаки и вид имели самый непобедимый. У меня мелькнула неуместная мысль, что выборы Верховного Правителя нужно было устраивать сегодня – стопроцентное количество голосов будут за лорда Олвуда! Впрочем, казалось, что мой супруг придерживается такого же мнения, что и родитель – найти и обезвредить. Большая часть воинов отбыла, оставив на охране и обороне несколько солдат. Я была не против – вряд ли мне лично что-то угрожало в доме, где так или иначе толпится куча людей.
А сейчас я сидела в старом кресле в кабинете отца, размышляя о том, что все работы в ущелье пришлось временно прекратить, поскольку большая часть людей была отправлена на проведение розыскных мероприятий, прочёсывали территорию Лейсхенов вдоль и поперёк. Однако, если бы кто-то поинтересовался моим мнением, то я бы с определённой долей уверенности сказала, что вряд ли он вернётся в отчий дом. Для какой цели? Как ни прискорбно это осознавать, но отец прав – Сигурду жизненно необходимо покинуть эту территорию и осесть так далеко отсюда, как только это возможно. К следующему утру прибыл гонец от Маркаса, который сообщал, что розыск пока результатов не дал, но возле каждой более или менее удобной тропки, по которой можно было бы покинуть Нортмандию, стояло по солдату. Да наших, а не Лейсхенов. У них, мол, и вовсе, разброд и шатание – многие отказывались верить в вину Сигурда и говорили, что не станут больше продолжать службу, да и вообще… однако, сам Маркас вернётся домой не скоро, это было очевидно. Я черкнула в ответ пару строк, в которых писала, что буду крайне осторожна, если выйду за порог.
Собственное бездействие сводило с ума. Казалось, что все были заняты чем-то очень важным – из нашего дома был устроен координационный центр по отлову особо опасного преступника, куда стекалась вся оперативная информация, входили и выходили незнакомые люди с гербами Тёрнеров, Белтейнов, Хамфри и прочих, во внутреннем дворе была устроена полевая кухня, какие-то мужики с серьёзными лицами выслушивали распоряжения офицеров, и только я одна сидела в комнате, как сыч.
Моя вчерашняя попытка оказать какую-то посильную помощь была высмеяна. Точнее не так: я заявилась в парадную залу, где какой-то здоровый мужик самого сурового вида выслушивал доклад уставших людей.
- Прошу прощения, - меня распирала жажда активности, - я могла бы вам помочь в поисках.
- Конечно, леди! – кивнул мужик. – Вы очень поможете, если сейчас вернётесь к себе и…
Тут фантазия ему отказала, он замахал руками, не в силах представить, чтобы такое безопасное я могла бы там делать, учитывая мою беременность. Тогда он сердито добавил, что я могу вернуться к себе и пока на этом всё! Однако, увидев выражение моего лица, смягчился и сказал, что завтра я могу немного прогуляться верхом. В сопровождении вооружённой охраны, разумеется. И я, опасаясь, что он может и передумать, быстро слиняла к себе, предупредив, что непременно воспользуюсь его предложением и посещу каменоломню.
«И чего этим бабам неймётся?», - примерно это означал его покорный вздох, что обидело меня до глубины души, ведь самолично ловить Сигурда я не собиралась, считая, что мне роль героини не по плечу.
Сейчас я ещё немного поёрзала и решила, что мне не требуется ничьё разрешение для того, чтобы покинуть дом, тем более что от охраны же я не отказываюсь. Поэтому прихватила пятерых солдат, предупредила, что не планирую задерживаться надолго, и выехала из дома.
Глава 36
Однако, я помнила о том, что непременно извещу супруга в том случае, если будет необходимость покинуть дом, поэтому предварительно черканула ему пару строк, после чего сочла свой долг выполненным и с чистым сердцем взгромоздилась на лошадь и выехала за ворота в сопровождении суровых солдат.
Маркас не преувеличивал, когда говорил о том, что буквально каждая тропка в горах находится под наблюдением. Во всяком случае, все мужчины с ближайших селений сочли своим долгом покинуть собственные крестьянские наделы, прихватив кой-какое оружие, и методично облазить и осмотреть каждый камешек в горах.
- Зря стараются, - покачал головой Линден - седовласый воин с эмблемами Олвудов на доспехах. – Мы вашему отцу, леди, не первый год служим, да и с соседскими ребятами знакомства имеем… Вот помяните моё слово – не найдём мы Сигурда, коли он сам того не захочет! Посудите сами – пещер в наших горах – не счесть! Конечно, есть такие, что затапливает по весне-то, а то и вход обвалился, завалив пещеру напрочь. Только есть и такие, где до осени прятаться можно, плутая по переходам, и не найдёшь, как ни старайся.
Я молча слушала эти разглагольствования, у меня действительно была необходимость осмотреть ещё раз нашу «пещеру Али Бабы» и, хотя бы примерно просчитать и прикинуть, одна она такая или же у нас образовался новый Клондайк. Очень не хотелось делать это без присутствия Маркаса, но и дальше ждать у моря погоды уже не было сил.